www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8


Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8

Сообщений 41 страница 60 из 131

1

http://s5.uploads.ru/t/R4rGP.jpg

Маша, жалея Катю, отказывается от собственного счастья. И хотя Катя и Алексей поженились, что-то в их отношениях не ладится. Не зря в народе говорят: на чужом горе счастья не построишь. Алёша по-прежнему не может забыть Машу. А беременная Катя понимает, что всё ещё любит Костю...
Сбежавший из тюрьмы смотритель маяка скрывается от правосудия: то он забаррикадировался в доке и заминировал вход, то мечется по катакомбам, угрожая взорвать город...
Виктор Буравин просит у Бориса Самойлова дать развод Полине, но тот в приступе ярости обливает свой офис бензином и поджигает. Весь в ожогах Самойлов попадает в больницу...

Отредактировано juliana8604 (08.06.2019 15:50)

0

41

Профессор сдержанно отнёсся к просьбе о выписке:
- Я бы порекомендовал больному ещё немного понаблюдаться в клинике. Но если вам так не терпится уехать домой - ничего не поделаешь.
- Профессор, мы ему и дома обеспечим уход на высшем уровне, - пообещал Буравин. - Не переживайте.
- Только через пару месяцев вам нужно будет приехать на обследование. Если бы деньги на оборудование для операции не были найдены столь оперативно, то время было бы упущено, и он наверняка потерял бы зрение. А теперь есть очень большой шанс на выздоровление.
Профессор пожал Самойлову руку и ушёл.
- Так значит, это ты оплатил мою операцию? - понял Самойлов.
- Я. Можешь меня ругать, можешь даже побить, но я это сделал. И ничуть не жалею.
Самойлов ощупью нашёл руку Буравина и сжал её.
- Спасибо тебе, Витя!

Вот кого-кого не ожидала Ксюха увидеть в своей аппаратной, так это вице-мэра.
- Кирилл Леонидович? - растерялась Ксюха.
- Да-да, не пугайся. Я к тебе по делу пришёл. Мне нужно выступить по радио.
Ксюха всё поняла:
- В связи с угрозой взрыва, да? Вы хотите сделать официальное заявление?
- Как раз этого я и не хочу. Ты же знаешь, какое впечатление на людей производят официальные заявления властей о том, что ситуация под контролем.
Ксюха кивнула:
- Прямо противоположное.
- Вот именно. Поэтому будет лучше, если в эфир выйдет спокойное, доброжелательное интервью.
- И вы хотите, чтобы интервью у вас взяла именно я? - уточнила Ксюха.
- Конечно! Неформальная беседа знаменитой журналистки Ксении Комиссаровой с вице-мэром города произведёт на людей более благоприятное впечатление.
Ксюха по-деловому подошла к предложению и стала готовиться к прямому эфиру. Через несколько минут она уже говорила в микрофон:
- Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Сегодня в нашей студии прямого эфира гость - вице-мэр города Кирилл Леонидович Токарев.
- Здравствуйте, - сказал Кирилл Леонидович.
- Кирилл Леонидович, жители города заметили, что количество милицейских патрулей на улицах за последние дни резко увеличилось. В районе маяка и катакомб стоят милицейские кордоны. Что всё это значит?
- Я знаю, что в городе поднялась паника. На самом деле особых причин для неё нет. Ни о какой эвакуации населения речь не идёт.
- Но с чем связаны вес эти меры предосторожности?
- Дело в том, что в катакомбах под нашим городом работает группа сапёров. Они прочёсывают лабиринты в поисках уцелевших ещё со времён Великой Отечественной войны боеприпасов.
- И чем это грозит? - спросила Ксюха.
- Ничем. Боеприпасы найдут и обезвредят. Это нужно было сделать давно, но, как обычно, не было финансирования. Теперь наконец-то средства найдены. Мы смогли заняться профилактикой, и город наконец-то избавится от ужасного наследия войны и сможет спать спокойно.
Ксюха кивнула и стала завершать передачу:
- В студии были: ведущая прямого эфира Ксения Комиссарова и вице-мэр города Кирилл Токарев. Оставайтесь с нами.
Ксюха выдала в эфир музыку и отключила микрофоны.
- Ну как, я говорил убедительно? - спросил Кирилл Леонидович.
- Вполне. Только знаете, людей-то вы успокоили, но опасность взрыва всё равно остаётся. Смотритель до сих пор не пойман.
- Я торжественно обещаю тебе, а в твоём лице и всем жителям города, что этот опасный преступник в скором времени окажется за решёткой.
- Но почему нельзя было объявить по радио о том, что этот Родь - в розыске? - спросила Ксюха. - А заодно пообещать вознаграждение тому, кто сообщит о нём хоть какую-то информацию.
- А ты представляешь, что из этого получится? Тысячам жителей города одновременно померещится, что они видели смотрителя.
- Но может, кто-то действительно его увидит!
- Вот именно может! А в результате милиция утонет в шквале звонков от всяких доброхотов, и вынуждена будет реагировать на каждый из них! А где взять такие силы? У нас и в оцеплении-то стоять некому. И лучше от всего этого бардака будет смотрителю и его сообщникам.

0

42

Когда дружная команда, состоящая из Сан Саныча Андрея, Маши и Кати, отправилась на маяк, Зинаида немного успокоилась и села попить чаю, но недолго длилось её умиротворённое состояние. Пришла испуганная Анфиса, посмотрела на это мирное чаепитие и спросила:
- Чай пьёте? И ничего не знаете?
- А что мы такого пропустили? Что мы должны знать? - ответила вопросом на вопрос Зинаида.
- Да в городе ужас что творится! Народ в панике - говорят, катакомбы заминированы и вот-вот должны взорваться. Население собираются эвакуировать.
Захаровна испугалась:
- Ты серьёзно?
- Ещё бы! Давай, собирайся в эвакуацию. Зови всех своих, - предложила Анфиса Зинаиде.
- Да все мои как раз к катакомбам-то и пошли. - И Маша, и Сан Саныч... - заволновалась Зинаида.
- Ну, дела! Да что ж им там понадобилось?
- Саныч сказал, что должен выполнить одно задание. Вполне обычное, абсолютно безопасное. Неужели он меня обманул?
Анфиса подтвердила:
- Обманул, как пить дать обманул! А чьё задание-то он собирается выполнять?
- Судя по всему, следователя Буряка.
Тут пришло время Анфисе поволноваться.
- Значит, Гриша тоже там! У катакомб в самом опасном месте. Надо его спасать!
- Анфиса, постой, - попросила Зинаида. - Я с тобой пойду. Только переоденусь.
Захаровна тоже поднялась из-за стола.
- И ты с нами собралась? - спросила Зинаида. - Кстати, познакомься, это моя новая знакомая Антонина Захаровна.
- Очень приятно, - кивнула Анфиса.
- Взаимно. Я, милые мои, с вами выйду, - сказала Захаровна. - А потом уж вы в одну сторону пойдёте, а я в другую.
- В какую это, другую? - не поняла Зинаида.
- В ту, что поближе к моей деревне. Раз у вас в городе такая заварушка, что аж население собираются вывозить, я здесь не останусь.
- Ещё как останешься! Заварила кашу, а теперь в кусты? Нет, будь добра, расхлёбывай, - прикрикнула на неё Зинаида.
- Ну, уж нет, - сопротивлялась Захаровна.
- А я тебя в доме запру, чтобы ты о бегстве и думать забыла! - сурово сказала Зинаида и действительно, уходя, закрыла дверь снаружи на ключ.

На маяке сапёры готовились к очередному спуску в катакомбы. Следователь посмотрел на часы и сказал:
- Что-то Сан Саныч задерживается. Неужели вчера со снотворным переусердствовал, и теперь проснуться никак не может?
Но в это время открылась дверь, и в каморку смотрителя вошли Маша, Катя, Сан Саныч и Андрей.
- Ничего себе компания! - удивился следователь. - И как вас только через оцепление пропустили - в таком расширенном составе?
- Это я всех провёл, - объяснил Сан Саныч.
- А девушек-то зачем? Саныч, здесь вообще-то опасно – ты не забыл?
- Гриша, я всё помню. Но Маша сказала, что сможет нам помочь разыскать Лёшу. И я верю - это у неё, действительно, получится.
- Каким образом? - следователь посмотрел на Машу, но она внимательно осматривала каморку и, наконец, нашла то, что искала, - куколок.
- Можно, я объясню вам всё через пять минут? - попросила она. - А пока разрешите мне подняться на верхнюю площадку маяка. Пожалуйста, мне очень нужно!
Следователь пожал плечами:
- Ну, иди.
Маша ушла, и все недоуменно смотрели ей вслед. Но Маша знала, что делала. Оказавшись на площадке, она поставила куколок на перила и сказала:
- Морячок, ты будешь Лёшей. А ты, морячка, - Машей. Вы сейчас находитесь на расстоянии, поэтому не можете видеть друг друга, - Маша повернула куколок спиной друг к другу. - Но между вами существует любовь и сильная психологическая связь. Поэтому если ты, Маша, чуть-чуть напряжёшься, то сможешь понять, где сейчас Лёша и как до него можно добраться.
Осторожно, словно в лёгком трансе, Маша развернула куколок друг к другу, закрыла глаза и замерла, прислушиваясь к чему-то неведомому. Вдруг она что-то увидела и закричала:
- Есть! Я знаю, как найти Лёшу! - она быстро вернулась в каморку. - Я поняла, где находится Лёша. Он в потайной пещере, в северной части катакомб. Там, где одна их широкая часть соединяете с другой узким проходом.
Сан Саныч подозрительно посмотрел на неё и сказал:
- Хм, такое место в катакомбах, действительно есть. А как ты об этом узнала?
- С помощью куколок. В старину это называлось симпатической магией, а сейчас этим психотерапевты пользуются. Но это долгий разговор, а сейчас мне срочно нужно в катакомбы.
- Ну вот, ещё один добровольный помощник выискался! - указал на неё рукой следователь. – А ты что, одна пойдёшь? Или может, кого с собой захватишь - чтобы не скучать?
- Это я её захвачу, я же буду руководить группой поиска, - вступил в разговор Сан Саныч. - Без меня они все заблудятся. Даже Маша с её «симпа¬тичными психотерапевтами».
- Сан Саныч, вы уж и меня захватите, пожалуйста, - попросил Андрей.
- И меня! - сказала Катя.
- Ну, уж нет! - отрезал Сан Саныч. - Ты в катакомбы точно не пойдёшь. Там одной непоседливой девчонки за глаза хватит.
Катя обиженно отвернулась, а Маша ей сказала:
- Катюша, ты же понимаешь, что тебе в твоём положении рисковать нельзя. Ты пока погуляй, свежим воздухом подыши. А мы скоро вернёмся.
Глядя на всё это, Буряк только руками развёл.
- И почему я такой добрый? Почему не возьму и не выгоню всех добровольцев взашей? – спросил он.
- Потому что тебе без нас не справиться, объяснил Сан Саныч. - Так что отправляй нас в катакомбы, и побыстрее.

0

43

Братья Самойловы по-прежнему перетаскивали ящики из опасных зон. В конце концов, Костя сказал:
- Давай перекур устроим, а то что-то я совсем выдохся.
- Давай, - согласился Алёша.
Они присели.
- Лёха, ты так спокойно отреагировал на моё признание... Мне не по себе.
- А что ты хочешь, чтобы я сделал?
- Ну, наори, ударь - мне хоть чуть-чуть легче будет. Я же понимаю, что страшно виноват перед тобой. И скорее всего, ты меня никогда не простишь.
Алёша сказал:
- Я тебя уже простил. И давай больше не будем возвращаться к этому разговору.
Смотритель, который подслушивал их беседу, хохотнул:
- Какие мы благородные, с ума сойти!
- Да уж, какой есть, - ответил ему Алёша. – И меняться не собираюсь.
- Ну, бывают же такие люди - ничему их жизнь не учит. Ты что, не понимаешь, что твоим благородством всегда будет кто-то пользоваться?
- Ничего, переживу.
- Откуда такая уверенность? - хмуро поинтересовался смотритель. - Ты сейчас, между прочим, меж двух огней. С одной стороны - я с миной. С другой - твой братец, который предан тебе до первой ссоры из-за какой-нибудь тёлки.
- С братом я сам как-нибудь разберусь.
- Ну, так начинай! Он же сам просит, чтобы ему врезал, а ты не мычишь и не телишься. А между прочим, он своего добился! Первые две попытки погубить тебя сорвались, а третья - удалась! Ведь это он втравил тебя в историю с катакомбами. И обрёк на мучительную смерть во цвете лет. Неужели Лёша, ты и на этот раз своего братца простишь? Если бы не Костя, гулять тебе под ярким солнышком и жизнью наслаждаться. А вместо этого приходится к смерти готовиться.
- А я не собираюсь погибать, - сообщил Алёша. - Уверен, что проживу долгую, счастливую и полезную жизнь.
- А ты, Макарыч, зря всех людей по себе меряешь, - сказал Костя. - Если тебя смерть твоих сыновей ничему не научила, то я не такой. Я многое понял за последнее время.
- Ну, всё, щенки, у меня терпение лопнуло! - оборвал его смотритель. - Надоело мне тут сидеть и слушать ваши бредни. Сколько бы вы ни храбрились, но и самому смелому сейчас станет страшно! Я ухожу, а вам оставляю сюрприз. Если хотите на него взглянуть, выбирайтесь из пещеры. Но то, что вы здесь увидите, будет последним зрелищем в вашей жизни!
Смотритель установил возле лаза мину и сказал:
- Ну вот, сюпризец готов. Оставайтесь с ним наедине, а я пошёл. Надоели вы мне до чёртиков со своими высокими жизненными идеалами и рассуждениями о нерушимой братской любви.
- Макарыч, неужели ты так без карты и уйдёшь? - спросил Костя. - А как же твоё правило достигать поставленной цели любой ценой?
- А я ещё вернусь - через несколько дней. Когда вы от голода ослабнете и карту эту мне на блюдечке с голубой каёмочкой отдадите, - сказал смотритель.

