www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8


Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8

Сообщений 21 страница 40 из 131

1

http://s5.uploads.ru/t/R4rGP.jpg

Маша, жалея Катю, отказывается от собственного счастья. И хотя Катя и Алексей поженились, что-то в их отношениях не ладится. Не зря в народе говорят: на чужом горе счастья не построишь. Алёша по-прежнему не может забыть Машу. А беременная Катя понимает, что всё ещё любит Костю...
Сбежавший из тюрьмы смотритель маяка скрывается от правосудия: то он забаррикадировался в доке и заминировал вход, то мечется по катакомбам, угрожая взорвать город...
Виктор Буравин просит у Бориса Самойлова дать развод Полине, но тот в приступе ярости обливает свой офис бензином и поджигает. Весь в ожогах Самойлов попадает в больницу...

Отредактировано juliana8604 (08.06.2019 15:50)

0

21

Костя добрался до северного входа в катакомбы и остановился неподалёку, выбрав хорошую позицию для наблюдения. Он увидел, что у входа патрулирует наряд милиции. Костя понял, что теперь попасть в катакомбы будет не так-то легко. Наконец, появился запыхавшийся Алёша.
- Ты что так долго? - сердито спросил Костя. - Мы же два часа назад встретиться договорились!
- Извини! Всё никак удобного момента не было, чтобы конверт оставить. Григорий Тимофеевич из кабинета не выходил.
- Ну, так что, ты готов?
- Да! И даже фонари хорошие взял, как ты просил! - Алёша показал снаряжение.
- Да, неплохие. Но ты точно решил? Не передумал? А то, может, не стоит рисковать? Давай я схожу к Буряку и покаюсь! А он вызовет сапёров - и дело сделано.
Алёша возмутился:
- Да что же меня все так берегут! Ты же говорил, что там всего пара мин осталась! Давай спустимся, по-быстрому их обезвредим и назад.
Костя удивился:
- По-быстрому? Алёшка, а ты когда-нибудь занимался разминированием?
- Нет. Но, ты же это умеешь!
- Допустим. А мимо них нам как пройти? - Костя кивнул на милиционеров у входа в катакомбы.
- А вот за это не переживай! - сказал Алёша. - Ну что, пошли?
- Пошли. Только, чур, во всём меня слушаться и вперёд не лезть, - предупредил Костя.
- Конечно! Ты же старший брат, - согласился Алёша, улыбаясь.
- Алёш, а ты поесть чего-нибудь захватил? - спросил Костя.
- Нет. Мы же скоро вернёмся, - беспечно ответил Алёша.
- Ну, ты даёшь! Нам только до места полдня идти, - сообщил Костя.
Они подошли к дежурному милиционеру, который узнал Алёшу:
- Лёха, привет! Ты чего это здесь?
- Буряк дал мне задание провести разведку катакомб, - соврал Алёша, не моргнув глазом.
- Давно пора! А то всё охраняем да охраняем. А это кто с тобой?
- Познакомься, это мой брат, Костя. Он профессиональный спелеолог. Знает эти катакомбы как свои пять пальцев.
- Круто! Слушай, Константин, а правда, что там кошки-альбиносы водятся, слепые от рождения? Говорят, они по слуху охотятся.
- Не врут. Я сам таких видел, - подтвердил Костя, он сейчас мог подтвердить всё, что угодно.
- Страшные?
- Привыкаешь. Они вообще-то людей побаиваются. Если не в стае, конечно. Хочешь, я тебе такую поймаю? - спросил Костя.
- Серьёзно? - удивился милиционер.
- Вполне. Только у меня прикормки нет. У тебя еда какая-нибудь найдётся? - деловито спросил Костя.
- Да, бутерброды, - милиционер протянул свёрток с бутербродами.
- С колбасой! - обрадовался Костя. - Самое то! Считай, что уже поймали! Ну, мы пошли, - сказал Костя, засунув бутерброды в рюкзак.
- Удачи! - помахал им вслед милиционер и, когда они скрылись, добавил: - Да, что ни говори, отчаянные парни!

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 16:54)

0

22

Андрей долго раздумывал над принципом, по которому Сомов расставлял ловушки. Он посмотрел на связь ловушек и гороскопа.
- Так, допустим, что круг начинается со Льва, - рассуждал он. - Тогда первая ловушка - это огонь, то есть мина! Дальше? Дева - земля! Понятно, какие-нибудь колья или капканы! Весы - воздух. Надо подумать! Что же это?
Андрей задумался. Но его мысли прервал Сан Саныч:
- Насилу отыскал тебя! Ну как, придумал что-нибудь?
- Всё сходится! Я знаю, как нам обойтись без карты! - Андрей был рад своей находке. - Признаться, это было нелегко.
- Рассказывай же! Не томи!
- Понимаете, Сомов, когда надо было что-то разместить в пространстве, практически всегда пользовался определённой логикой. Ну, например, когда рассаживал студентов на лекциях.
Сан Саныч усмехнулся:
- Знаю я эту логику: мальчик - девочка, мальчик - девочка... Чтобы не болтали!
- Типа того! - согласился Андрей. - Определённый порядок он соблюдал и при расстановке экспонатов в музее, и когда составлял оглавление книги или диссертации.
- Так что это за порядок? Алфавитный?
- Нет, астрономический! А точнее, астрологический! Вы же слышали о гороскопах?
- Я в этом, если честно, мало смыслю! - признался Сан Саныч. - Если надо определить стороны света по Медведице или по Южному Кресту – это, пожалуйста! А все эти «эры Водолея» - не для меня.
- Сан Саныч, вы карту звёздного неба знаете? Тогда я вам сейчас всё очень быстро объясню! - обрадовался Андрей.
- Сделай одолжение! Только, пожалуйста, как-нибудь попроще!
- В астрологических принципах Сомов всегда как бы совмещал звёздную карту своего рождения с тем днём, когда происходило важное событие, - начал Андрей.
- Поподробнее, пожалуйста, мне это трудно понять.
- Вот смотрите, Сан Саныч! Игорь Анатольевич Сомов по гороскопу был Лев. То есть человек, рождённый в созвездии Льва, огненный знак. Знак Солнца на всех картах Сомова занимал лидирующее положение. А затем он на эту базисную карту мысленно накладывал дату рождения любого проекта - похода, начала семестра и так далее.
- Извини, Андрей, мне всё это малопонятно. Я только смутно догадываюсь, о чём ты говоришь.
- Я ведь только пытаюсь вам разъяснить логику Сомова, но сам ещё тоже не могу предположить, какой день он мог сделать вторым при построении карты, - вдруг Андрея осенило: - Я понял! Нужен дневник! В дневнике же были все даты его путешествия в катакомбы!
- Ну, и где этот дневник? - спросил Сан Саныч.
- У Григория Тимофеевича в сейфе!
- Так идём же скорее туда! Немедленно! Мы сможем восстановить карту Сомова!