Команда сапёров, Сан Саныч, Андрей и Маша довольно быстро добрались до места первой ловушки. Маша огляделась и сказала:
- Знакомое место.
- Ты здесь раньше уже была или оно тебе как-то... привиделось? - спросил Андрей.
- И то, и другое.
- Как это?
- А помните, я в катакомбах заблудилась, когда от Жоры с маяка убежала? Вот тогда-то я здесь и побывала. Только не знала, что здесь установлена одна из ловушек, которую позже смотритель обезвредил.
- А ты откуда знаешь?
- А вот это уже мне привиделось, - улыбнулась Маша. – Ну, всё, идёмте дальше - мы на правильном пути.
Через некоторое время Маша сказала:
- А вот здесь совсем недавно находилась ещё одна ловушка. Но сейчас это место уже не опасно. Нам туда.
Сан Саныч восхищённо посмотрел на Машу:
- А ведь действительно, здесь должна быть ловушка - мы с Андреем её вычислили, когда карту составляли. Да с тобой, Маша, по катакомбам и без карты ходить можно.
- Лучше уж с картой, - не согласилась Маша. - Так надёжнее.
Наконец, они дошли до места, где валялся ржавый клинок, а из стены торчала стрела.
- Здесь была предпоследняя ловушка профессора, - сказала Маша. - Но она тоже обезврежена. Мы почти у цели. Осталось пройти совсем немного.
- Что это? Старинные орудия убийства? - спросил Сан Саныч.
- Да. На этом месте чуть не произошло самое страшное. Но Костя и Алёша его благополучно прошли. Я чувствую, Лёша совсем рядом. Ещё каких-то сто метров - и мы его найдём!
Вдруг все услышали неясный шум.
- Может, это Лёша подаёт нам сигнал? - предположил Андрей.
- Быстрее идём туда! - сказала Маша, но, сделав несколько шагов, чуть не потеряла сознание.
- Что такое, Машенька? - бросился к ней Сан Саныч. - Тебе плохо? Наверное, воздуха не хватает?
- Нет, нет, дело не во мне, а в Лёше. Там, рядом с ним, опасность! Очень сильная угроза взрыва!

Следователь остался в каморке смотрителя и нервно курил. Вдруг в каморку ворвалась Анфиса.
- Гриша, миленький как ты? Переживаешь, да? За город беспокоишься? Вон как осунулся, - запричитала она.
Буряк опешил:
- Анфиса, что ты здесь делаешь? Нет, ну что за лоботрясы у нас в оцеплении стоят? Почему посторонних в зону особой опасности пропускают?
В каморку вошла Зинаида и ответила:
- Это мы-то тебе посторонние? Мой Саныч по твоей просьбе жизнью рискует, из дому сбегает, а ты меня посторонней обзываешь? Ну, что молчишь. Скажи что-нибудь!
- Зина, перестань кричать, - остановила её Анфиса. - Не видишь, что Григорий Тимофеевич и так себе места не находит?
- А пусть он мне скажет, где Сан Саныч и Маша, я сразу и перестану. Неужто обоих в катакомбы загнал?
- Гражданка Никитенко и гражданка Тарасенко! Я вас официально уведомляю, что в зоне оцепления лицам, не задействованным в операции, находиться запрещается!
Зинаида и Анфиса изумлённо посмотрели на следователя.
- Гриш, ты чего? - спросила Анфиса. - Это ж мы. Ты почему с нами как с незнакомыми разговариваешь?
- Предупреждаю первый и последний раз: если вы сейчас же не покинете маяк, я вынужден буду принять меры.
Зинаида и Анфиса молча вышли.

0

44

Алёша и Костя сидели в пещере возле лаза и вдруг услышали Машин голос:
- Алёша! Костя!
- Ты тоже слышал? - спросил Алёша брата. - Или мне показалось?
- Слышал. Это нас ищут! Знакомый голос...
- Конечно, знакомый, Костя. Это же голос Маши!
- Точно, Лёшка. Это она, - теперь и Костя узнал Машин голос.
- Я так и знал, что Маша нас спасёт, - сказал Алёша.
Маша довольно уверенно вела группу и вдруг остановилась.
- Машенька, ты чего? - спросил Сан Саныч.
- Вход должен быть где-то здесь, - сказала Маша. Сан Саныч посмотрел на карту:
- Никакого ответвления от главного тоннеля здесь нет. Ты не могла ошибиться?
- Нет, Сан Саныч, ошибки быть не может, - заверила Маша.
- Маша, у нас нет основания, не доверять тебе, но мне кажется, мы должны идти по карте, - сказал Андрей.
- Я уверена, что вход в подземную пещеру где-то здесь. Я чувствую, Алёша и Костя совсем рядом, - тихо сказала Маша.
Все прислушались.
Алёша и Костя тоже пытались расслышать, что происходит наверху.
- Ничего не могу разобрать, - сказал Костя.
- Я тоже. Может быть, они нас услышат, надо крикнуть. Маша! Мы здесь! - закричал Алёша. В ответ - тишина.
- Глухо, как в танке. Давай попробуем вместе, - предложил Костя.
- Мы здесь! - закричали братья хором.
- Не слышат... - вздохнул Алёша. - Интересно, куда подевался наш друг смотритель?
- Наверное, ушёл, когда почуял, что приближаются спасатели. Или притаился.
Алёша заволновался:
- Надо срочно предупредить Машу и всех, кто с ней, об опасности.
- Но как? Они же нас не слышат.
- Делать нечего, надо рисковать, - сказал Алёша и попытался пробраться в лаз.
Костя задержал его:
- Ты с ума сошёл, это неоправданный риск. Сам взорвёшься, и всех накроет камнями.
- А если смотритель нас на пушку брал, и никакой мины нет? - предположил Алёша.
- Поверь мне, я его лучше знаю. Макарыч не шутит.
- Что же делать? Если спасатели полезут к нам, они тоже подорвутся.
- Спасатели здесь по приказу Буряка. А это значит, что он прочёл моё признание и знает, что сюда без сапёров соваться нельзя.
- Ты прав, Костя, миноискателем они её быстро обнаружат, - согласился Алёша и отказался от попытки штурмовать лаз.
Сапёры стали обследовать тоннель и обнаружили лаз:
- Идите сюда. Здесь, действительно, лаз. Маша была права.
Сан Саныч похвалил Машу:
- Молодец, Машенька, что настояла на своём, а то бы мимо прошли.
- Можно я первый? - спросил Андрей.
- Нет, Андрей, - запретил Сан Саныч. - Уступи это право профессионалам.
Один из сапёров продолжил изучение лаза и услышал Костин голос:
- Эй, будьте осторожны. Лаз наверняка заминирован.
- Откуда вы знаете?
- Это смотритель маяка постарался, - объяснил Костя. - Он где-то неподалёку.
Сапёр выбрался обратно и сказал:
- Ребята находятся в пещере. Я с ними разговаривал.
- Вы их видели? - обрадовалась Маша.
- Нет, пришлось вернуться за инструментом. Они говорят, что вход заминирован.
- Как же они туда попали? - удивился Андрей.
- Их заминировали после того, как они туда вошли, - объяснил сапёр.
- Нетрудно догадаться, чьих рук это дело, - сказал Саныч. - Значит, Мишка-смотритель где-то рядом ошивается. Мы его, видать, спугнули.
- Так что, товарищ старший группы, прикажете приступить к разминированию?
- Приступайте! Только аккуратно.
Сапёр вернулся в лаз:
- Ребята, вы меня слышите?
- Да, отлично слышим.
- Обнаружил мину. Отойдите, как можно дальше. Проверьте, чтоб над вами не было сталактитов. Вы поняли?
- Всё понятно. Мы отходим.
- Тогда я приступаю к разминированию.

К Ксюхе в аппаратную пришёл программный директор. Он был хмур.
- Хочу тебе сообщить, Комиссарова, - сказал он, - что меня вызывают в мэрию. Лично Токарев.
- Это хорошо или плохо? - спросила Ксюха.
- А ты как думаешь?
- Откровенно говоря, я не очень понимаю, зачем вы мне это рассказываете?
- А я не очень понимаю, зачем вице-мэр просил, чтобы ты тоже пришла? Не догадываешься?
Ксюха развела руками:
- Ума не приложу.
- Думаю, что ничего хорошего нас не ждёт, - мрачно сказал директор. - Я почти уверен, что нас вызывают на ковёр из-за твоих эфиров.
- Мне очень жаль, что я вас подвела.
- А мне жаль, что я взял тебя на работу. Учти, Комиссарова, я покрывать тебя не собираюсь. Мне твои выходки надоели.
К удивлению программного директора, вице-мэр встретил их радушно:
- Очень рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь. Чай, кофе?
- Нет, спасибо.
Кирилл Леонидович сказал:
- Первым делом хочу вас поблагодарить.
- Приятно слышать, - удивился директор. – Но за что?
- Не скромничайте, все обратили внимание на то, как радиостанция оперативно и деликатно информировала город о происходящих в катакомбах событиях. Молодцы! А вас, Ксения, мы решили отблагодарить особо.
- Мы ей премию выпишем, - пообещал директор.
- Этого мало, - заметил Кирилл Леонидович. - Поскольку городская власть является основным акционером радиостанции, мы решили вас, Ксения, назначить её руководителем.
Ксения покраснела от удовольствия:
- Спасибо!
- Это вам спасибо. Нам нужны такие патриоты города, которым не безразлично, что в нём происходит.
- Я, конечно, вам очень признательна, но боюсь, не справлюсь.
- Прекрасно справитесь, - убеждённо сказал Кирилл Леонидович. - Мы вам поможем. Я специально пригласил и программного директора сюда - он введёт вас в курс дела. Так ведь?
- Конечно, конечно, Кирилл Леонидович, это моя прямая обязанность.
- Тогда - в бой. Желаю удачи! - сказал Ксюхе Кирилл Леонидович.

0

45

Наконец-то, лаз был разминирован и братья Самойловы смогли вылезти из пещеры.
- Всё, ребята! - сказал сапёр. - Как говорят в таких случаях, вы спасены.
- Спасибо, вам. Трудно было разминировать? - спросил Алёша.
- Нам не привыкать. Хотя установленное взрывное устройство - нестандартное, самодельное, с секретом.
- Не расслабляйтесь, работы у вас ещё непочатый край, - сказал Костя и показал сапёрам ящики со снарядами.
- Ого! Вдвоём здесь не управиться, придётся идти наверх за подмогой.
Вся команда стала возвращаться обратно.
- Обратно мы идём гораздо быстрее, прямо семимильными шагами, - заметил Андрей, который забрал у Кости свитки и нёс эту ценность лично.
- Путь домой всегда короче, - пояснил Сан Саныч.
- И приятней, - добавил Андрей. - Не могу дождаться, когда мы выберемся, чтобы поглядеть на эту красоту.
- Ты про свитки?
Андрей просто сиял:
- Невероятная находка. Когда ребята показали мне, я глазам собственным не поверил. Даже боюсь предположить, сколько этим текстам лет.
- Скоро выйдем, засядешь за свои тексты, - пообещал Сан Саныч.

Буравин отвёз Самойлова домой и поспешил к Полине. Он никогда ещё так не уставал.
- Рассказывай, Витя, не тяни, как прошла операция? - попросила Полина.
- В принципе, неплохо. Профессор, оперировавший Бориса, убеждён, что шансы на выздоровление возросли.
- Значит, он будет видеть?
- Да.
- Слава Богу. Как вы с ним общались, с Борисом? Трудно было?
-  Ты знаешь, Полина, трудности остались позади. Мы помирились.
Полина не верила своим ушам:
- Правда? Как тебе это удалось?
-  Мы попытались разобраться в причинах нашего конфликта и поняли друг друга.
-   Я очень рада, что вы нашли общий язык, - сказала Полина и поцеловала Буравина. - А ты расскажешь теперь, что с твоей рукой?
-  Давай не будем ворошить прошлое.
- Не такое это и прошлое. Вон, рука ещё не зажила.
- Мы оба с Борисом наломали дров, а теперь настало время строить новые отношения.
- Неужели Борис так изменился?
-  Не только Борис. Я тоже изменился. Когда я был с ним там, в больнице, я понял, насколько мы все уязвимы и беспомощны поодиночке, - грустно сказал Буравин.
- Это верно. Если бы все его не бросили, он бы не довёл себя до такого безумия.
- И ещё я понял, Полина, что столько лет дружбы не могли пройти даром. Мы остались с Борисом друзьями, несмотря ни на что.
- Замечательно! И Борис тоже так считает?
Буравин подумал и ответил:
- Мне хочется в это верить.
Полина подумала и сказала:
- Не представляю, как он там один? Ему же требуется уход.
- Борис отказался от посторонней помощи. Сказал, что прекрасно ориентируется в своей квартире.
- Может быть, так оно и есть. Но всё равно я волнуюсь. Витя, он же ничего не видит. Как он еду будет, себе готовить? Устроит ещё дома пожар.
- С этим всё нормально: готовить ему будет приходящая домработница, - объяснил Буравин.
- Хоть бы Алёша вернулся к Борису. Боже мой, хоть бы он вообще вернулся со своего задания, -  Полина, как всегда, волновалась о своих сыновьях.

0

46

Следователь наконец-то дождался ходившей в катакомбы группы:
- Ну, поздравляю всех с благополучным возвращением!
- Всё прошло, как по маслу, - доложил Сан Саныч. - Я даже не ожидал.
- Сан Саныч, я попрошу тебя пройти со мной наверх. А остальные могут пока подышать свежим воздухом. Только не расходитесь.
- Я могу подняться к себе в комнату? - спросил Андрей.
- Конечно, ты нам не помешаешь, - согласился следователь и обратился к Сан Санычу: - Давай, докладывай обстановку.
- Алёша и Костя нашли склад с боеприпасами.
- Значит, был склад? Как мы и предполагали, - кивнул следователь.
- С войны. Представляешь, если б рванул? Ребята-сапёры вернулись с нами за подкреплением, там им придётся попотеть.
Буряк призадумался:
- Я только одного не пойму, как же этот склад раньше не обнаружили?
- Пещеры этой на карте нет, - объяснил Сан Саныч. - Даже не знаю, как немцы её нашли.
- Так же, как и Самойловы. Где они были, в пещере?
- Да, Гриша. Хотели всё сами разминировать, город спасти решили.
- Тоже мне спасатели нашлись, - усмехнулся следователь. - Самих пришлось спасать. Ладно, хорошо то, что хорошо кончается.
- Ох, могло всё плохо кончиться. Мишка-смотритель тоже там был, он-то и заминировал выход из пещеры.
- Покушение на убийство, - квалифицировал Буряк, - Но зачем он это сделал?
- Требовал, чтоб они отдали ему сокровища, которые в этой пещере хранятся.
- Ну и дела, - вздохнул Буряк. - А сокровища-то хоть были?
- Вот они, у Андрея, - кивнул Сан Саныч.
Андрей уже не мог оторваться от рукописей и ничего не слышал, и не замечал.
- Что ж мне с этими братьями делать, а? - спросил следователь.
- Тебе, конечно, видней, Гриша, - у тебя закон, устав и всё такое, но не будь с ними слишком строг, - попросил Сан Саныч.
- Легко сказать, -  нахмурился Буряк. - Один нарушил устав, другой вообще связался с уголовником.
- Я тебе скажу, настаивал Сан Саныч, - что Алёша с Костей сделали очень много полезного.
- Про свитки я уже слышал, что ещё их оправдывает? - спросил следователь.
-  Они перенесли ящики с боеприпасами подальше от сталактитов. Облегчили сапёрам работу.
- Они думали не о сапёрах, а о своей безопасности, - уточнил следователь.
- Обидно за ребят, у них только-только личная жизнь стала налаживаться. А Маше вообще надо дать медаль.
Тут Буряк не возражал:
- Вот Маше и дадим. А с этими гавриками у меня всё равно будет серьёзный разговор. Где они?
- Наверное, ждут на улице, как ты и приказал.
- Там ещё Катя вся извелась из-за Кости. Ладно, пойду, поговорю с ними да отпущу по домам, - решил Буряк.