Когда Таисия пришла к Кириллу, её ожидала хорошая новость.
- Вот, смотри! Это адрес той акушерки, у которой находится наша дочь! - сказал он, протягивая Таисии листок.
Та выхватила его, жадно прочитала адрес и нетерпеливо спросила.
- Когда же мы можем поехать?
- Понимаешь... - замялся Кирилл. - Ты только не думай... В общем...
- У тебя срочные, неотложные дела... - продолжила Таисия.
Кирилл кивнул:
- Да! Город в опасности! Поверь, это стало известно только сегодня! И я... Я должен остаться здесь.
- Понятно, - кивнула Таисия, - «венгерский вариант»! Что же, я предполагала, что ты можешь не поехать. Но ты не знаешь, что теперь сделаю я!
- Не знаю.
- Кирилл, я поеду одна, без тебя.
- Но почему?
- Я так решила, - отрезала Таисия. - И мне неважно, осудишь ты меня или нет. Будешь помогать или останешься в стороне.
- Таисия, не надо так говорить! – взмолился Кирилл.
- Как? Я говорю так, как думаю, так, как чувствую. Знаешь, я не обижаюсь на тебя. Спасибо за то, что возродил во мне прежние чувства, воспоминания. Ты мне помог справиться с чувством вины и направить энергию на поиски. Но я уже не могу больше ждать. Я поеду искать дочь. Одна.
- Таисия, я тебя умоляю. Подожди хотя бы немного. Сейчас в городе очень серьёзная ситуация. И мне нельзя ни в коем случае отлучаться в ближайшие дни.
- Нет, Кирилл, нет. Если бы женщины всегда сидели и ждали своих мужчин... Ты представляешь, что бы было? У вас государственные дела, решающие футбольные матчи, охота на бизона, запуск космического корабля... Вы всегда заняты глобальными проблемами, а мы, извини, должны заботиться о детях. Если бы женщины ждали вас, ничего не предпринимая, - человечество бы вымерло!
Кирилл улыбнулся:
- Таисия, ты сгущаешь краски!
- Да, может быть, - согласилась Таисия. - Но я говорю правду.
- Тая, но я же не сбегаю от своих обязательств! Обещал - поедем. Только... - снова замялся Кирилл.
- Только «потом», да? Нет, Кирилл. Найти дочку - это моя задача. И не останавливай меня. Я еду! - Таисия была настроена более, чем решительно.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:02)

0

23

Зинаида и Захаровна ещё много времени провели в разговорах о Машиной судьбе, но, в конце концов, решили, что им обязательно надо найти Машину маму. Они стали собираться, чтобы вместе поехать на поиски.
- Что-то разволновалась я, - призналась Зинаида, собирая вещи.
- Опять? - спросила Захаровна. - Зина, то меня уговариваешь успокоиться, то саму нужно успокаивать.
- Да, вроде бы, мы решили окончательно. Ищем мать Машеньки. А как подумаю, что будет - и руки трясутся.
- Руки не ноги, на них не ходят.
- Я даже не представляю, как искать-то мы будем... А ты точно помнишь её лицо? - волновалась Зинаида.
- Увижу - вспомню. Вообще-то, на лица у меня память плохая, - призналась Захаровна.
- Ну вот... - заволновалась Зинаида.
- Но эту женщину я не забыла, не переживай.
- За двадцать лет она изменилась, наверное. Если вообще, жива.
- Типун тебе на язык, Зинаида.
- Только когда найдём её, ты сама-то инициативу не проявляй, - предупредила Зинаида.
- В каком смысле?
- В том смысле, что я буду с ней разговаривать. Я всё-таки учитель, я найду к ней подход.
- Ох, ох, учитель! Как будто учителя ищут подход к людям! Это мы, целители... - начала Захаровна.
- Ладно, целительница! - махнула рукой Зинаида.
- А что, я разве тебе с давлением не помогла? - обиделась Захаровна.
-Давление у меня от шока упало, - усмехнулась Зинаида.
- А я думаю, от капелек моих. Или от кефира с корицей, - возразила Захаровна.
- Да, кстати, надо выпить кефирчика на дорожку.
- Ну, пей, только медленно, считай глоточки.
- Всё, успокоилась, - сообщила Зинаида, выпив кефир.
- Ой. А я - наоборот! Может быть, не поедем? - робко спросила Захаровна.
- Что ты сказала? Не поедем?
- Теперь у меня с головой что-то... По часовой стрелке...
- На! Допей кефир - и едем! – скомандовала Зинаида.
- Я не люблю кефир, - призналась Захаровна.
- Значит, капустный лист привяжи на голову.
- И поеду, как дура, с капустой на голове? - усмехнулась Захаровна.
- Надо использовать то, что другим советуешь, - поучительно сказала Зинаида.
- А ты не учи, не в классе.
- А ты не отступай, раз решили.
Так, препираясь, они собрались, вышли из дома и закрыли дверь на замок. Зинаида посмотрела на закрытую дверь и пожаловалась:
- Вот, Захаровна, ты меня заразила своей нерешительностью.
- Нерешительность - не инфекция, - резонно заметила Захаровна. - Что опять?
- Да я сейчас подумала, а вдруг Маше эта женщина так приглянется, что она от меня сбежит? - предположила Зинаида.
- Тебе думать вредно. Говоришь какие-то бредни.
- Это для тебя бредни. А я переживаю. А вдруг ещё хуже получится: захочет Маша с ней пообщаться, а та скажет: ни о каких дочках слушать не хочу...
- Ну что ты глупости говоришь! Во-первых, мама бабушку не заменит. Бабушка, которая вырастила, - она на особенном счету.
- Но я не всегда была ласковой. Была и строгой... - припомнила Зинаида.
Захаровна засмеялась:
- А если переживаешь о том, что Маша сбежит, то это вообще смешно. Ты же сама говорила, что Маша и так от тебя уже сбегает - взрослая, замуж собирается.
- Это правда. И так сбегает, - согласилась Зинаида.
- Тогда и беспокоиться не о чем.
Зинаида ещё постояла, размышляя, потом вздохнула и сказала:
- Ну, идём что ли...

Полина и Буравин присели у кровати Самойлова. После разговора с сыновьями тот совсем по-другому реагировал на посетителей.
- Вот, ребята, погорел я со всеми потрохами... - грустно сказал он.
- Не преувеличивай, потроха-то целы остались, - подбодрил его Буравин.
- Можно сказать, рожки да ножки, - слабо улыбнулся Самойлов.
- Не только. В основном ты цел остался, так что можно сказать - легко отделался.
- Легко? Да, погорел в огне своих страстей, но отделался легко. Это фраза для воспоминаний современников.
Полине не понравился тон Самойлова, и она попросила:
- Борис, не юродствуй. У тебя небольшие локальные ожоги, а ты говоришь так, как будто умирать собрался.
- А я и раздумываю - есть ли смысл жить, - признался Самойлов.
- Не смей! Придумал тоже: себя поджечь! Как тебе такая глупость могла в голову прийти! - возмутилась Полина.
- Голова глупая, значит, - Самойлов постучал по забинтованной голове.
- Себя поджёг - ладно. Новый вырастешь. А вот офису ремонт потребуется капитальный, - сообщил Буравин.
- Как там?
- Ещё не знаю. Но заеду обязательно, оценю ущерб, - пообещал Буравин.
- Не надо. Свои убытки я сам посчитаю... Впрочем, как я их посчитаю, привязанный к койке?
Полина его подбодрила:
- Привязанным к койке ты будешь недолго. Прекращай хандрить, Борис, тебе необходимо настраиваться на выздоровление. Вот здесь, на тумбочке клюквенный морс и кое-что из домашнего. Налить тебе?
- Сейчас не нужно, спасибо.
- Пей морс и прекращай унывать, так быстрее поправишься, - посоветовал Буравин.
- Вы что, думаете, я не знаю, что меня ждёт? - хмуро сказал Самойлов. - Я же слышал, как доктор в коридоре говорил своему ассистенту: стопроцентная слепота. Нет никакой надежды!
Полина и Буравин переглянулись.
- А с чего ты взял, Борис, что разговор врача в коридоре относился к тебе? - спросил Буравин. - И вообще, как ты услышал отсюда подробности разговора?
- Так я же слепой, Витя, но не глухой. Ты же знаешь, что у слепых людей обостряется слух.
- Ну, ты насмешил, - улыбнулся Буравин. – Обостряется в первые же сутки, да? Тогда глухоту можно простым способом лечить - завязал глаза человеку и - вперёд!
Самойлов тоже улыбнулся:
- Ты ещё скажи, что у тебя дар ясновидения развился. У слепых людей тоже так бывает.
- Ну, не ясновидения, конечно, но кое-какие вещи я чувствую, - сообщил Самойлов.
- Например? - уточнила Полина.
- Запах твоих духов.
- А я не душилась ничем.
- Значит, это просто запах женщины, - вздохнул Самойлов.
Полина замерла, ожидая, что Самойлов что-то добавит, но он молчал.
- Ничего, Борис, ты прорвёшься, и на автомобиле будешь кататься не хуже Аль Пачино, и корабль поведёшь, - пообещал Буравин.
- Да, слепой капитан - это звучит гордо, - согласился Самойлов, - а налейте-ка мне морсу!
Самойлов выпил морс, приготовленный Полиной, и откинулся на подушку:
- Ух, спасибо, Не поверите, мне сейчас так хорошо, давно такого не было. Даже не верится. Если бы не глаза... Всё как раньше, как в прежние времена - хохочем, шутим.
- Борис, ты не беспокойся, мы с тобой! - сказал Буравин.
- Лучше вам меня оставить. Я же понимаю, почему так происходит! Вы меня жалеете. А зачем мне иллюзия дружбы вместо дружбы?
- Борис, ты не прав, - не согласилась Полина. - Виктор к тебе относится как к другу. Мало ли что между вами было. Было и прошло.
- Между нами было не что-то, а кто-то, - уточнил Самойлов. - Между нами была ты.
- Ладно, не надо, - расстроилась Полина.
- Нет, я всё-таки договорю. Можно воспользоваться правом инвалида и сказать то, что думаю?
- Временного инвалида, - уточнил Буравин. - Очень-то на инвалидность не рассчитывай.
- Я только сейчас понял, что мне лучше - самому лучше, честное слово - обращаться с тобой, Полина, вот так, по-дружески. А не внушать себе глупости по поводу твоего возвращения. Это были фантазии.
Тут в палату вошёл врач.
- Какие-то новости? - поинтересовался Буравин.
- Да, машина готова к транспортировке больного.
- Уже? - почему-то заволновался Самойлов.
- Да, Борис, пора, поедем, - сказал Буравин.
- Ну, счастливого пути, мужики! Удачи вам, - кивнула Полина.
А Самойлов вдруг вспомнил:
- Полина, я же тебе главного не сказал: Алёша и Костя приходили ко мне!
- Я знала, что у нас хорошие сыновья, - улыбнулась Полина.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:06)

0

24

Сан Саныч и Андрей пришли в милицию, но Буряка там ещё не было. Они присели неподалёку от входа и продолжили обсуждение странностей учите¬ля Андрея - Сомова.
- Я, конечно, мало что понял в твоих звёздных рассказах, но уловил главное - Сомов был человек немного... не от мира сего, так? - уточнил Сан Саныч.
- Да, он был одержимым. И... высокомерным, что ли. Но за это его вряд ли можно судить. Он же был великим учёным. И знал себе цену.
- Одержимость - вредная вещь, - покачал головой Сан Саныч. - Что для великого учёного, что для простого человека. Вот друг мой, Борька Самойлов, тоже из-за одержимости своей пострадал.
- Как это? - не понял Андрей.
- Пострадал при пожаре. А кто этот пожар затеял и как он до этого пожара дошёл, а? Я думаю, он тоже себя Львом вообразил. Огненный знак, царь зверей! Теперь лежит в больничной палате, расхлёбывает.
Андрей понуро опустил голову:
- Игоря Анатольевича страсти завели ещё дальше.
Тут к милиции подъехала машина следователя.
- Привет, друзья, - сказал Буряк, подходя к ним. - Вы извините, что заставил вас ждать.
- Так не прохлаждался же, наверное, - улыбнулся Саныч.
- Это точно, - сказал взмокший Буряк и вытер платком шею. - Идёмте!