Алёша, Костя и Маша вышли из маяка и увидели Катю. Катя подошла к Косте, обняла его и тихо сказала:
- Как хорошо, что мы опять все вместе!
Костя погладил её по голове, посмотрел на Алёшу и Машу и добавил:
- Не только вместе, но и каждый со своей любимой девушкой.
Брат его поддержал:
- Точно, Костя. Это самое главное!
Подошёл следователь и нежно сказал Маше:
- Спасибо тебе за помощь. Мне Сан  Саныч рассказал, как ты нашла вход в пещеру. Как это у тебя получается?
- Я сама не знаю, - пожала плечами Маша.
- Девушки, вы уж меня извините, но я украду ваших кавалеров на пару минут, - сказал следователь Маше и Кате.
Он увёл братьев Самойловых в сторону и сурово спросил:
- Ну, и что мне с вами делать?
Алёша ответил:
- Мы больше не будем.
- Младшая группа детского сада! - воскликнул Буряк. - Только благодаря тому, что я знаю вас с детства и дружу с вашим отцом, я позволю себе быть снисходительным. Но не обольщайтесь. Просто я откладываю наш разговор на некоторое время. Даю вам пару дней осмыслить то, что вы натворили. Вам понятно?
- Что ж тут непонятного, - сказал Алёша.
- Ты, Костя, надеюсь, не отправишься в свадебное путешествие? - поинтересовался Буряк.
- Я уже напутешествовался, - хмуро отозвался Костя.
- Вот и хорошо. Очень скоро ты мне понадобишься. И не просто для разговора, а для допроса. Так что будь готов.
Костя понял, что пока всё идёт хорошо, и ответил:
- Всегда готов.
- Значит, договорились… - сказал следователь и возвратился к Кате и Маше: - Девушки, забирайте своих парней.

0

47

Хуже было Сан Санычу, которого наконец-то нашла Зинаида.
- Вот ты где. Ушёл, сказал: «Обычное задание», а я потом от людей узнаю, что там на самом деле, - возмущалась она.
- Ничего особенного. Показал ребятам дорогу и всё.
Зинаида была на взводе:
- Что ты мне голову морочишь, в глаза врёшь! Думаешь, я не знаю, что творится, что весь город в опасности.
- Да не было там никакой опасности для города. Я не хотел тебя волновать, Зина, - нежно сказал Сан Саныч. - У тебя ж давление.
Зинаида продолжала его укорять:
- Как тебе не стыдно, Саныч, ты же не мальчишка - по катакомбам шляться, искать приключений на свою голову.
- Пойми, Зина, так, как я, никто не знает подземный лабиринт. Я должен был помочь, - пытался вставить слово Сан Саныч.
Но Зинаида его почти не слушала:
- Эгоист ты, Саныч, бессердечный человек! Как ты мог так легкомысленно поступить?
- Зина, успокойся, всё же нормально. Вот он я, целый и невредимый, - показал на себя Сан Саныч.
- Забыл уже, как тебя Мишка-смотритель из пистолета подстрелил? - продолжала Зинаида.
Её крики заставили Андрея оторваться от свитков.
-  Зина, мы здесь не одни, - напомнил ей Сан Саныч. - Давай продолжим разговор дома.
Зинаида поняла, что наговорила лишнего:
- Ладно, пошли домой. Вы уж простите нас, Андрей!
- Ничего, ничего, - сказал Андрей и вернулся к рукописям.
А Зинаида, подталкивая Сан Саныча впереди себя, увела его с маяка. Глядя на эту картину, Алёша удручённо сказал:
- Вот как встречают героев. Где справедливость?
- Хватит уже геройства. Пора вернуться к мирной жизни, - предложила Катя.
- Лично я не возражаю, - улыбнулся Алёша.
- Костя, что вам с Алёшкой сказал Буряк? - спросила Катя.
-  Разговора ещё не было, - ответил ей Костя. - Сказал, поговорим через два дня.
Катя обрадовалась:
- Два дня - целая вечность!
- Я вижу, что мне, как самому старшему, придётся озвучить то, о чём все мы думаем, - сказал Костя.
- О чём же мы все думаем? - спросил его Алёша.
- Так дальше продолжаться не может. Хватит обманывать самих себя. Вам с Катей надо развестись.
- Да, - согласилась Катя, - это была моя ошибка.
Маша её перебила:
-  Нет, Катя, ты ни при чём. Это я всех запутала, простите меня!
Алёша подвёл итог:
- В общем, мы все виноваты, все и будем исправлять эту ошибку.
-  Вот и отлично, - кивнул Костя. - Предлагаю прямо завтра. Встречаемся утром у ЗАГСа.

Следователь, посмотрев на то, как ведут героического Сан Саныча домой, вернулся в каморку и сказал Андрею:
- Да, Сан Санычу сегодня придётся несладко. Зинаида взяла его в оборот.
Но Андрей был увлечён другим:
- Григорий Тимофеевич, пока у вас есть время, я бы хотел поговорить об этих свитках.
- Судя по тому, как ты увлечённо их рассматривал, они представляют определённую ценность, - догадался Буряк.
- Определённую ценность? - опешил Андрей. - Да им цены нет! Я пока провёл лишь предварительную экспертизу, но почти уверен - это величайшая находка. Но чтобы в этом убедиться окончательно, я хотел бы взять их в Москву для полноценного анализа.
- Дай-ка взглянуть, - следователь забрал у Андрея свитки. - Так-то оно спокойней. Мы со своими историческими ценностями сами разберёмся.
Андрей запротестовал:
- Григорий Тимофеевич, это не гуманно.
Но у следователя была своя точка зрения:
- Свитки найдены в наших катакомбах, а не в московском метрополитене. Так что они - наши. А в Москву тебе съездить, действительно, стоит. По другому поводу.
- По-какому? - не понял Андрей.
- Предать земле останки профессора Сомова, - грустно сказал Буряк. - После того как ты обнаружил скелет Сомова, я направил в катакомбы поисковиков.
- Вы проводили экспертизу?
- Нет сомнений, это Сомов, - подтвердил следователь.
- Значит, останки учителя вы мне отдадите? - уточнил Андрей.
- Конечно. Родственники Сомова в курсе?
- Родственников у него не осталось. Учитель был одинок.
- Кто же будет его хоронить? - спросил Буряк.
- Организацию похорон и расходы возьмёт на себя Исторический клуб.
- Что ж, останки профессора ты можешь получить в любое время.
- А свитки? - с надеждой спросил Андрей. - Я только начал их изучать. Вы мне их оставите хотя бы до утра?
- Прости, Андрей, но свитки я тебе не оставлю, - покачал головой следователь, - чтобы ты нечаянно не увёз их в Москву.
- Как вы не понимаете, Москва - это лучшее место для таких вещей. У вас в городе даже музея нет.
- Значит, будет. Спасибо за идею. Нут желаю счастливого пути!
Андрей улыбнулся:
- Кажется, вы забыли, что здесь на маяке живу я, а не вы.
- Ах, да. Хорошо, что напомнил, а то я уже тут засиделся. Пора и честь знать.
Следователь поднялся и взял свитки. И тут дверь в каморку открылась и вошла Анфиса.
- А вот и за мной пришли! - обрадовался следователь.
- Ты когда освободишься, Григорий? А то я заждалась уже.
- Ты прости меня, Анфиса, что я тебя с Зинаидой шуганул, - виновато извинился Буряк. – Сама понимаешь, такая ситуация была напряжённая, а тут ещё вы заявляетесь.
- Да я не сержусь на тебя, я всё понимаю. Значит, едем домой?
- Только по дороге заскочим в отделение, я запру в сейф кое-какие исторические ценности, а потом сразу ужинать.
- Я как раз сегодня ходила на базар и купила свежей кефали. Такая уха получилась! - похвасталась Анфиса.
Следователь неожиданно запел:
- «Шаланды полные кефали, в Одессу Костя приводил...»
Анфиса посмотрела на Андрея:
- Андрей, может быть, вы с нами поужинаете? Проголодались, небось.
Андрей отказался:
- Спасибо за приглашение, но как-нибудь в другой раз. Я очень устал, спать хочу. Прямо сейчас и лягу.
- Ну, не будем вам мешать. Всего хорошего.
Андрей никак не мог оторвать взгляд от свитков, которые уносил следователь.
- Имейте в виду, Григорий Тимофеевич, я вернусь, чтобы изучать эти тексты в вашем музее, - заверил он.
- Я буду искренне рад тебя увидеть.
Следователь и Анфиса ушли, но Андрею не пришлось долго скучать, потому что зазвонил телефон. Это была Полина.
- Андрей, добрый вечер! - сказала она. - Я очень волнуюсь за Алёшу и Костю. Буряк мне сказал, что дал им какое-то секретное задание…
Андрей поспешил успокоить её:
- He волнуйтесь, Полина. Задание выполнено. Ребята благополучно вернулись из катакомб. Алёша в полном порядке. И Костя тоже.
- Слава Богу! Вы не знаете, где сейчас ребята?
- Подозреваю, что Алексей у отца. Вместе с Машей. А Костя наверняка с Катей.
Полина облегчённо вздохнула:
- Спасибо, Андрей, а то я уже не знала, что думать - пропали мои сыновья бесследно.
- Полина. у вас отличные сыновья.
- Спасибо. А что у вас такой грустный голос, Андрей? Почему? - спросила Полина.
- Грустно расставаться с вашим городом.
- Вы уезжаете?
- Но я вернусь. Обязательно вернусь, - обещал Андрей. - Напишу новую книгу и вернусь.

0

48

Зинаида отошла подальше от маяка и начала всхлипывать:
- Если б ты только знал, как я волновалась. За тебя волновалась, старого дурака.
Сан Саныч понуро шёл следом и оправдывался:
- Видит Бог, я этого не хотел, Зина.
- Анфиса как сказала, что городу угрожает опасность, что там  катакомбы заминированы, я чуть не умерла от страха за тебя. Это правда?
- Да, Зина, это правда. Мы все могли погибнуть, - признался Сан Саныч.
Зинаида остановилась:
- Боже мой, Саня, ты прости меня, что я устроила скандал.
- Да ладно. Я ж понимаю - сам виноват.
- Я только подумала, что ты можешь не вернуться, и сразу поняла, как ты мне дорог.
- Ты тоже для меня самый дорогой человек на земле, - улыбнулся Сан Саныч.
- Ещё я поняла, Саня, что ты настоящий мужик. И я очень жалею, что не вышла за тебя замуж в молодости и не родила тебе детей.
Сан Саныч обнял Зинаиду, и она заплакала.

Самойлов, которого уже тяготило его одиночество, был рад возвращению домой Алёши и Маши. Дом сразу ожил, в нём вкусно запахло приготовленной едой, комнаты заполнились голосами. Самойлов был счастлив!
- Машенька, ты прости меня, пожалуйста, - сказал он.
- Не за что мне вас прощать, ничего вы мне плохого не сделали.
- Ну как же, выгнал вас с Алёшкой из дома, - напомнил Самойлов.

Алёша вмешался в их разговор:
- Я тоже хорош, нет, чтоб выслушать тебя, поговорить по душам - полез на рожон.
Самойлов невероятно изменился, он даже мыслить стал по-иному:
- Я теперь с ужасом вспоминаю, что со мной творилось. Какое-то безумие, навязчивые идеи. Со всеми разругался, все мосты посжигал.
- Ничего, папа, мосты новые построим, - пообещал Алёша. - Со всеми помиришься. Никто зла на тебя не держит. Я в этом не сомневаюсь.
- Теперь-то я понимаю, сын, что человеку для счастья нужно совсем другое. Не тратить свою жизнь на самоутверждение, а просто жить и ценить каждый миг общения с близкими людьми.
- Вот это, папа, я тебе могу обещать! Мы будем с тобой общаться каждый день. Правда, Маша?
- Правда, - подхватила Маша. - Мы вас не оставим, Борис Алексеевич.
Для Самойлова начиналась новая жизнь.

- Костя, только честно, что тебе сказал Буряк? - спросила Катя.
- Он попросил никуда не уезжать из города.
- Что это означает? - заволновалась Катя.
- Это означает, что через несколько дней он вызовет меня на допрос по делу смотрителя.
- Если он тебя не арестовал сразу, возможно, всё не так страшно?
- Он не сделал этого только из уважения к отцу. И Сан Саныч наверняка просил за меня, - Костя, правильно понимал ситуацию.
- Ладно, не будем раньше времени падать духом, - сказала Катя. - Ты молодец, что заговорил о разводе. Я бы сама не решилась. Завтра мы с Алёшкой разведёмся.
- Развестись вам, конечно, необходимо - хотя бы для того, чтобы Алёшка смог жениться на Маше.
- Почему только Алешка и Маша, а мы с тобой? — спросила Катя.
- Ты должна хорошо подумать, Катя, стоит ли тебе связывать свою жизнь со мной?
- Нечего мне думать, Костя, я уже всё решила, - быстро ответила Катя.
- Меня будут судить, Катя, и, скорее всего, дадут срок.
- Я к этому готова. Готова ждать тебя столько, сколько будет нужно. И мне очень жаль, Костя, что ты этого не понимаешь. Ведь я люблю тебя, - Катя нежно прижалась к нему.
- Прости меня, Катя. Просто было бы нечестно с моей стороны не оставить тебе выбора.
- Я свой выбор уже сделала, - сказала Катя и заплакала.