Патрульный милиционер, который пропустил в катакомбы Алёшу и Костю, позвонил по рации:
- Я - второй, я - второй, у меня срочная информация.
- Что у тебя там? - спросил дежурный.
- Срочная информация для Буряка.
- Говори, передам.
- В катакомбы вошли два человека, - сообщил дежурный.
- Кто вошёл? Кого ты там пустил?
- В катакомбы вошёл стажёр Алексей Самойлов со своим братом Константином.
- Зачем?
- Они сослались на разрешение Буряка. Надо бы проверить.
- Чёрт! Надо было сначала проверить, а потом пускать! Ладно, сейчас передам...

Следователь завёл Сан Саныча и Андрея в свой кабинет и сказал:
- Докладываю, друзья! Я был только что в мэрии, имел разговор с Кириллом Леонидовичем Токаревым.
- Так, так, правильно, - кивнул Сан Саныч, - теперь нам без поддержки мэрии не обойтись. Тут, сам знаешь...
- А мы вам хотели рассказать... - начал Андрей, но в это время следователь увидел на столе прикрытый листом бумаги конверт.
- Погоди-ка, что это такое? - спросил он и открыл конверт. - Так это же... табельное оружие! Наше! Чей это пистолет?
Буряк быстро прочитал письмо-признание и встревоженно посмотрел на Сан Саныча и Андрея
- Что такое, Гриша? - спросил Сан Саныч. - Скажи, не томи!
- Мальчишки, идиоты... - прошептал Буряк.
- Да кто идиот? Кто мальчишка?
- Я должен был и это предусмотреть, но оплошал, - следователь продолжал говорить загадками.
- Что случилось? - спросил Андрей.
- Слушайте, в этом письме написано, что у Константина Самойлова оказалась в руках карта Сомова. Карта с ловушками. И Константин вместе со своим братом Алексеем решили самостоятельно спуститься в катакомбы, чтобы обезвредить последние ловушки и найти опасного преступника Михаила Родя.
- Да ты что? - ахнул Сан Саныч. - А кто же их туда пустил, дурней?
В дверь постучали.
- Войдите, - сказал следователь.
- Разрешите доложить? Только что по рации передали, что Алексей и Константин Самойловы спустились в катакомбы, - сообщил дежурный.
- Вот незадача-то! - вздохнул Буряк. - Решили доказать, что они герои. А какие они герои? Вот, даже безоружные.
- А что это за пистолет? - спросил Сан Саныч.
- Судя по письму, Костя Самойлов долгое время был рядом со смотрителем. И, как я понимаю, помог обезвредить нашего Марукина. Так что это марукинский пистолет, - объяснил следователь.
- Надо же! - воскликнул Андрей. - Детектив какой-то!
- Помнишь наш разговор про одержимость? - напомнил Сан Саныч Андрею. - Вот Костька, старший сын Бориса, весь в отца - авантюрист и одержимый.
- Но мы же знаем, Сан Саныч, что у каждого одержимого своя логика, - напомнил Андрей.
- Вы это о чём, мужики? - не понимал их разговора Буряк.
- Мы о том, что Андрей понял принцип установки ловушек. То есть он почти создал такую же карту, понимаешь?
- Я уверен, что теперь смогу создать аналог карты профессора.
- Серьёзно? - спросил Буряк.
- Абсолютно, - уверенно ответил Андрей. - Только мне для этого нужен дневник Игоря Анатольевича.
- Выдам. Какой разговор! - Буряк открыл сейф, достал из пакета дневник Сомова и подал его Андрею. - Только как дневник тебе поможет, Андрей?
- Можно я сначала сделаю, а потом всё объясню?
- Там, брат, такая астрология, что даже я, со своим светлым умом, не до конца постиг, - поделился своими впечатлениями Сан Саныч.
Буряк же думал о другом:
- Но что же делать с ребятами... Их же надо срочно вытаскивать оттуда!
- Гриша, не горячись. Пока Мишка-смотритель наверху, ребятам ничего не грозит, - успокоил его Сан Саныч.
- Да, ничего... Ничего, кроме собственной неосмотрительности. Ты сам говорил, что даже спасатели без карты могут подорваться там, внизу...
- Но ведь они-то с картой, - напомнил Сан Саныч.
- Да, они с картой.
- Значит, хоть небольшое, но преимущество у ребят есть.
Андрей уже возился с картами:
- Я сейчас совмещу карту Сан Саныча с собственным чертежом. Даже не знаю, сколько на это потребуется времени...
- Ты работай, - сказал Сан Саныч. - А Гриша тебе бутерброды из столовой принесёт.
- Но они всё равно, даже имея карту на руках, могут подвергнуть себя и город опасности, - волновался Буряк.
- А я ребятам верю. Они не подведут, - упрямо твердил Сан Саныч.
- А кто из них умеет разминировать ловушки? Начитались романов и считают, что сами справятся лучше спасателей, - следователь взял письмо и процитировал: - «Там осталось всего две ловушки, и мы их обезвредим самостоятельно».
Андрей заторопился:
- Можно, я у вас уберу лишние бумаги на столе? Надо срочно работать!

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:13)

0

25

Алёша и Костя к этому времени уже оказались на том месте, где в последний раз был смотритель. Костя поднял с земли ржавую стрелу.
- Что-то мне подсказывает, что мой друг Михаил Макарыч здесь был... - сказал он и стал сверяться с картой. - Семь поворотов налево - уже исследованная территория, известная.
- Костя, смотри, - сказал Алёша, - тут сыро под ногами, чавкает что-то.
- Так море недалеко, поэтому и сыро, - объяснил Костя и пошёл дальше.
Алёше всё больше и больше не нравился их поход. Он побаивался, но предпочитал не подавать вида. Наконец, они подошли к тому месту, где была
очередная мина.
- Вот она, мина! Кажется, последняя, - сказал Костя.
- Костя, а может быть, мы ошибались? - испугался Алёша.
- О чём ты говоришь?
- Может быть, надо было вызвать сапёров на подмогу?
- Я ничем не хуже этих сапёров, - уверенно сказал Костя.
- Хорошо, извини.
- Не волнуйся, у меня всё получится, - успокоил брата Костя.
- Я с тобой, - кивнул Алёша.
Костя стал разминировать мину, но оказалось, что она пустая.
- Фу-у, а я вздохнуть боялся, - с облегчением сказал Алёша.
- Стоп, тут в капсуле есть что-то, - заметил Костя.
- Что?
- Записка, - сказал Костя и стал читать: - «Мой любознательный друг, если ты добрался до этого места, то я снимаю перед тобой шляпу. Правда, мне кажется, что без моей карты ты никогда бы сюда не дошёл. Но твой азарт и кураж, а также искреннее стремление добраться до ценностей, вызывают уважение. Поэтому попробуй обойтись теперь без проводника. Дальше иди сам - без карты. Счастливого пути! Не обессудь, если вместо наслаждения богатствами ты получишь прямо противоположный результат. Твой Сомов».
- Костя, скажи, кто такой Сомов?
- Человек, который обманул смотрителя. И человек, который пострадал от Родя.
- Понятно... - сказал Алёша. - Но почему под ногами так много воды?
- Да, резиновые сапоги надо было надеть! - Костя начал нервничать.

Маша с Катей собрались идти в милицию, но Маша вдруг решила, что Кате это будет вредно.
- Катя, а может, ты не пойдёшь? Давай я одна пойду! - предложила Маша.
- Почему это ты пойдёшь, а я нет?
- Катя, тебе нельзя волноваться.
- А сидя дома, я не буду волноваться, да?
- Я буду тебе звонить, - пообещала Маша.
- Маша, перестань, пожалуйста. Я молодая здоровая женщина, - настаивала Катя.
- Не забывай, что ты, молодая здоровая женщина, недавно была в больнице. И тебе прописывали покой.
- Тебе, между прочим, тоже. Я слышала, что врачи сказали после переливания крови.
- Зря со мной споришь. Я - медик, - напомнила Маша.
- О-о-о, с медиками спорить - это моё хобби! - засмеялась Катя. - А если серьёзно, не волнуйся, Маша. Я попала в больницу не из-за стресса, а потому что хлопнулась с крыльца. А сейчас ты пойдёшь со мной рядом и будешь держать меня за руку.
- Обязательно! - улыбнулась Маша. - И только попробуй сопротивляться!
Обе засмеялись.
- Маша, у тебя бывает так: ты чего-то боишься, но стараешься себя рассмешить? - спросила Катя.
- Да, постоянно. Сижу на фильмах ужасов и хихикаю.
- Вот, точно! А сейчас у нас не фильм ужасов, а триллер про глупых женихов.
- Надо молиться, чтобы всё закончилось благополучно, - вздохнула Маша.
- Или чтобы закончилось, не начавшись. Им должно хватить ума не рисковать собой и быстро выбраться наружу. Тоже мне, герои...

Следователь ещё раз перечитал Костино письмо и принял решение:
- Я должен сейчас съездить к Константину домой... Нет, лучше к Катерине. Алёшка живёт у Кати Буравиной, и, скорее всего, перед походом в катакомбы они были там. И там же договорились обо всём.
- А что ты у Катерины-то хочешь выяснить? - спросил Сан Саныч.
- Хочу выяснить детально, что у этих братьев Самойловых было на уме. Может быть, они в письме не всё указали. Я туда и обратно, мигом.
- Не волнуйся, мы тоже не будем прохлаждаться. Пока с картой поработаем, - пообещал Сан Саныч.
- Гляди, что, получается, по твоим рисункам, Андрей, - сказал Сан Саныч, когда Буряк ушёл. - Клад Сомов спрятал, скорее всего, в старой части катакомб.
- Да. Это не под городом?
- Это за городом, дальше.
- Да, точно. Выходит, старая часть отделена от городской единственным перешейком? Или карта неполная?
- Да нет, полная. Другого перехода нет. Один коридор, - подтвердил Сан Саныч.
- А по нему давно ходили? Не знаете?
- Не знаю. Я даже не знаю, этот проход сейчас действует или нет.
- В каком смысле? Если есть на карте... - начал Андрей.
- В том смысле, что вода может подмывать и менять конфигурацию ходов и выходов в лабиринте, - объяснил Сан Саныч.
- Вот это да!
- И вода - она опасна не сама по себе. Будет прибывать - ребята просто повернут обратно и всё. Но вода, которая находится рядом с боеприпасами... И подмывает площадку... - Сан Саныч не договорил.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:16)