0

49

У Алёши с Машей шёл похожий разговор.
- Как хорошо, всё опять как прежде! - радостно сказал Алёша. - Мы с тобой вместе. Завтра я разведусь с Катей, и больше мы никогда не будем разлучаться.
- Ты простишь меня за то, что я убедила тебя жениться на Кате? - спросила Маша.
- Уже простил, Машенька. Ты же хотела, как лучше.
- Да, хотела, но ошиблась.
- Представляешь, я не сомневался, что именно ты спасёшь меня в катакомбах, - признался Алёша.
- Может быть, настанет день и тебе придётся точно также спасать меня, - как-то задумчиво ска¬зала Маша.
- Я буду молить Бога, чтобы такой день не настал никогда, - нахмурился Алёша.
- Всякое бывает в жизни, - вздохнула Маша, словно что-то предвидя.
- Помнишь, как Андрей сказал про тебя, что у тебя дар и что во все времена к людям, имевшим такой дар, относились по-особенному. Их берегли, понимая, что люди с такой тонкой организацией психики сами очень уязвимы.
- Но я не боюсь ничего, - сказала Маша. – И, кроме того, ты сможешь защитить меня, Алёша. Я в этом уверена.
- Ведь я люблю тебя. Мне так хорошо с тобой!.. Спасибо тебе. Маша, за то, что ты убедила меня вернуться домой, к отцу. Мы должны быть с ним, он не должен чувствовать себя одиноким в своей беде.
- Мне кажется, что рядом с тобой отец вновь обретёт зрение.
Самойлов в это время вошёл в кухню. Он ощупывал руками шкафчики, чтобы найти нужный. Наконец, он нашёл искомое - бутылку водки. Самойлов открутил пробку и понюхал содержимое бутылки, потом решительно подошёл к раковине и вылил всю водку в раковину.

Маша поднялась пораньше, чтобы приготовить завтрак. Самойлов пришёл в кухню составить ей компанию и поговорить. Когда завтрак был уже го¬тов, появился Алёша.
- Вот и жених проснулся, - прокомментировал его приход Самойлов.
- Я, папа, не жених, - поправил его Алёша. - Это называется по-другому. Я ведь развожусь сегодня...
- Разводишься ведь для того, чтобы опять жениться. Значит, жених, - настаивал Самойлов.
- Алёша, иди, умывайся, - скомандовала Маша. - Сейчас будем завтракать.
- А что у нас на завтрак? - принюхался Алёша. - Пахнет вкусно.
- Оладьи по рецепту бабушки Зины.
- Оладьи я люблю. Особенно со сметаной.
Позавтракав, Алёша посмотрел на часы и сказал:
- Время поджимает. Так можно и опоздать на собственный развод.
- Успеешь, не переживай, - успокоила его Маша.
- Надо будет отпраздновать День развода, - предложил Алёша.
- Ну и молодёжь, вздохнул Самойлов. - Нельзя, Алёшка, праздновать такие вещи.
- Почему? Бывает же так, что развод - это праздник. Причём для всех.
- Ну, если это для тебя праздник, сынок, то я тебя поздравляю, - уступил Самойлов.

0

50

У Кати утро было более романтическим, чем у Маши. Катя проснулась и увидела перед собой цветы.
- Костя, я не верю своим глазам, - сказал она.
- Это я не верю своему счастью, - сказал Костя и поцеловал Катю.
- А ты поверь, - попросила она.
-  Не могу. Я ведь делал всё, чтобы тебя потерять, а ты меня нашла и спасла своей любовью.
- Как ты изменился, я никак не привыкну к тебе такому, - призналась Катя.
- К какому такому?
- К такому нежному, такому заботливому, к самому любимому.
- А ты привыкай. Я перед тобой в неоплатном долгу. Говори, что я должен сделать для тебя, и я исполню любое твоё желание.
- Возьми меня в жёны, - попросила Катя.
- С удовольствием, моя королева. Только сначала тебе надо развестись с Алёшкой.
- Хоть бы нам ничего не помешало, - вздохнула Катя.
-  Нам никто не может помешать, кроме нас самих, - сказал Костя, многозначительно показывая на часы.
- Ой! Всё, всё, всё, я встаю! - заторопилась Катя.

Захаровна решила ещё немного погостить у Зинаиды.
За завтраком она спросила:
- Интересно, Зина, какая ты в молодости была - небось, красавица?
- Здрасьте, кума Настя! А ты уже забыла?
- Она в молодости была - ух, - вставил своё веское слово Сан Саныч, - да и сейчас - ничего.
Зинаиде понравился его ответ, но она смущённо заметила:
- Скажешь тоже, Саня!
- Жаль, тогда конкурсов красоты не проводили. Первое место Зина бы никому не отдала... Я тебе, Захаровна, сейчас покажу её фотографии.
Сан Саныч принёс свой альбом. Зинаида в нём была, действительно, настоящая красавица.
- Чудо, а не девка! - похвалила Захаровна. - Стройна! А какая коса у тебя была!
- Этой косой она и косила нас, моряков, - засмеялся Сан Саныч.
- Волосы - что твой шёлк, а фигура!.. - и вдруг Захаровна воскликнула: - Ой! Господи!
- Что ты там увидела? - встрепенулась Зинаида.
- Это он! - сказала Захаровна, тыча пальцем в фотографию.
- Кто?
- Тот её парень, моряк! - объяснила Захаровна.
- Дай-ка я сама гляну, - сказала Зинаида и забрала у Захаровны альбом.
Сан Саныч недоумённо смотрел на них, ничего не понимая.
Захаровна показала на фотографию:
- Вот, Зина, это он, тот самый моряк.
Сан Саныч заглянул в альбом:
- Так это же Витька Буравин.
- Послушай, Захаровна, а ты не ошиблась? - спросила Зинаида.
- Говорю тебе, это он. Я его сразу узнала. Молодой, статный, красивый.
- У тебя же нет памяти на лица, ты ничего не путаешь? Для женщин молодые и в форме - все красавцы.
Но Захаровна была уверена:
- Даже не сомневайся, это он. Её парень.
- Да чей парень? - не понимал женщин Сан Саныч.
Зинаида обернулась к нему:
- Слушай, Саня, когда Буравин был курсантом, какая у него была девушка?
- Полина. А что?
Зинаида только руками всплеснула:
- Боже мой! Беда, Саня! Что мы натворили!
- Зина, скажи толком, что случилось? - по-прежнему ничего не понимал Сан Саныч.
Зинаида охнула:
- Случилось непоправимое.
- Зина, ты хочешь моей смерти? - завопил Сан Саныч. - Немедленно говори мне, что тут происходит.
- Саня, держись. Я тебе скажу страшную вещь.
- Только быстрей, а то я не доживу.
Зинаида набрала побольше воздуха и сообщила:
- Полина - мать нашей Машеньки. А Алёша - её брат.
- Повтори, Зина, что ты сказала? - не понимал Сан Саныч.
- Ты не ослышался, Саня. Полина и есть та женщина, что родила Машеньку и оставила Захаровне. А Захаровна подбросила её мне.
Сан Саныч не поверил:
- Этого не может быть.
- Может. Вон Захаровна подтвердит, что так всё и было.
Захаровна послушно кивнула:
- Так и было.
- Но я Захаровну не сужу, ты же помнишь, как я хотела девочку... - сказала Зинаида.
- Подожди, Зина, дай мне отдышаться... - попросил Сан Саныч. - Итак, давайте всё по порядку. Захаровна, ты уверена, что именно Полина - Машина мама?
- Я же у неё роды принимала, - объяснила Захаровна.
- А при чём здесь Витя Буравин? Он что, был вместе с ней, когда она рожала?
- Нет, от него она держала это в тайне. Он ушёл в рейс, когда ещё не было заметно животика, а когда вернулся, она уже родила.
- Ну и дела! Головам кругом идёт, - Сан Саныч не - знал, что и говорить.
- Господи, прости, какой грех! Алёша-то с Машей братик и сестричка, - причитала Зинаида.
Вдруг у Сан Саныча появилась какая-то идея. Он нашёл в альбоме нужную фотографию и попросил:
- А ну-ка, Захаровна, посмотри вот на эту женщину.
- Симпатичная, - сказала Захаровна.
- Ты её не узнаёшь? - удивился Сан Саныч.
- Впервые вижу - такую бы я запомнила. А кто она? - спросила Захаровна.
- Я тебе показал Полину, и ты её не узнала. Значит, всё-таки не она?
Захаровна покачала головой:
- Нет, это не она.
- Ой, Захаровна, умоляю тебя - чтоб не было ошибки, - взмолилась Зинаида. - Посмотри внимательней.
Захаровна достала из сумки очки. Надела их и стала внимательно разглядывать фотографию.
- Нет, натурально не она. Не Машенькина мать.
Саныч облегчённо вздохнул:
- Уже легче. Значит, не Полина.
- Та была черноволосая, жгучая такая, - стала описывать Захаровна. - Глазищи огромные.
- Черноволосая, говоришь? - переспросила Зинаида. - Сан Саныч, у тебя же есть Таисьина фотография?
- Конечно, есть. Вместе с Виктором как раз, - Саныч протянул Захаровне другую фотографию. - Взгляни, Захаровна, на эту женщину. Узнаёшь?
Захаровна только глянула, сразу же сказала:
- Она. Никаких сомнений. Давно я её не видела, но сразу узнала. Эта женщина - мать вашей девочки.
- Таисия, - задумчиво сказала Зинаида. - Выходит, что Таисия - мать нашей Машеньки.
- Можешь не сомневаться, это она. Вы с ней, как я понимаю, знакомы? - уточнила Захаровна.
- Знакомы более двадцати лет. Всё это время Таисия была женой Буравина, - объяснил Сан Саныч.
- Что ж это получается, Саня, Виктор Буравин - Машин отец? - спросила Захаровна.
- Не думаю, что Витька позволил бы Таисии отдать ребёнка, - покачал головой Сан Саныч.  - Он мне сам говорил, что хотел как минимум троих детишек, но Таисия возражала.
- Так она же тайком от него родила, - напомнила Захаровна.
- Да, ситуация. Если Виктор узнает, будет скандал.
-  Они ведь уже в разводе, - напомнила Зинаида. - Дело прошлое.
- Глядишь, общий ребёнок и помирит их, - предположила Захаровна.
- Не уверен, - сказал Сан Саныч.
- Ой, у меня прямо камень с души упал, что Алёша с Машей - не брат и сестра, - обрадованно сказала Зинаида. - Я бы померла от стыда.
- Зато Катя и Маша - сёстры. Это тоже крутой поворот в жизни. Как бы не занесло, - осторожно сказал Сан Саныч.
- Катя - это та беременная, что с Машей приходила? - уточнила Захаровна. Зинаида кивнула. Сан Саныч стал нервно прохаживаться по кухне.
- Саня, ну не маячь ты перед глазами, - попросила его Зинаида. - Скажи лучше, как поступить.
- Главное, не поступить опрометчиво. А всё остальное как-нибудь разрешится.
- Как-нибудь! Само, что ли? – засомневалась Зинаида.
- Давайте исходить из того, что Маша будет рада узнать, кто её родители, - начал Сан Саныч.
- А её родители будут рады узнать, что у них взрослая дочь? - с сомнением спросила Зинаида.
- Думаю, что в таком возрасте - они всё поймут правильно, - уверенно сказала Захаровна. - И наша Таисия будет счастлива.
Зинаида заметила с обидой в голосе:
- Конечно, когда Машу уже вырастили и воспитали другие, легко быть счастливой.
- В любом случае, не надо бояться. Между собой они обязательно разберутся, люди все вменяемые, - сказал Сан Саныч.
- Саня, ты предлагаешь пойти сказать Таисии и Виктору, что Машенька их дочь? - спросила Зинаида.
Сан Саныч вздохнул:
- Вот насчёт Виктора у меня есть сомнения.
- Какие сомнения?
- Что-то я сомневаюсь, что он - отец Маши. Ты, Зина, сиди пока тихо, а я попытаюсь аккуратно это прояснить.

0

51

Кирилл Леонидович помнил, что Самойлову должны были сделать операцию, и позвонил Буравину, чтобы узнать, как дела.
- Виктор, ты давно вернулся? - спросил Кирилл Леонидович.
- Вчера, Кирилл.
- Как там Борис, как прошла операция?
- Вполне успешно. Есть надежда, что зрение восстановится. Будем надеяться...
- Ты можешь зайти ко мне? Надо поговорить о тендере - дальше затягивать некуда.
- Я и сам собирался к тебе сегодня.
- Тогда жду... И ещё. Передай, пожалуйста, трубку Полине. Мне надо сказать ей пару слов.
- Конечно… - сказал Буравин и позвал: - Полина!
- Кто это? - спросила Полина, подходя к нему.
- Кирилл хочет что-то тебе сказать. А я побежал, пока, - Буравин отдал ей трубку и ушёл.
- Полина Константиновна, у меня к вам есть серьёзный разговор. Найдёте время зайти ко мне в течение дня? - спросил Кирилл.
- Хорошо, Кирилл Леонидович, - согласилась Полина.

Алёша с Машей пришли к ЗАГСу раньше остальных.
- Добрый день, - сказал Алёше проходящий мимо сотрудник ЗАГСа.
- Добрый день, - кивнул Алёша.
- Вы снова к нам?
- Снова.
- Желаю успеха, - сказал сотрудник и скрылся в дверях ЗАГСа.
- Кто это? - спросила Маша.
- Кто-то из сотрудников ЗАГСа.
- Ты уже тут всех знаешь, как я погляжу, - заметила Маша.
- У меня такоё ощущение, что я родился и вырос в этом ЗАГСе. Со всеми знаком сто лет, все со мной здороваются. Представляю, что они думают обо мне. Гадают, наверное, жениться я пришёл или разводиться.
- Тебя это смущает? - спросила Маша.
- Конечно. И вообще, мне надоели эти хождения.
- Потерпи немного. Сегодня разведёшься и потом ещё один раз придёшь, чтобы жениться на мне.
- Ты сама предложила. Но запомни, наша свадьба будет последним моим визитом в ЗАГС. Разводиться я с тобой не буду, что бы ни случилось. Иначе я здесь и умру, - Алёша посмотрел на часы, - Это некрасиво с их стороны - опаздывать.
- Никак не налюбуются друг на друга, - предположила Maшa. - Я так рада, что у них всё наладилось.
- Всё равно опаздывать неприлично.
Но тут из дверей ЗАГСа вышел Костя и сказал:
- Ага! Они здесь стоят. А мы с Катей вас внутри ждём. Думаем, никак не могут налюбоваться друг на друга.
Следом за ним появилась Катя.
Алёша растерялся:
- И давно ждёте?
- А чего нам ждать. Мы уже успели пожениться, - сообщил Костя.
- Не понял, как это?
Костя хлопнул брата по плечу:
- Я и забыл, что мой брат с утра шуток не понимает.
- Просто шутки у тебя такие странные, - объяснил Алёша.
- Ну, вперёд и с песней! - скомандовал Костя, и вся компания вошла в ЗАГС.
Регистраторша, увидев знакомые лица, заволновалась:
- Ой, кто из вас что? То есть я хотела спросить, кто из вас на ком женится?
- Сегодня никто из нас не женится, - строго сказал Алёша. - Мы хотим развестись.
- И как можно скорей! - добавила Катя.
- Понятно. Сначала - как можно скорей женитесь, а потом - как можно скорей разводитесь.
- Мы вам обещаем это в последний раз, - сказал Алёша.
- Ветер в голове. Вот брат ваш, сразу видно, человек серьёзный, - обратила внимание на Костю администраторша.
- Это очень верно подмечено, - согласился Костя.
- Значит, вы хотите развестись.
- Скажите, как быстро можно это сделать? - поинтересовался Костя.
- Для вас сделаем исключение, разведём вашего брата прямо сейчас.
- Ура! - закричали все четверо.
- Вот этого не надо, - остановила эту бурную радость администраторша. - Не надо здесь кричать «ура». Вы не на свадьбе. Развод - это не повод для столь бурной радости.
- Иногда развод куда приятней свадьбы, - сообщил Алёша.
- А вы, Катя, тоже так считаете? - администраторша посмотрела на Катю.
- Для меня этот день - один из самых счастливых в моей жизни, - призналась Катя.
- С вами можно с ума сойти. Понять мне вас труднее, чем развести.
- Маша, давай мы оставим Лёшку с Катей, а сами подождём их во дворе, - предложил Костя.
- Вам совсем необязательно уходить.
- Разве для развода нужны свидетели? - спросил Костя.
- Нет, свидетели не нужны, просто я думала... - регистраторша влюблёнными глазами смотрела на Костю.
- Тогда мы подождём на улице, - отрезал он.
Маша с Костей ушли, а администраторша занялась документами.
- Так, всё вроде нормально, - сказала она. - Пока писали, не передумали разводиться?
- Нет, мы твёрдо решили, - подтвердила Катя.
- Как хотите, моё дело спросить. Распишитесь здесь, - администраторша показала Кате и Алёше, где расписываться. - Я думаю, заведующая не будет возражать.
- Мы больше не муж и жена? - спросил Алёша.
- Осталось сделать пометку в паспортах, и можете начинать новую жизнь. Отдельно друг от друга.
- Спасибо, - сказала Катя. - Мы вас поздравляем с нашим разводом.
- Напрасно вы так легкомысленно к этому относитесь, - покачала головой администраторша. - Никто не знает, как жизнь повернётся.
- В любом случае, спасибо вам за понимание, - сказал Алёша.
- Желаю удачи.
Костя с Машей беседовали на крылечке ЗАГСа.
- Как там поживает моя многострадальная аптека? - спросил Костя.
- Возвращаем её к жизни. Теперь она принадлежит Римме.
- Лёва ей подарил?
- Да, он сделал ей такой подарок, когда узнал, что она ждёт ребёнка, - объяснила Маша.
- А ты, значит, всем управляешь. Думаю, аптеку ждёт неплохое будущее, - предсказал Костя.
- Я надеюсь, нас всех ждёт неплохое будущее.
- Главное, поскорей забыть о прошлом. Чтобы в будущем всё было по-другому.
Маша покачала головой:
- Так не бывает.
- Почему же? Возьми хотя бы эту аптеку. Ещё недавно ты в ней работала под моим руководством, а теперь сама ею управляешь.
- Осталось только тебя взять на работу, - засмеялась Маша.
Тут из дверей выскочил Алёша и закричал:
- Всё! Мы свободны!
- Мы больше не муж и жена! - радостно добавила вышедшая следом за ним Катя.
- Удивительно, как быстро вам оформили развод. Прямо не регистраторша, а золотая рыбка, - улыбнулась Маша.
- Мы же с ней свои люди, практически родственники, - дурачился Алёша. - Она мне, вообще, как старшая сестра.
- Может, твоя сестра - золотая рыбка - нас и распишет прямо сегодня? - спросил Костя.
- Сомневаюсь, Костя, что она будет рада помочь тебе в этом. Если б ты разводился... - загадочно сказал Алёша.
- Вот именно, - подтвердила Катя, - тогда она была бы счастлива.
- О чём вы говорите, объясните мне, тугодуму? - попросил Костя.
- Ты что, не заметил, как она на тебя смотрела? - удивился Алёша.
- Я сейчас замечаю только, как Катя на меня смотрит, - признался Костя. - Остальные меня не волнуют. Пока, во всяком случае.
- Смотри у меня, я этой регистраторше быстро мозги вправлю, - пообещала Катя.
- Не надо. Она нам ещё пригодится. В конце концов, мы должны быть ей благодарны.
- Правильно. Пойдёмте лучше праздновать наш развод, - предложил Алёша.
- Нет, мы не пойдём. Правда, Маша? - весело спросила Катя.
- Правда, не пойдем.
- Маша, почему не пойдём? - огорчился Алёша. - Мы же собирались отпраздновать это событие?
- Что вы задумали? - строго спросил Костя.
- Мы же не сказали, что не пойдём вообще. Просто не сию минуту. У нас с Машей есть дела, - таинственно ответила Катя.
- Интересно, что за тайны?
Катя засмеялась:
- Никаких тайн - мы хотим пройтись по магазинам, кое-что купить.
- Так пойдёмте вместе, - не унимался Алёша.
- И в салон красоты вы тоже с нами пойдёте? – спросила Маша.
- Всё понятно. Придётся нам, Алёшка, смириться. Они же для нас стараются.
- Вот именно, - подхватила Катя. - Мы хотим быть сегодня самыми красивыми, чтобы некоторые не заигрывали с регистраторшами.
- Хорошая идея. Пока ты по магазинам и по салонам красоты, я - по регистраторшам, - хитро сказал Костя.
- Убью, - Катя показала кулак.
- Сегодня никто шуток не понимает, - пожаловался Костя.
- Только твоих, - заметил Алёша.
- Ладно, мы с Катей пойдём, а вы ждите нас в кафе, - попросила Маша.
И девушки пошли по самым важным женским делам - делать себя красивыми.

0

52

Буравин решил, что в мэрию он обязательно пойдёт с Самойловым. Он пришёл к Борису:
- Ну, как ты здесь? - спросил он, заходя в дом.
- Всё в порядке. Алёша и Маша вернулись, так что мне весело, - ответил Самойлов.
- Молодцы, ребята.
- Проходи, Витя, чайку попьём.
- Нет, у нас времени, Борис, чаи распивать. Собирайся. Скажи мне, где твой костюм? - Буравин решительно пошёл к шкафу.
- Подожди, не торопись. Куда собираться?
- Звонил Кирилл, срочно попросил нас с тобой приехать в мэрию. Хочет поговорить о тендере.
Самойлов помрачнел:
- А при чём здесь я? Наверняка, он приглашал тебя одного. Я-то ничего не вижу!
- Здесь ты ошибаешься. Он несколько раз повторил, чтобы я обязательно приехал вместе с тобой.
- Ты, наверное, неправильно его понял.
- Боря, твоя фамилия - Самойлов? Значит, я всё понял правильно. Говори, где костюм? - и Буравин открыл шкаф.
Через полчаса они уже были в кабинете Кирилла Леонидовича.
- Приветствую вас, ребята! Проходите, присаживайтесь, - сказал Кирилл, глазами вопросительно показывая Буравину на Самойлова, мол, он-то зачем.
Буравин показал сцепленные руки - будем работать вместе. Кирилл кивнул.
- Что ж, Кирилл, мы готовы выслушать окончательное решение комиссии, - сказал Буравин.
- Принимая во внимание равноценность проектов обоих претендентов, комиссия посчитала целесообразным отдать им заказ на двоих.
- На двоих? - переспросил Самойлов.
- Совершенно верно - Буравину и Самойлову, то есть вам.
Буравин благодарно кивнул Кириллу, мол, спасибо, хорошее начало!
- Удивительное решение, |- констатировал Самойлов.
- Ничего удивительного, всё закономерно. Вы прекрасно дополняете друг друга, - сказал Кирилл Леонидович.
- Мне тоже кажется, что вдвоём мы больше пользы принесём городу, - поддержал его Буравин.
- Надеюсь, возражений нет? - спросил Кирилл. - Вы оба победили. Желаю вам хорошенько потрудиться на благо города.

Следователь, продолжая работать над делом Родя, решил вызвать на допрос Марукина.
- Подследственный Марукин по вашему приказанию доставлен, - доложил конвоир.
- Заводите, - кивнул следователь и сказал вошедшему Марукину: - Присаживайтесь, Юрий Аркадьевич. Можно сказать, допрос на месте преступления.
Марукин внимательно оглядел помещение:
- Здесь ничего не изменилось.
- Кроме того, что вы больше в этом кабинете не работаете.
- Мы опять на вы? - удивился Марукин.
- Так удобней для следствия.
- Для меня тоже.
Буряк держал строго официальный тон:
- Сразу хочу сказать, что вашими прошлыми преступлениями будут заниматься по месту вашей прежней службы. Меня волнует только дело Михаила Родя, смотрителя маяка.
- Понятно. Что именно вас волнует?
- В данный момент меня интересует только один вопрос. Кто помог бежать смотрителю?
- Бланк, - сразу же ответил Марукин.
- Какой бланк?
- Лёва Бланк, - уточнил Марукин.
- Хорошо, - сказал следователь. - Поговорим с Лёвой.

Как только Лёву привели в кабинет Буряка, он уже с порога сказал:
- Я хочу сразу сделать заявление.
- Так уж и сразу. Даже не поздороваетесь? - улыбнулся следователь.
- Здравствуйте, Григорий Тимофеевич, - послушно поздоровался Лёва. - Теперь можно?
- Прошу вас.
- Я заявляю, что мой желудок не принимает пищу, которой меня кормят в тюрьме. У меня язва двенадцатиперстной кишки.
- Я вам глубоко сочувствую, но ничем помочь не могу. О своём здоровье надо было заботиться на свободе. Вот выйдете...
- Когда? – тоскливо спросил. Лёва.
- Это уже от вас зависит, от того, насколько вы готовы помочь следствию.
- Я абсолютно готов.
- Приятно слышать, - кивнул Буряк. – Тогда ответьте мне на один вопрос: «Кто помог бежать Михаилу Родю, смотрителю маяка?»
- Конечно же, ваш коллега. Этот, как его... Марукин.
Следователь решил провести очную ставку. Конвоир завёл Марукина.
- Я решил собрать вас вместе, чтобы прояснить одну вещь, - сказал следователь.
-  На обед опять давали какую-то гадость, - подхватил Лёва.
- Послушайте, Лев Давидович, не морочьте мне голову. Договаривайтесь с начальником СИЗО и заказывайте себе обеды хоть в ресторане.
- Я могу сослаться на вас? - спросил Лёва.
Следователь не обратил на него внимания:
- У меня выдалась тяжёлая неделя, поэтому прежде чем я задам свой вопрос, хочу напомнить вам
о том, что...
- ...что дача заведомо ложных показаний карается законом по статье... - перебил его Марукин.
- Совершенно верно. Я задавал вам один и тот же вопрос, но вы ответили на него по-разному. Поэтому ещё раз - кто помог бежать смотрителю маяка?
Лёва и Марукин посмотрели друг на друга.
- Костя Самойлов, - сказал Лёва.
- Да, это он, - подтвердил Марукин. - Костя Самойлов и помог.
- Вы сказали, что побег Родю устроил Костя? - переспросил Буряк.
- Да, я так сказал, - подтвердил Лёва.
- Но несколько часов назад вы утверждали, что это сделал сидящий перед вами гражданин Марукин, - напомнил следователь.
Лёва не отказывался:
- Утверждал.
- Вы что, издеваетесь надо мной? - завёлся следователь.
- Как вы могли подумать!
- Так в каком случае вы сказали правду?
- В данном, - твёрдо ответил Лёва.
- Значит, Костя Самойлов?
- Значит, он, - кивнул Лёва.
Следователь подошёл к Марукину:
- Вы тоже надо мной не издеваетесь? Вы же говорили, что Лёва помог бежать смотрителю маяка?
- Я смалодушничал и солгал. Теперь раскаялся. Это был не Лёва, а Костя, - преданно глядя следователю в глаза, сказал Марукин.
- Слова, слова, слова, - махнул рукой следователь.
- Факты, факты, факты, коллега, - передразнил его Марукин.
-  Бывший коллега. Какие же факты у вас против Кости?
- Я лично видел, как Костя нырял за сундуком Родя. Правда, я их обхитрил.
- Это не факт. Кроме вас и самого Родя, это никто не подтвердит. А вам веры немного.
- Тогда как вы отнесётесь к тому, что меня похитили и отняли пистолет именно Костя и Родь? Вы, кстати, нашли мой пистолет? - спросил Марукин.
Следователь не стал отвечать, а приказал:
- Уведите обоих.
Конвоир увёл Марукина и Лёву, которые незаметно перемигнулись друг с другом.
Следователь открыл сейф, достал пистолет Марукина и задумался.

Поход по магазинам у Кати и Маши задался на славу! Они приоделись и очень похорошели в новых одёжках. Потом пошли в салон красоты де¬лать причёски и маникюр. Они были так заняты собой, что совсем не замечали, что за ними кто-то следит.
Мастер закончил делать Машину причёску и спросил:
- Ну, как вам?
- Спасибо. Мне очень нравится, - сказала Маша.
- Я думаю, вашему парню тоже понравится.
Маша подошла к Кате:
- Тебе ещё долго?
- Нет, уже заканчиваем, - сказала Катя, радостно разглядывая себя в зеркале.
- Я подожду тебя на улице, хорошо? - попросила Маша.
- Только никуда не уходи.
- Не волнуйся, - улыбнулась Маша. - Без тебя я никуда не уйду.
Она вышла на улицу как раз в тот момент, когда двое парней стали драться друг с другом. Один из них упал, а другой скрылся за углом. Маша подбежала к упавшему:
- С вами всё в порядке? Может быть, вызвать «скорую»?
- Не надо «скорую», девушка. Просто помогите мне дойти до машины, - со стоном ответил па¬рень.
- Конечно, сейчас я вам помогу. Осторожней! Не торопитесь!
И Маша помогла пострадавшему добраться до машины. Но только она открыла дверцу, как чьи-то сильные руки затолкнули её в машину и зажали ей рот. Машина резко сорвалась с места.
На земле осталась только Машина сумочка. К ней кто-то подошёл и положил рядом с сумочкой старинную монету.
Когда Катя вышла из салона, то на улице уже никого не было. Катя заметила Машину сумочку, подошла к ней, подняла и сумочку, и монету и, понимая, что произошло что-то очень плохое, воскликнула:
- Маша!