0

26

Девушки всё ещё не вышли из дома, потому что Катя вдруг захотела есть.
- Одна проблема: когда волнуюсь, я не только хихикаю, я ещё и ем. Учитывая моё интересное положение, за полгода я могу превратиться в Колобка! - пожаловалась она.
- А что, неплохой Колобок получится! - улыбнулась Маша.
- Знаешь, Маша, а ведь ты всё-таки ошиблась со своей интуицией.
- Что ты имеешь в виду?
- То, что мне необходимо выйти замуж за Алёшу. Вы на меня всем миром навалились, создали какую-то... обречённость, что ли. А я чувствовала в глубине души, что всё изменится.
Маша согласилась с ней:
- Да, ты была права. А я - нет.
- Вот! Хоть раз в жизни я права, а ты нет, - обрадовалась Катя. - Всё! Теперь я обязательно разведусь с Алёшей и буду ждать Костю. Хоть десять лет, но дождусь... Ой, что же я, дура, сказала! Десять лет... Какой ужас... А с другой стороны - лучше десять лет надежды, чем жизнь без любви... Не дай Бог!
Маше всё сказанное не понравилось:
- Катя, не накручивай себя, пожалуйста. А то не возьму тебя с собой.
- Буду я тебя спрашивать, - буркнула Катя.
Маша её обняла:
- У тебя всё будет хорошо, Катюша.
- У тебя тоже, - всхлипнула Катя.
- Нет, мы с Алёшкой всё равно не поженимся, - в ответ всхлипнула Маша.
- С ума сошла? Почему?
- Потому что у меня не будет детей, врач сказал.
- Плюнь этому врачу в глаз! - решительно заявила Катя. - И перестань доказывать миру, что вы с Лёшкой должны быть жертвами! От вашего несчастья другим легче не станет!
В дверь позвонили. Девушки переглянулись. Кто это? Катя открыла и воскликнула радостно:
- Ой, Григорий Тимофеевич! На ловца и зверь бежит.
- Здравствуй! Что значит - на ловца и зверь бежит?
- А мы как раз собирались идти в милицию, - объяснила Катя.
- Нам есть, что вам рассказать, - подхватила Маша. Она протянула следователю Костин телефон.
- Что это? - Буряк ничего не понимал.
- Телефон. Это Костин телефон, Григорий Тимофеевич! - сказала Катя.
- Так, и что?
- А то, что этот телефон оказался у смотрителя маяка Михаила Родя! Того, за которым вы охотитесь!
- Стоп-стоп, не так быстро. Охотятся на зверей, преступников задерживают.
- Не придирайтесь к словам, Григорий Тимофеевич, - надулась Катя.
- Мы и так волнуемся, - добавила Маша.
- С чего вы взяли, что он оказался у смотрителя? Он ведь... у вас в руках.
- Слушайте! - начала рассказывать Катя. - Костя говорил мне, что он потерял мобильник в катакомбах. Мы думаем, что смотритель отобрал у Кости этот телефон.
- А вы-то где его нашли? Телефон? - спросил следователь.
- В аптеке! Я нашла его в аптеке! - объяснила Маша.
- Так, рассказывайте ещё раз и всё по порядку, - попросил следователь.
- Присаживайтесь, пожалуйста, Григорий Тимофеевич! - предложила Катя.
- Спасибо. Итак, давайте разбираться по порядку. Где был Костя в последние дни, и при каких обстоятельствах он мог потерять телефон?
- А... разве он вам не рассказал? - растерялась Катя.
- Я его не видел.
- Странно. Костя говорил, что он пойдёт к вам и во всём признается.
- Признание я от него действительно получил, - подтвердил следователь. - В письменном виде.
- Значит, сам он не успел рассказать... – поняла Катя.
- Не успел или не захотел - в этом мы разберёмся. Скорее всего, второе. Костя побоялся, что я могу остановить их с Алёшей.
- Значит, вы тоже догадались? - спросила Маша.
- О чём?
- О том... что они пошли в катакомбы.
- Да. Но если вы знали об этом, девушки, то почему не предупредили меня по телефону? - нахмурился Буряк.
- Понимаете, мы сами недавно сообразили, куда ребята могут пойти. Нам они ничего не сказали, - ответила Катя.
- Если бы сказали, мы бы их остановили, - добавила Маша.
- Честное слово, - подтвердила Катя.
- Хорошо. Они никого ни о чём не предупредили. Они самовольно пошли в катакомбы. Осталось восстановить всю картину, выяснить их цели и задачи. Вернёмся к телефону.
- Я нашла этот телефон в аптеке, - сказала Маша. - А Костя говорил, что телефон он потерял в катакомбах.
- Машенька, расскажи подробнее о своей находке,- попросил следователь.
- Я зашла в аптеку, чтобы поставить необходимые печати на документах. Увидела телефон на столе. Взяла его, а потом услышала звонок. От Кати.
- А до этого, - перебила её Катя, - с Костиного телефона был звонок, со мной разговаривал мужчина грозным голосом.
- Понятно... Машенька! Вы ведь закрыли аптеку снаружи? - спросил Буряк.
- Конечно. А как я ещё её могла закрыть!
- Значит, смотритель всё ещё там! - обрадовался следователь.
- Конечно! - подтвердила Катя. - Он бы не стал оставлять телефон и убегать! Я же говорила об этом, Маша! Как представлю, Машка, что ты была в одном помещении с опасным преступником! Как будто в клетке с тигром.
- Надо немедленно ехать в аптеку и брать его там. Только позвонить Сан Санычу...
- Сан Санычу? - удивилась Маша.
- Да, разве ты не знаешь, что он вместе с Андреем помогает мне искать смотрителя маяка? - следователь замялся. - Сан Саныч у нас в штабе – ух! Мозговой центр! Эх, некогда уже раззваниваться, бежать надо!
Буряк уже пошёл к выходу, но в это время Костин телефон зазвонил. Следователь взял трубку и услышал Лёвин голос:
- Макарыч, это Лёва!

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:19)

0

27

Костя и Алёша шли дальше в глубь катакомб. Костя, который уже имел опыт хождения по катакомбам, чувствовал себя увереннее, чем брат.
- Костя, мы очень давно идём. Может быть, это какая-то путаница на карте? - заволновался Алёша. - Всё время прямо, прямо, и непонятно, когда конец пути.
- Нет, вряд ли. Не забывай, мы же идём по старой части катакомб.
- Так, значит, над нами уже не город? - понял Алёша.
- Да, наверное. Жаль, с детства не дружил с географией, - посетовал Костя.
- Какая тут география. Темнота, можно запутаться.
- Нас же двое!
- Стоп. Я что-то вижу! - сказал Алёша.
Братья остановились. Алёша нагнулся, чтобы рассмотреть.
- Что это? - спросил Костя.
- Похоже на лаз, - неуверенно произнёс Алёша.
- Куда лаз?
- Ты меня спрашиваешь? - удивился Алёша.
- Спрашиваю, потому что на карте никакой лаз не нарисован.
- Но ты сверься с маршрутом, мы правильно идём?
- Да, - подтвердил Костя, - ни разу не отклонялись от курса.
- Так, может быть, нам сюда? – предположил Алёша.
- Не знаю...
- Мне кажется, этот Сомов не такой простой был мужик. Не стал бы он всё разрисовывать на карте, - предположил Алёша.
- Точно. Он же рисовал её для себя, а не для посторонних.
- Да, а записки он писал тоже для посторонних?
- Он подозревал, что или смотритель, или кто-то ещё пойдёт по его следам, - объяснил Костя.
- Понятно! Запутать следы он не мог, чтобы самому не заблудиться, а вот зашифровать - пожалуйста.
- Значит, про лаз он знал, но не обозначил его специально, - решил Костя.
- Так что будем делать?
- Думаю, надо лезть туда.

Лаз привёл братьев в довольно большую пещеру со сталактитами. По всему диаметру пещеры стояли какие-то ящики, присыпанные песком. Под ногами по-прежнему хлюпала вода.
- Что это?
- Не знаю, Костя. Похоже на склад оружия. Давай поглядим! - Алёша стряхнул с ящика песок и обнаружил надписи на немецком языке: «Асhtung! Асhtung!» и орлов со свастикой.
- Это боеприпасы, - понял Костя, - и кажется, ещё со времён Великой отечественной. Как их много! Понятно, почему именно взрывчатка использовалась всё время для ловушек. Но я даже не подозревал, что её здесь так много.
Братья стали осторожно исследовать склад боеприпасов.
- В этих минах нет записки от Сомова, это точно, - сказал Костя, опасливо разглядывая мины.
- А что делать? Трогать? Не трогать?
- Не знаю. Если честно, мне страшно, - признался Костя.
- Да я тоже... не чувствую себя суперменом.
- Помнишь, как родители нам запрещали в детстве играть в катакомбах?
- Ага, и в школе говорили об этом - что фашисты хотели наш город взорвать, после этого сапёры всё прочёсывали - но, видимо, не до конца... - вспомнил Алёша.
Костя подхватил:
- Мы ещё тогда думали, что это обычные воспитательные страшилки, которые придумывают для того, чтобы мы не баловались и вовремя возвращались домой. Теперь оказывается, что это правда... Подожди, Алёша, не ходи далеко. Я сам посмотрю, может быть, эти штуковины вообще нельзя трогать. Может быть, сам подход к ним заминирован.
- Почему это я должен стоять на месте, а ты смотреть?
- Потому что я старший брат, а ты младший, - назидательно сказал Костя.
- Старая отговорка. Ну, и как ты будешь смотреть.
- Молча!
Костя проверил, не тянутся ли от бомб какие-нибудь ниточки, но ничего не обнаружил:
- Вроде бы всё в порядке. Наверное, Сомов сюда не добрался.
- Не знаю. Не уверен, - сказал Алёша.
- По крайней мере, нам здесь Сомов не оставил ничего.
- Значит, зря мы сюда пролезали? - Алёша даже расстроился.
- Да нет, не зря. Когда выберемся на поверхность, про этот склад надо рассказать.
- Это само собой, - кивнул Алёша. - Надо же, целый склад боеприпасов нашли. Они что, шестьдесят лет здесь пролежали?
- Выходит, что так.
- А как же тогда фашисты смогли всё это складировать, если от города сюда по катакомбам - пилить и пилить?
- Наверное, у них был свой фашистский Сомов, который имел карту, - предположил Костя.
- Или фашистский смотритель маяка.
- Алёшка, не надо так. Я понимаю, что ты на Макарыча зуб точишь. Есть все основания. Но я... я вижу в нём много человеческого.
- Я ничего не говорю. Ты его лучше знаешь.
Вдруг Алёша в ужасе уставился на Костю.
- Алёшка, ты чего? - Костя посмотрел на брата и понял, что он что-то увидел за его спиной.
Костя осторожно обернулся: над ящиком со снарядами висел огромный сталактит, готовый оборваться.
- Что делать? - почему-то шёпотом спросил Костя.
- Давай перенесём ящики в безопасное место, подальше от этих сталактитов.
- Нет, это рискованно. Кроме того, на это уйдёт много времени.
- Но ты же сам сказал, что ничего не заминировано, - напомнил Алёша.
- Я... мог ошибаться. А время? Что-то прогнило, что-то вышло из строя. Это всё-таки взрывчатка, брат. Она может рвануть сама собой. Нет, нет. Нельзя нам так глупо рисковать.
- Но надо же что-то делать!
- Что, что... идти за подмогой, вот что!
- А если рванёт, пока мы будем идти за этой подмогой? - спросил Алёша.
- За столько лет не рвануло, а теперь рванёт?
- Да, именно по закону подлости и рванёт - настаивал Алёша.
- Если учитывать закон подлости, нам вообще нужно лапки сложить и ничего не делать.
- Я как раз и предлагаю что-то делать, - возмутился Алёша.
- Ты предлагаешь грудью броситься на амбразуру, а это глупо, - не соглашался брат.
- Твой вариант не более умный. Зачем мы тогда спускались вниз?
- На разведку. Считай, что мы спускались на разведку. А сейчас должны вернуться за помощью.
- И к нам прислушаются? - с сомнением спросил Алёша.
- К тебе - обязательно, ты же милиционер.
- Да меня разжалуют, как только я вернусь ни с чем! - завёлся Алёша. - Скажут, залез без разрешения!
- Алёшка, я тебя не узнаю. Всегда рассуждал здраво, а теперь... Тебе важно, что попадёт, и не успеешь отличиться? Или то, что мы предупредим людей, а милиция успеет принять меры?
Алёша подумал и согласился:
- Да, ты прав.
- Ну, слава Богу! Хоть когда-то я прав, - обрадовался Костя. - Полезли обратно!
- Стоп, - остановил его Алёша.
- Ну, что ещё?
- А тебя... тебя же сразу в тюрьму посадят? После того письма...
- А я и не рассчитывал, что меня наградят и отправят в круиз.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:22)