0

53

Полина пришла в мэрию по приглашению Кирилла Леонидовича.
- Полина Константиновна, что новенького в археологии? - поинтересовался он.
- Много чего, работы хватает. Но я не понимаю вас, вы заинтересовались археологией?
- В некотором роде. Вероятно, вы слышали о том, что происходит в городе. Я о походе в катакомбы.
- Ещё бы, там побывали оба моих сына, - с гордостью сказала Полина.
- Значит, вы в курсе, что во время этого похода были найдены бесценные древние свитки.
- Вот почему Андрей срочно уехал в Москву, - догадалась Полина.
- Я не знаю, почему уехал Андрей. Более того, меня это не особенно беспокоит, но свитки остались у нас в городе, - с этими словами Кирилл Леонидович достал из сейфа свитки и протянул их Полине.
- Им же нет цены! - ахнула Полина. - Почему их не отправили в Москву на экспертизу?
- Если понадобится более тщательная экспертиза, мы отправим их в Москву, но уже как достояние нашего города, - объяснил Кирилл Леонидович.
- Эти свитки заслуживают места в лучших музеях мира.
- Вот мы и подошли вплотную к теме нашего разговора. Мы решили открыть в городе краеведческий музей.
- Прекрасная мысль! - обрадовалась Полина. Я давно говорила о том, что у нас для этого, достаточно археологических находок. Почему всё должно отправляться в другие города?
- Вот именно - почему! Теперь у нас будет свой музей. И мы предлагаем вам стать директором этого музея.
Полина согласилась не раздумывая:
- С удовольствием, Кирилл Леонидович! Это для меня большая честь. Где он будет находиться?
- В старой крепости. Документы уже готовы. Так что приступайте к работе, готовьтесь к открытию музея.
- Это будет событие для города, - радовалась Полина.
- Приятное событие, заметьте, - сказал Кирилл Леонидович, улыбаясь.

Алёша и Костя всё ещё ждали девушек за столиком в кафе.
- Что-то наши девушки задерживаются, посмотрев на часы, сказал Алёша.
- Не волнуйся. Они же предупредили нас о том, куда пошли.
- Всё равно, ведь, они знают, что мы их ждём.
- Ещё они знают, что мы никуда не денемся. Будем сидеть в кафе, и ждать их до упора, - засмеялся Костя.
Но Алёша не разделял его веселья:
- Это так не похоже на Машу. Она всегда была пунктуальной.
- Маша что - не женщина? А женщины в этом отношении всё одинаковые.
- В каком отношении? - не понял Алёша.
- Как только попадают в салон красоты, забывают обо всём на свете, - объяснил Костя.
- Маша не такая, - не согласился Алёша.
- Думай, как хочешь, но поверь моему опыту - это не повод для волнений.
- Нет, Костя, что-то здесь не так.
- Да не волнуйся, Алёшка, придут они, никуда не денутся, - успокаивал брата Костя.
- Но почему их нет так долго?
- Я удивляюсь тебе, твоей неосведомлённости - девушки в салоне красоты. Там быстро не бывает.
- Когда речь идёт о Маше, салон красоты тут ни при чём.
- Ты думаешь, что Маше причёску делают быстрей, чем всем остальным? - улыбнулся Костя.
- Костя, ты пытаешься меня переубедить, а я вижу, что ты и сам волнуешься за Катю. Разве не так?
Костя согласился:
- Да, ты прав. Волнуюсь. Просто пытаюсь найти оправдания. Но, если честно, они меня и самого не убеждают.
- Что будем делать?
- А что мы можем сделать? Я не знаю, в какой салон красоты они пошли. Остаётся только ждать и надеяться на лучшее.
Тут Алёша заметил Катю:
- Катя! Почему она одна? Что случилось, Катя? Где Маша? - спросил Алёша.
- Я не знаю. Она пропала.
- Что значит «пропала»? Катя, объясни, пожалуйста, где Маша?
Катя еле держалась на ногах.
- Дайте глоток воды, - попросила она.
Алёша налил ей воды и попросил:
- Ну, говори скорей, Катя!
Катя залпом выпила воду.
- Я вышла, а её нет, - объяснила она.
- Так дело не пойдёт, - остановил Катю Костя. - Откуда вышла? Давай с самого начала, Катя.
Катя сбивчиво стала рассказывать:
- Мы, как и решили, ходили с Машей по магазинам, потом зашли в салон красоты. Хотели удивить вас... Нам делали причёски, Маше закончили раньше. Я попросила её подождать меня, никуда не уходить. Она сказала, что подождёт на улице. А когда я вышла, её там не оказалось. А на асфальте лежала её сумочка.
- Куда же она могла деться средь бела дня? - удивился Костя. - Кто-то видел её, наверное?
- Там улица перегорожена, машины почти не ездят. Людей практически нет... Да, вот ещё... - Катя протянула Алёше монету: - Это я нашла рядом с Машиной сумочкой.
- Монета. Старинная, - сказал Алёша, рассматривая монету. - Не понимаю.
- Ну-ка, покажи, - попросил Костя, взял монету и прошептал: - Нет! Только не это!
- Костя, ты что-то знаешь? - спросил Алёша.
- Кажется, знаю.
- Машу похитили? - предположил Алёша.
- Боюсь, что да.
- Почему ты так уверен в этом?
- Я даже знаю, кто это сделал. Смотритель маяка. Это его монета. Мы с ним точно такую же закопали на могиле его сыновей.
Катя посмотрела на монету:
- Думаешь, он её потерял, когда напал на Машу?
- Не думаю, - покачал головой Костя. - Он её специально оставил на месте преступления.
- С какой целью? - спросил Алёша.
- Для того чтобы мы с тобой, Алёшка, поняли чьих рук это дело. Таким образом, он передаёт нам свой бандитский привет.
Алёша взял монету, рассмотрел её и сказал:
- Да, прав был отец.
- В чём? - спросил Костя.
- Нельзя праздновать такие события, как развод.

0

54

Сан Саныч решил, что нужно поговорить с Буравиным, чтобы разобраться, кто же был Машиным отцом.
- Ничего не выйдет, - сказала Зинаида. - Он сразу догадается, что ты неспроста его расспрашиваешь.
- Ты права. Тут легко сесть на мель, - согласился Сан Саныч.
- Что вы путаете следы, как перепуганные лисы? Вы же знаете теперь, кто мать ребёнка. Зачем смущать её мужчин? - резонно спросила Захаровна.
- А что ты предлагаешь, Захаровна, - всё ей выложить? - удивилась Зинаида.
- Конечно, она и объяснит, кто отец. Всё равно придётся сказать рано или поздно.
- По мне, так лучше поздно. А то и никогда, - вздохнула Зинаида.
- Захаровна дело говорит, - поддержал Сан Саныч. - Зина, я тоже считаю, хватит уже прятаться. Пора всем открыть правду.
И тут произошло то, чего никто не ожидал. Дверь открылась и на пороге появилась Таисия в полном соответствии с поговоркой «легка на помине».
- Простите, я, наверное, не вовремя? - Таисия почувствовала себя неловко под пристальными взглядами собравшихся. - Вы говорили о чём-то важном.
Сан Саныч кивнул:
- Об очень важном.
- Тогда я точно не вовремя. Я лучше в другой раз... - Таисия взялась за ручку двери.
- Наоборот, Таисия, ты даже не представляешь, как ты вовремя, - остановил её Сан Саныч. - Как никто и никогда.
- Правда? - засомневалась Таисия.
- Конечно, правда. Проходи!
Таисия сделала шаг в сторону стола, увидела Захаровну и не могла оторвать от неё взгляда.
- Я зашла узнать у Маши, не видела ли она Катю. Кати нет дома, телефон её недоступен, а я очень беспокоюсь... - стала объяснять она.
И неожиданно, не договорив, покачнулась и осела на пол.
Все бросились к ней на помощь.
- Боже мой, что с ней? - заволновалась Зинаида. - Саня, помоги её уложить.
- Не надо укладывать, это лёгкий обморок. Сейчас пройдёт, - почему-то уверенно сказала Захаровна. - Сан Саныч, давай посадим её на стул. Зина, нашатырь у тебя есть?
- Есть, есть, сейчас принесу.
Зинаида достала из шкафчика нашатырь, капнула его на вату и поднесла к лицу Таисии. Таисия пришла в себя, посмотрела на окружающих непонимающим взглядом. Зинаида снова сунула ей вату под нос.
- Хватит, Зина, хватит, разошлась - уморить её хочешь? - остановила Зинаиду Захаровна.
Таисия не отводила от Захаровны глаз.
- Ты узнала меня? - спросила Захаровна.
- Узнала, - ответила Таисия.
- Так-то оно лучше.
- Я ездила к вам, искала вас. Только что вернулась. Мне сказали, что вы уехали, - сбивчиво рассказала Таисия.
- А я уехала искать тебя, - сказала Захаровна. - Вот и нашла.
- Где моя дочь? — тихо спросила Таисия.
- Ты, милая, об этом у Зинаиды спрашивай, ей виднее, где твоя дочь, - сказала Захаровна.
- Вы же понимаете, что я говорю не о Кате. Где моя другая дочь, старшая?
- Ты не волнуйся, я прекрасно тебя понимаю.
Зинаида села на стул и заплакала.
- Почему вы плачете, Зинаида Степановна? - удивилась Таисия.
- Саня, скажи ты, я не могу, это свыше моих сил, - сквозь слёзы попросила Зинаида.
- Что? Не может быть!
- Да, Таисия. Твоя старшая дочь - Маша.
Таисия не поверила:
- Вы сказали, Маша - моя дочь?
- Да.
- Такая чудесная девочка - моя дочь, - Таисия задумалась: - Но как же так получилось? Вы же обещали удочерить моего ребёнка.
- Испугалась, - сказала Захаровна. - Сердце дрогнуло. А когда узнала, что Зинаида очень хочет девочку, не устояла перед искушением - подбросила её Зине.
Таисия виновато посмотрела на Зинаиду:
- Простите меня, Зинаида Степановна.
- Бог простит, - сухо заметила Зинаида.
- Антонина Захаровна, что же вы мне ничего не сказали? - спросила Таисия. - Уехали, не оставив адреса.
- Мне показалось, что так будет лучше. Тебе не до ребёнка было тогда.
- Таисия согласилась:
- Это правда. Тогда я думала только о себе. Но теперь я другая. Спасибо вам, Зинаида Степановна, за то, что вырастили и воспитали такую прекрасную девушку! Вы только не думайте, у меня и в мыслях нет разлучать вас с Машей. Мы будем все вместе о ней заботиться. И вы, и я, и Машенькин отец.
- А кто её отец - Виктор? - спросил Сан Саныч.
- Нет, что вы! Отец Машеньки не Виктор, - ответила Таисия. - Виктор вообще не подозревает о том, что у меня есть ещё одна дочь.
Зинаида насторожилась:
- Кто же тогда её отец?
- Токарев Кирилл Леонидович.
- Вице-мэр? - ахнул Сан Саныч.
- Он самый. Когда-то давно, ещё до того, как я встретила Виктора, у нас была любовь. Но так получилось, что мы не смогли пожениться.
- Он-то хоть знает, вице-мэр этот, что у него есть дочка?
- Узнал только после того, как Виктор ушёл к Полине, а Кирилл разошёлся с женой и мы стали опять встречаться... Только после этого я призналась ему. Вы бы видели, как он был счастлив, когда узнал. Сразу же организовал поиски - так мы вышли на вас.
- А с Машенькой он знаком? - спросила Захаровна.
- Маша ему жизнь спасла. А теперь, когда он узнает, что она его дочь, о которой он так мечтал...
- ...И от которой он отказался, - напомнила Зинаида.
- Кирилл не знал, что я родила, - сказала Таисия, опустив глаза.
- Конечно, он был уверен, что ты сделала аборт, - подтвердила Захаровна.
- Вот я и говорю - это всё замечательно, что вы нашли Машу и так хорошо к ней относитесь, - голос у Зинаиды был суровый. - Но как отнесётся к этому сама Маша?
- Что вы хотите этим сказать, Зинаида Степановна? - не поняла Таисия.
- Как отнесётся Маша к родителям, которые от неё отказались? Не откажется ли и она от них?
Таисия погрустнела:
- Да, вы правы, я так виновата перед Машей! Если она меня не простит, я пойму её. Хоть мне будет очень больно.
- Не убивайся ты так! Машенька добрая душа. Простит, - сказала Зинаида, хорошо знающая свою внучку.
- И я так думаю, будем надеяться на лучшее, - подхватила Захаровна.
- А где она сейчас, вы не знаете? - спросила Таисия.
- Где-то с Алёшей, Катей и Костей. Саня, ты не в курсе, куда они собирались?
- Не знаю. Где-нибудь гуляют, празднуют счастливое возвращение из катакомб.
Таисия обмерла:
- Господи, что ещё за катакомбы?
- Да ты, Таисия, не переживай, уже всё закончилось, - успокоил её Сан Саныч.
- А где они, не знаете?
- Не знаю. А где они обычно собираются?
Таисия вспомнила:
- Я знаю. У Катюшки есть любимое кафе. Скорее всего, там. Я пойду к ним.
- Может, не стоит торопиться. Ты ж только что в обмороке была. Подожди, привыкни к тому, что Маша твоя дочь, - посоветовала Зинаида.
- Я не могу ждать. Я слишком долго ждала. Вы уж простите меня.
Таисия простилась и ушла искать теперь уже двух своих дочерей.
Зинаида посмотрела на плачущую Захаровну и спросила:
- Ты-то чего плачешь? Это я должна плакать. У меня всё в голове перевернулось. Маша - дочка Таисии! Надо же.
- Да-а, бывает же в жизни такое! - удивился Сан Саныч. - И Катина сестра, старшая.
- Я плачу от счастья, - объяснила Захаровна. - У меня такой груз с плеч свалился! Всю жизнь мучилась оттого, что чужую тайну в себе носила. А теперь никаких тайн нет и так легко мне, так хорошо!
Зинаида покачала головой:
- У тебя груз свалился, а у меня возник. Теперь вот думаю, что делать дальше.

Отредактировано juliana8604 (10.06.2019 13:05)

0

55

Оказавшись в машине, Маша сразу начала вырываться и кричать:
- Помогите! Помогите!
Но её быстро связали и закрыли ей рот.
Машу похитили Лёвины подельники, которые теперь охотно работали на смотрителя.
Один из них был за рулём, а другой сидел рядом. Он посмотрел на связанную Машу и сказал:
- Послушай, детка, не надо так орать, иначе мне придётся тебя ударить. А мне бы этого очень не хотелось. Лично я против тебя ничего не имею. Ты мне даже нравишься.
Маша могла только гадать, кто это и куда они её везут. Она так внимательно вглядывалась в окно машины, что бандиты решили завязать ей глаза. Маша попыталась ударить локтём своего похитителя.
- Не дёргайся, девочка, - попросил он. - Это совсем не то, о чём ты подумала. Имей в виду: мы не какие-то животные, мы не насильники. У нас понятия. Хотя согласись, брат, иногда бывает очень трудно их придерживаться. Когда в твоих руках такая куколка. Мы хорошие ребята, просто работа у нас такая. Была б наша воля, мы тебя сразу бы отпустили.
- Мы б её и не похищали, сказал тот, что был за рулём.
- Правильно, братан, мы б её в ресторан пригласили.
- С подружкой.
- А сейчас мы везём тебя на свидание. С одним очень авторитетным в наших кругах человеком.
Похититель, увидев, что Маша немного успокоилась, дал ей возможность говорить.
- Кто этот человек? - спросила Маша. - Кто поручил вам меня похитить?
- Потерпи ещё немного, скоро ты всё узнаешь. И увидишь своими глазами.
- Развяжите мне их, - попросила Маша.
- Может, снять с неё повязку, а, братуха? – спросил бандит.
- Ещё рано. Я скажу, когда будет можно. Ей незачем видеть, куда мы едем.
- Она же всё равно никому ничего не расскажет.
Но другой бандит не согласился:
- А вдруг он решит её отпустить?
- О ком вы говорите? Неужели так трудно сказать мне.
- Нет уж, куколка. Лучше мы помолчим об этом. Дольше жить будем. Правильно, брат?
- Однозначно. В нашей среде лучше держать язык за зубами, а то отрежут.
Маша вздохнула, понимая, что ответа от них она не получит. Вдруг машина резко затормозила. Маша вздрогнула.
-  Станция «Петушки» - выгружай свои мешки, - сказал бандит. - Выходи, сестрёнка, мы уже приехали!
Маше развязали глаза и вывели из салона машины.
- Что это за место? Куда вы меня привезли? - спросила Маша.
-  На пикник. Сейчас будем шашлык жарить.
- Развяжите мне руки, - потребовала Маша. - Они затекли - мне больно.
- Развяжем? - спросил один бандит другого.
- Может, ей ещё ключи от машины дать и завести мотор?
- Да как же я убегу от вас? - спросила Маша.
-  Правильно, с завязанными руками не убежишь.
- Ребята, отпустите меня, пока не поздно. Я никому ничего не скажу.
- Ты и так никому ничего не скажешь, - мрачно сказал бандит. - Тем более уже поздно.
К машине подошёл смотритель:
- Привет, Машуня. Что, попалась птичка в сеть? Какая приятная встреча!
- Но не для меня. Я бы сто, лет вас не видела. Что вам нужно? Зачем вы меня похитили?
- Торопишься на свидание? У тебя красивая причёска, - заметил смотритель.
- Дядя Миша, что вы от меня хотите?
- Хочу поговорить с тобой.
- О чём нам с вами разговаривать? - не понимала Маша.
- Думаешь, не о чем? О жизни, например.
- Я не хочу с вами разговаривать о вашей жизни. Поговорите о ней с Григорием Тимофеевичем.
- Шутишь? - мрачно спросил смотритель. - Это хорошо. Скоро тебе будет не до шуток... Хлопцы, сходите, прогуляйтесь полчасика. Оставьте нас наедине.
- Понятно, что здесь намечается, - хохотнул подельник.
- Я что, неясно выразился? Сделайте так, чтоб вас искали и не нашли. Полчаса.
- Мы уже уходим. Нас уже нет.
Когда они ушли, смотритель сказал:
- Теперь нам никто не помешает. Поговорим, Машуня, по душам. Я слыхал, ты замуж собралась?
-  Какое вам дело?
-  Что ж ты Толика моего так быстро забыла?
- Толика я не забыла, - вздохнула Маша. - Я недавно была у него на могиле.
- Не забыла, говоришь, а связалась с этим белобрысым инвалидом,  - упрекнул её смотритель.
- Знаете что, вам не в чем меня упрекать, Толик был моим другом. Я всегда к нему хорошо относилась. Не то, что вы, родной отец.
- За свои грехи я сам и отвечу. А за твои - отвечать придётся тебе.
- Не много ли вы на себя берёте? Судить меня вздумали.
Смотритель чувствовал свою силу:
-  А кто мне помешает? Твой инвалид, что ли?
- Это по вашей вине Алёша чуть не стал инвалидом. Но всё позади, слава Богу, теперь он здоров и мы обязательно поженимся.
- А это уж если я вам позволю. Ты мне всю жизнь испортила.
- Какой бред! Вы сами себе её испортили. Своими бессмысленными поступками.
- Это не бред, Машуня. Сам я, конечно, тоже постарался. Но если б не ты... - смотритель глядел на неё с ненавистью.
- При чём здесь я?
- Ты всё время встаёшь у меня на пути. Из-за тебя погиб мой сын, Толик.
- Это неправда, - горячо возразила Маша. - Это вы довели его до могилы. Толик был честным и порядочным парнем, а вы хотели сделать из него бандита по своему подобию.
-  Закрой рот! Что ты понимаешь в жизни, чтоб меня упрекать! - закричал смотритель.
- Вы хотите свалить свою вину на меня...
- Может быть, Толик сам хотел быть таким, как его отец, - защищался смотритель.
- Нет, он не хотел быть похожим на вас. Он хотел другой жизни.
- Откуда ты знаешь? - спросил смотритель.
- Толик мне всё рассказывал про вас и ваши тёмные делишки.
- Вот оно что. Это ещё один повод оставить твоего инвалида без невесты.

0

56

- Не пугайте, я вас всё равно не боюсь.
- Да ну? Я ведь с тобой могу сделать всё, что угодно. Не страшно?
- Это вам должно быть страшно. Вы должны бояться, - упрямо повторяла Маша.
- Кого мне бояться, глупенькая? - спросил смотритель.
- Вас ловит милиция, вас обложили, как дикого зверя, и обязательно найдут.
- Как видишь, пока не поймали. А если и поймают, то я опять убегу. Так что мне бояться нечего. И терять тоже нечего.
- Всегда есть, что терять, - тихо сказала Маша. - Совершая такие поступки, вы теряете свою бессмертную душу. Мне вас жаль.
Смотритель задумался:
- Надо же, какая ты, Маша. Ты мне даже нравишься. А я всё думал, что Толик в тебе нашёл, чего его как магнитом к тебе тянуло? Теперь понимаю.
У Маши появилась надежда:
- Отпустите меня, пожалуйста! Дядя Миша, я никому не скажу о том, что было. Отпустите!
- Я бы с удовольствием, но кто мне вернёт деньги, которых я лишился по твоей вине?
- Какие деньги? - удивилась Маша.
- Это ведь ты привела спасателей к пещере, где я заминировал братьев. Ещё немного - и они бы мне всё отдали.
- А что они могли вам отдать?
- А то ты не знаешь? Клад профессора Сомова. Ты должна была его видеть.
- Вот вы о чём, дядя Миша. Могу вам только посочувствовать. Клад ребята нашли, но это было не золото.
- Не золото? - переспросил смотритель.
- Нет. Это были древние свитки с письменами.
Смотритель ей не верил:
- Свитки с письменами, говоришь?
- Очень ценные, - подтвердила Маша. - Но не золотые.
- Эту песню про свитки я уже слыхал, она не убедительна. Профессор Сомов любил золотишко.
- Не верите - не надо. Но я вам ни в чём не навредила.
- А кто закрыл меня в аптеке? - вспомнил смотритель. - Пушкин? И телефон мой украл – тоже он?
- Это был не ваш телефон, а Костин. И, вообще, я не знала, что вы там прячетесь! – закричала Маша.
- Не знала, говоришь? - удивился смотритель.
- Не знала, - подтвердила Маша.
- А милицию кто вызвал? - не унимался смотритель. - Думаешь, я не видел? Только мы свернули за угол, как менты примчались к аптеке... Не спорь, от тебя мне одни проблемы.
Маше стало страшно:
- И что вы собираетесь со мной делать?
- Я ещё не решил. Сейчас мне пора идти, а тебя отвезут.
- Куда?
- Туда, где ты, возможно, и умрёшь, - мрачно сказал смотритель и добавил: - Вот и твои телохранители вернулись с прогулки.
- Ну что, отвозим её? - спросил подельник.
- И не сводите с неё глаз, - приказал смотритель. - Ни днём, ни ночью.
- Это можно. На неё смотреть одно удовольствие.
- Куда они меня отвезут? - спросила Маша.
- В надёжное место. Чтоб твой Алёша тебя не сразу нашёл, - ответил смотритель.
- Что вы задумали?
- Для начала, Машуня, есть мысль  - тебя помучить. Как ты меня помучила. А потом я решу, что с тобой делать. Времени у нас много.
- Меня всё равно найдут, как бы вы ни прятали, - предупредила Маша. - Лучше вам отпустить меня, пока не поздно.
- Мне не нравится, что ты мне всё время угрожаешь. Я не понимаю, ты всерьёз надеешься, что я испугаюсь?
- Я надеюсь, что вы одумаетесь, - вздохнула Маша.
- Надежда умирает последней, вместе с тем, кто надеется... Пока, Машуня... Хлопцы, забирайте её.
- Слушай, Маяк, может, мы с девушкой позабавимся? Чтоб она не скучала, - захохотал бандит.
Смотритель молча подошёл к нему и ударил коленом в пах.
- Больно! - заорал бандит.
- Позабавился? Ещё хочешь? Только попробуйте девчонку хоть пальцем тронуть! Она - моя! - и смотритель показал свой здоровый кулак.

0

57

Алёша задумчиво посмотрел на монету, оставленную смотрителем:
- Как мне надоел этот смотритель маяка. Злой гений какой-то, сколько он моей крови выпил, - сказал он. - Но Маша тут при чём?
- Может, он решил отомстить, - предположил Костя.
- Кому? Маше? - удивился Алёша.
- Может быть, и Маше - за Толика, а может быть, тебе, - предположил Костя. - Он же знает, в кого ты влюблён.
Катя ахнула:
- Просто монстр какой-то.
- Он - не монстр, он несчастный пожилой человек который вконец запутался и обезумел, - Костя лучше остальных понимал состояние смотрителя.
Алёша возмутился:
- Ты так о нём говоришь, как будто оправдываешь его.
- Я его не оправдываю, - покачал головой Костя. - Но для того, чтобы врага победить, надо понять, что он из себя представляет.
- Значит, по-твоему, это месть? - уточнил Алёша. 
- Может быть, он решил отомстить. Может быть, он потребует выкуп. Всё может быть, он непредсказуем... - в раздумье сказал Костя.
- Костя, скажи мне, о чём ты подумал? - насторожился Алёша.
- Алёшка, не надо паниковать. Я очень хорошо знаю Макарыча. Он действительно на всё способен, но он - не убийца.
- Ты так в этом уверен? Почему?
- Поверь на слово. Убивать он не станет... Так что предлагаю собраться с мыслями и начать поиски Маши.
- Давайте заявим в милицию! - сказала Катя.
Алёша глянул на неё и сказал:
- Я - милиция, и этого, гада я сам достану.
- Вместе со мной, - добавил Костя.
Катя не поддержала Костиного энтузиазма:
- Костя, тебе не кажется, что проблем с милицией у нас и так достаточно? - спросила она.
- Катя, этот случай особенный. Мы не имеем права рисковать.
- Я как раз не предлагаю рисковать, я предлагаю обратиться в милицию, - настаивала на своём Катя.
- Неизвестно, что у смотрителя на уме, - пояснил Костя. - Ему может не понравиться то, что мы заявили о похищении.
- Тем более что он оставил свою метку специально для нас, - поддержал брата Алёша. - Он затеял какую-то игру.
- А если он вас обыграет, что тогда? - задумалась Катя.
- Мы справимся, Катя, - уверенно сказал Алёша.
Катя не была так уверенна:
- Я забочусь не только о вас, а, в первую очередь, о Маше. У милиции больше возможностей и шансов найти её.
- Буряк ловит смотрителя уже давно, а поймать никак не может, - напомнил Алёша.
- Катя, пойми - так будет лучше, - стал убеждать Катю Костя. - В милицию мы всегда успеем заявить. Макарыч что-то задумал, и мы обязательно об этом скоро узнаем.
- Но если вы не выйдете на след, обещайте, что обратитесь в милицию, - попросила Катя.
- Обещаем, Катя, - сказал Алёша. - Понять бы только, с какой целью он взял Машу в заложницы?
В это время к ним подошла Таисия. Она услышала последнюю фразу и обомлела.
- Кто взял Машу в заложницы? - спросила она. - Ответьте мне немедленно! Кто и за что взял Машеньку в заложницы?
Катя кинулась к матери:
- Мамочка, как здорово, что ты вернулась!
Таисия оглядела дочь:
- С тобой всё в порядке?
- Со мной - да. А вот с тобой - видимо, нет, - забеспокоилась Катя. - Ребята, можно мы пойдём с мамой домой?
Костя стал успокаивать Таисию:
- Таисия Андреевна, не переживайте ни о чём. У нас с Катей всё в порядке.
- Это правда, мама, - подтвердила Катя. - У нас... Тут столько событий произошло, пока тебя не было...
- Это я уже поняла, - тихо сказала Таисия.
- Мамочка, я тебе всё расскажу. Только пойдём домой, хорошо? - настаивала Катя.
Таисия уступила её напору:
- Пойдём. У меня тоже есть, что тебе рассказать.
Женщины ушли, а Костя и Алёша стали разрабатывать план освобождения Маши.
- Лёшка, я предлагаю взять у отца машину и объездить все выходы из катакомб. Если Машу украл смотритель, значит, он её потащил туда, где чувствует себя как рыба в воде.
Алёша сначала не принял этого плана:
- Нас же в катакомбы не пустят, Костя! Даже близко не подпустят!
- Ерунда. Там же всё разминировали и поэтому сняли охрану, нет никого. И смотритель это тоже знает.
- Мне кажется, тебе там делать нечего, - заметил Алёша. - Ещё подумают, что скрыться решил, струсил.
Костя только рукой махнул:
- А! Семь бед - один ответ, Лёшка. Не буду же я сидеть, сложа руки!
Братья решительно поднялись из-за столика, положили деньги за нетронутый обед и поспешили выполнять свои планы.

0

58

По дороге домой Таисия пыталась что-нибудь выяснить у Кати.
- Так что всё-таки произошло? - спросила она. - Почему вы замолчали, когда я подошла?
- Мама, я обещаю, что всё скажу тебе. Но сначала ты, пожалуйста, расскажи про свою поездку - попросила Катя. - Ты не зря ездила?
Таисия кивнула:
- Не зря.
- Ты говорила, что будут какие-то новости, - напомнила Катя.
- Да, я непременно о них тебе расскажу. Но... я тоже не могу на ходу, Катюша. Мне надо вернуться домой и немного прийти в себя.
Катя посмотрела на мать:
- Да, ты какая-то бледная.
- Ничего, разрумянюсь! А что у вас произошло? Костя вернулся, и вы помирились, да?
- Да, и мы с Лёшкой разошлись, представляешь?
Таисия остановилась:
- Как это разошлись?
- А так! Пришли в ЗАГС - и рр-раз! Мы теперь не муж и жена.
- Вот это номер. Это Костина заслуга, как я понимаю, - сделала вывод Таисия.
- Мамочка, он такой хороший, такой родной... - Катя от счастья даже зажмурилась.
- Просил прощения?
- Да, - кивнула Катя. - И я у него. И он.
- А в кафе что отмечали? - поинтересовалась мама.
- Хотели отпраздновать день развода, - погрустнела Катя.
- А что, развод тоже празднуют? Катя, это неправильно.
- Правильно, только непривычно. Мы договорились отметить развод и помолвку на четверых. Помнишь, как тогда… Но в то время я была против Маши настроена. Ты помнишь?..
- Помню. До сих пор стыдно.
Дома Таисия прошла в комнату, и устало присела на диван.
- Мама, с тобой всё в порядке? - заволновалась Катя. - Ты такая странная...
Таисия вздохнула:
- Катя, мне нужно сообщить тебе очень важную вещь.
Она снова надолго замолчала, а потом почему-то закашлялась.
- Я тебя выслушаю, но только если ты выпьешь успокоительных капель, - сказала Катя. - Я вижу, что ты не в себе. Посиди, я сейчас.
Катя принесла рюмку и пузырёк с валерьяновыми каплями.
- Это валерьянка. Будешь? - спросила она.
- Давай!
Таисия выпила капли и заметила:
- Ты так изменилась, дочка...
- Правда? - обрадовалась Катя. - Это на меня Маша влияет.
- И очень хорошо влияет.
- Раньше я... относилась к ней, как к существу из другого мира, - призналась Катя. - А теперь поняла - она простой, весёлый и добрый человек.
Таисия улыбнулась, а Катя продолжала:
- Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. После того как Маша спасла меня и моего ребёнка, она для меня стала очень близким человеком.
Таисия, наконец, собралась с духом и призналась:
- Ты не представляешь, до какой степени близким, Катя. Маша - твоя сестра.
Кате показалась, что она ослышалась:
- Что ты сказала? Повтори, пожалуйста!
- Да... второй раз легче, - согласилась Таисия. - Маша - твоя сестра.
- П-папина дочка на стороне? - опешила Катя.
- Нет. Маша - моя дочка.
Катя накапала себе в стакан валерьянку и выпила:
- Да... от такой новости может и крыша поехать. Это не шутка?
- Это правда, - подтвердила Таисия.
- Но... как это возможно? Когда? Почему? - сбивчиво спрашивала Катя. - Нет, я не понимаю... Господи, у меня весь мир перевернулся... я даже не понимаю, где верх, а где низ. Значит, я... не единственный твой ребёнок, да?
- Дочка, милая моя! Мне так тяжело было носить в себе эту тайну… - заплакала Таисия.
- Так ты... подожди, ты всегда про Машу знала? Нет, не может быть, - не верила Катя.
- Нет, Катя, не всегда. То, что моя первая дочь - это Маша, я узнала недавно. Собственно, поэтому я и уезжала из дома.
- Но... я всё равно ничего не понимаю! Это было до папы?
- Да.
- И ты молчала столько лет? - изумилась Катя.
- Это был такой камень на душе, - покачала головой Таисия и вытерла слёзы.
- Камень... Так ты скрывала это или забыла? Как это получилось, мама?
- Воспоминания были настолько горькими и обидными, что я вычеркнула этот факт из памяти. Это как... стереть файл на компьютере. Я думала - получится, я забуду. И до недавнего времени мне это удавалось. Пока жизнь с твоим отцом казалась относительно стабильной. А всё предыдущее старалась воспринимать как чужое. Будто это было не со мной.

0

59

Катя стала вспоминать:
-  Подожди, подожди... я, кажется, помню, когда ты начала говорить об этом. Помнишь, ты рассказывала про свою подругу, которая любила одного человека и забеременела от него. Но, к сожалению, они не смогли быть вместе, потому, что он от неё отказался. И эта подруга, будучи беременной от одного, влюбилась в другого мужчину и вышла за него замуж. Но ты потом сказала, что подруга уехала, и ты ничего больше про неё не знаешь!
Таисия кивнула:
- Да, воспоминания всколыхнулись именно в этот момент. И тогда я подумала - вот тебе и наказание, Таисия, за твои прошлые грехи. Но я не хотела, чтобы ты расплачивалась за мои грехи, понимаешь?
Катя задумалась:
- Значит, мы столько лет жили бок о бок с моей сестрой... твоей дочкой. И ничего не знали об этом?
- Теперь... ты смотришь на меня, как на чудовище? - тревожно спросила Таисия.
Катя, всхлипывая, бросилась маме на шею:
- Мамочка! Мамочка моя бедная! Как ты страдала и мучилась всё это время! Как ты выдержала столько лет!
Они помолчали, и Катя спросила:
- Мама, а кто отец Маши?
- Я думала, ты догадалась.
- Кирилл Леонидович? - предположила Катя.
- Да, дочка. Но пока, я тебя прошу, не будем говорить об этом. Я всё тебе расскажу, обещаю. Только тогда, когда мы найдём Машеньку…
- Ладно, - согласилась Катя. - Только не ты расскажешь, а вы оба. И нам обеим.

0

60

Новости выбили Зинаиду из колеи. У неё всё валилось из рук.
- Над чем думаешь-то, Зина? - заметив её состояние, спросил Сан Саныч. - Радоваться надо, что Машенька наша не сирота. Что родители у неё оба живы и здоровы. И люди достойные!
Зинаиде не понравилось то, что он сказал:
- Ну, про их достоинства я промолчу, пожалуй. И насчёт сироты - ты зря сказал. Когда это Маша была сиротой? Никогда она не была сиротой со мною!
- Зина, успокойся, ты не так меня поняла. Конечно, Машенька никогда не была сиротой, я не то имел в виду, - попытался объяснить Сан Саныч. Но Зинаида его не слушала и продолжала:
- Я ей была лучше всякой матери.
- Лучше, лучше, - закивал Сан Саныч. - Кто спорит. Только почему ты говоришь в прошедшем времени? Почему была? Ты и есть. Твоё место в Машенькином сердце не займёт никто.
- Да? - с надеждой спросила Зинаида.
- Без сомнения!
- А это у Маши самой надо спросить, - погрустнела Зинаида. - Ой, а придёт ли она сегодня?
- Вот чего не знаю, того не знаю, Зина. Вообще-то им с Лёшкой пообщаться нужно.
- Что, они не навидались ещё, что ли? - ревниво спросила Зинаида.
- Зина, ты как будто сама молодой не была. Во-первых, после катакомб Лёшке хоть и попало по служебной линии, но он чувствует себя героем. А в чьих глазах нам и быть героями, как не в ваших, а, девушки? - и Сан Саныч подмигнул Зинаиде и Захаровне.
- Так, ты сказал - во-первых, герой. А во-вторых?
- А во-вторых, Зина, у молодых, пока ты была в отъезде, были междоусобные сложности. И теперь они опять в мире и согласии. Насладиться этим тоже время нужно.
- У них всё время какие-то... странности любви, - с трудом подобрала нужное слово Зинаида. - Ох, будет Маша с этим Лёшкой жить, как на вулкане!
- Всё лучше, чем в болоте, правда? - спросил Сан Саныч.
- С тобой, Саныч, не поговоришь серьёзно. Я думаю, когда внучка ко мне придёт, как нам этот важный разговор с ней провести, а ты мне голову всякими прибаутками забиваешь! Хотя ты прав. Надо сначала Маше с Алёшей все свои дела решить, а потом уже - говорить о родителях. Ох, нелёгкий это будет разговор, надо подготовиться...
- С первой частью твоей тирады согласен, Зина, - Сан Саныч повернулся к Захаровне и тихо заметил: - Она, чуть ли не первый раз за много лет, сказала, что ты, мол, Саныч, прав.
- Ладно, не прибедняйся! - ответила на его слова Зинаида.
- А вторая часть твоих слов попахивает пессимизмом. Почему это разговор о родителях должен быть нелёгким? Серьёзным - да. Но почему обязательно нелёгким?
- Потому что я не знаю, как сказать обо всём легко и просто! - призналась Зинаида.
- Раз не знаешь - предоставь эту почётную миссию мне. Я ведь мужчина всё-таки.
Зинаида посидела, помолчала и вдруг рассмеялась:
- Так это что получается? Братья Самойловы влюблены в сестёр Буравиных, да?
- Ну, Маша-то, положим, не Буравина. У них только мама одна.
- Да? - спросила Зинаида. - Но всё равно, как-то это странно - братья и сёстры…
- И наследника ждут одного на четверых… - заметила Захаровна.
- Ты, Захаровна, знаешь что... Ты, конечно, центральная фигура в наших семейных историях, ничего не скажу. Но болтаешь ты лишнее... - остановила её Зинаида.
- Так я... правду сказала. Ты сама начала - братья, сёстры...
- А про детей я не начинала! Они сами ещё не разобрались между собой, кто с кем и от кого ребятёнка ждёт! А мы уже тут... сплетничаем сидим.
- Ладно, ладно, молчу, раз тебе такая тема неприятна.
- И вообще, нельзя легкомысленно говорить о серьёзных вещах, - требовательно сказала Зинаида.
- Зина, ну, ты завелась. Сказала один раз, - и достаточно, - поморщился Сан Саныч.
Тут в дверь постучали.
- Маша? - заволновался Сан Саныч.
- Если это Маша, я ей сама всё скажу, ясно вам? - строго предупредила Зинаида.
- Да ясно, ясно, не переживай, - кивнул Сан Саныч.
- Ты же Санычу хотела первое слово дать, - напомнила Захаровна.
- А сейчас... передумала. Иди, Саныч, открывай дверь!
Сан Саныч открыл дверь, но пришла не Маша, а соседка Анфиса.
- Здравствуйте, здравствуйте, - сказала она, - а что у вас у всех такие загадочные лица, а?
Зинаида смутилась:
- Нет, мы так... просто чай пьём. С целительницей Антониной Семёновой.
- Да, - подтвердила Захаровна. - Лечебный чай, его надо... мелкими глотками.
- А-а-а. Ну, ладно! Чай пьёте, значит, и мне на¬льёте. У меня для вас, девоньки, есть потрясающая новость! - сообщила Анфиса.
Сан Саныч улыбнулся:
- А новость-то она, только для девочек, или мальчикам тоже можно послушать?
Но Анфиса неожиданно сказала:
- Знаешь, Саныч... Я тебе, конечно, доверяю. Но эта новость... так сказать, женского свойства. Не обижайся, а?
- Не обижаюсь, - обиделся Сан Саныч. - Зина, я пойду трубку покурю.
Зинаида пожалела его и спросила:
- Анфиса, а новость-то у тебя срочная?
- Срочная и потрясающая.
- Тогда погуляй, Саныч, - приняла решение Зинаида.
- Погуляю, погуляю. Меня теперь вряд ли чем-то потрясти можно. Так что сплетничай, Анфиса, сколько душе угодно.
Теперь пришла очередь Анфисы обижаться:
- Почему ты так говоришь, Саныч? Когда это я сплетничала? Между прочим, всегда приношу информацию важную и полезную.
- Ага, я помню. Посеяла давеча панику в отдельно взятом околотке, а потом мне от жены попало. Так что лучше пойду курить. Меньше знаешь, крепче спишь, - и Саныч ушёл.
Анфиса проводила его взглядом и приступила к главному:
- Только я вас предупреждаю. Это пока секрет.
- Секрет - дело святое. Тебе покрепче? - спросила Зинаида, наливая чай.
- Мне сегодня сделали предложение, - гордо сказала Анфиса.
- Какое? - не поняла Зинаида.
- Как какое? Ты что, не знаешь, какое предложение женщинам делают раз в жизни?
Захаровна улыбнулась:
- Замуж, что ли?
- Точно! - радостно подтвердила Анфиса.
- Хорошая новость. Только почему раз в жизни? - спросила Зинаида.
- Ну, может быть, и не раз в жизни. Но, каждый раз - как в первый.
- Итак, тебе сделали предложение руки и сердца. А ты что ответила? Неужели согласилась?
- А что, по мне не видно? - Анфиса сияла.
- Да-а, видно, видно.
- Ты что, Зина, не рада за меня? - опешила Анфиса.
- Как я могу радоваться, если я ещё не знаю, за кого ты собралась замуж! Ты же имени-то жениха не сообщила! - напомнила Зинаида.
Анфиса выдержала паузу и ответила:
- За Буряка Григория Тимофеевича.
- Гриша? - удивилась Зинаида. - Так он же убеждённый холостяк!
Анфиса пожала плечами:
- Почему убеждённый? Просто раньше не встречалась ему понимающая женщина.
- А, понятно! А встреча с тобой оказалась судьбоносной. Она изменила его взгляды на жизнь.
Анфисе не понравился тон, которым говорила Зинаида:
- Зина, я не понимаю тебя. Вроде ты моя подруга, но почему-то не радуешься за меня. Иронизируешь, шуточки всякие.
- Просто я тебя и Гришу знаю давно. Говоришь, сделал предложение руки и сердца... Сердце-то он может подарить, оно внутри. А вот руки у нашего знаменитого сыщика всё время заняты.
- Это на что ты намекаешь? - подозрительно спросила Анфиса.
- У твоего Буряка то пистолет в руках, то ручка, которой он планы захвата рисует. И в голове у него одна работа. Будет ли он тебе хорошим мужем?
Такого Анфиса не ожидала:
- Обидела ты меня, соседушка. Тебе, значит, можно замуж выходить, а другим не стоит.
- Да я не в этом смысле, Анфиса! Ты что! Просто... неожиданно как-то у вас всё получилось. Ходили по отдельности, взгляды друг на друга бросали, и р-раз - решили пожениться.
- Ты что, подозреваешь нас в легкомыслии?
Захаровна стала защищать Анфису:
- И, правда, Зина. Пришла к нам, можно сказать, невеста свежеиспечённая. А ты её настрой своими сомнениями сбиваешь.
Зинаида посмотрела на Анфису и засмеялась:
- Да ты глянь, разве такой настрой, собьёшь! У вас когда роман-то начался, Фиса? Признавайся?
- А ты не помнишь? Когда Гриша с твоим Санычем в погребке застряли.
- А-а, - вспомнила Зинаида, - верно, верно. Они тогда до такого состояния увлеклись важными разговорами, что Анфиса вызвалась проводить Гришу до дома. Теперь вот, гляди, невеста.
Захаровна с завистью спросила:
- Может быть, у тебя, Зина, дом стоит на счастливом месте. А если мне тоже здесь чуть-чуть задержаться? Глядишь, и я себе жениха найду?
- Да, кстати, о погребке. Надо проведать, что там осталось. И событие твоё, Анфиса, отметим, - предложила Зинаида. - Втроём, по нашему, по-девичьи.
- Давно бы так! - обрадовалась Анфиса.

0


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8