0

28

Самойлов и Буравин ехали в Одессу.
- Борис, тебе удобно? - спросил Буравин, поправляя на Самойлове плед.
- Ты будешь моей сиделкой, да? - поинтересовался Самойлов.
- Вообще-то я не сиделка! Я по-дружески решил тебе помочь.
- Что ты из себя благородного разыгрываешь? Полины нет рядом! Можешь расслабиться и снять маску, - завёлся Самойлов. - У тебя есть дела и поважнее, чем слепого инвалида сопровождать. Ты же тендер выиграл.
Буравин молчал. Тогда Самойлов обратился к шофёру:
- Эй, приятель, останови! Ему надо выйти! Шофёр обернулся.
- Шутит он, шутит! - сказал Буравин. - Я вы¬ходить не собираюсь. Знаешь, Борис, что бы ты ни говорил, как бы меня ни ругал и в чём бы ни обвинял, я поеду с тобой.
Какое-то время они ехали молча. Потом Буравин сказал:
- Если тебе важно знать про тендер, то я его не выиграл.
- Да, не выиграл... А кто?
- Пока никто.
- Может быть, ты сам отказался от победы? - предположил Самойлов.
- Может быть.
- Уж, не из-за меня ли, Витя? Ты уже слишком заигрался в благородство. Дурак ты, Витя, вот что я скажу. Я бы на твоём месте обязательно воспользовался ситуацией.
- Да, считай, я - дурак. Если тебе так легче, - согласился Буравин.
- Хотя я теперь понимаю, что от этого «большого ума» мне самому тошно. Знаешь, Виктор, о чём я мечтал? Заработать много денег, чтобы вы все приползли ко мне просить помощи. А я бы всем великодушно помогал и смотрел на ваши унижения. А потом бы я уехал из этого города к чёртовой матери! Чтобы глаза мои вас больше не видели. И мечта почти сбылась. Вы все пришли, около меня крутитесь. И мои глаза вас не видят... Только все помогают мне, а не наоборот.
- Борис, я не советую тебе сейчас заниматься самоуничижением. Настраивайся лучше на лечение.
- Да, конечно, - с горечью ответил Самойлов.
- Всё у тебя ещё будет: и зрение, и деньги. Лучше верить в будущее, чем посыпать голову пеплом.
- Твоё последнее замечание хорошо звучит, особенно после пожара.
- Извини. Но вот что я тебе скажу, положа руку на сердце: я ничем не лучше тебя.
- Ты имеешь в виду Полину?
- Да, - кивнул Буравин.
- Я думаю, начало этой истории положил я сам. Это ведь я первый увёл её у тебя. Ещё 25 лет назад.
- Борис, давай не будем больше ворошить прошлое и подумаем о настоящем.
- А то, что я на тебя с ножом бросился? Забудешь? Я же тебя убить хотел! - признался Самойлов.
- Я тоже хорош, сам тебя спровоцировал. Борис, послушай! Я хочу тебе предложить более конструктивную тему для разговора.
- Ну, предложи.
- Надо объединить наши фирмы. И тогда заказ точно достанется нам.
Самойлов мрачно заметил:
- Какой это конструктив!
- Борис, мы ещё очень многое сможем сделать для нашего города.
- Витя, посмотри на меня. Какой из меня теперь коммерсант. Я же стакан воды не могу себе самостоятельно налить! Не валяй дурака, иди к Кириллу, бери заказ и действуй один.
- Не отчаивайся, тебя же в Одессе такой специалист оперировать будет!
- Какой, такой специалист? – поинтересовался Самойлов.
- Самый лучший. Боря, к тебе обязательно вернётся зрение!
- Свежо предание, да верится с трудом. Вряд ли мне кто-нибудь или что-нибудь поможет.

Услышав в трубке Лёвин голос, следователь на секунду опешил, но сразу же сориентировался и, стараясь говорить с хрипотой, как смотритель, ответил:
- Алло, алло...
- Всё, Михаил Макарыч, я выполнил условия договора и передал пацанам всё, что ты хотел, - доложил Лёва.
- Точно? - переспросил следователь.
- Как в аптеке... Ха-ха, не обижайся за намёк, - хохотнул Лёва.
- Перечисли, а то знаю я тебя!
- Обижаешь. Пистолет, джип, миноискатель, экипировка для поисков под землёй. Всё, как ты заказывал, шеф.
- Давно отпустил пацанов?
- Да только что...
- И куда?
- Как куда? К тебе в аптеку! Жди! Так что всё Макарыч, я перед тобой чист....
- А откуда ты звонишь? - продолжал задавать вопросы следователь.
- Как откуда? - удивился Лёва. - Ну и вопросики у тебя. Ничего не понимаю. Из ресторана зво¬ню. Всё, Макарыч, это было последнее наше совместное дело, я выхожу из игры.
- Нет, Лёва, ты уж, пожалуйста, сиди и жди, - приказал следователь.
- Да чего ещё-то ждать? - не понял Лёва.
- Сиди на месте и жди моего звонка. А не послушаешься - грохну, - последняя фраза особенно удалась следователю - не отличишь от смотрителя!
- Ага, конечно, - сказал Лёва.
Следователь закончил разговор и посмотрел на обомлевших от удивления девушек.
- Иногда сыщику приходится работать пародистом, - объяснил он Кате и Маше и направился к двери.
- Вы куда, Григорий Тимофеевич? - поинтересовалась Маша.
- Ловить преступника! - ответил на ходу Буряк.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:25)

0

29

Лёва положил трубку и сказал обиженно:
- Ну что он всё заладил - грохну да грохну. У меня и так нервы ни к чёрту!
Лёва положил на стол чемодан, раскрыл его, полюбовался на аккуратно уложенные пачки денег и задумчиво произнёс:
- Теперь уже точно пора сваливать.
Лёвины приятели подъехали к аптеке, подёргали дверь и обнаружили, что она закрыта.
- Ну, и где Маяк? - спросил один из них. - Свалил, что ли?
- Перетрухал, не дождался... - добавил другой.
Тут из-за двери донёсся голос смотрителя:
- Я сейчас вам покажу Маяка! Сами вы перетрухали! Давайте, открывайте быстрей!
- Слышь, Макарыч, а ты чё, закрылся?
- Идиоты. Как я могу сам закрыться?
- А чё делать-то?
Смотритель стал командовать:
- Так, ребята, слушайте мою команду. Нужно вышибить эту дверь... У вас трос в машине есть?
К двери привязали один конец троса, к машине - другой, смотритель снова оказался на свободе. Едва они отъехали от аптеки, у выломанной двери затормозила машина следователя. Увидев, что дверь взломана, Буряк всё понял. Он огляделся по сторонам и увидел, что неподалёку остановились две патрульные машины. Он подбежал к ним:
- Ребята, ребята! Надо ехать, срочно! - сказал он, показывая удостоверение. - Надо брать преступника! Не получилось взять одного, сейчас быстро возьмём другого, - сам себе сказал следователь.
- Так куда едем-то? - поинтересовался милиционер.
- К ресторану «Эдельвейс»! Быстро!

Проводив Буряка, Катя и Маша снова озаботились судьбой своих любимых:
- И как мы можем им помочь? Алёше и Косте? - спросила Катя.
- Не знаю. Но я подумала, что я, наверное, должна идти в аптеку, - решила Маша.
- Зачем? Туда поехал Григорий Тимофеевич!
- Но я отвечаю за помещение, за имущество.
- Брось. Раз милиция взяла это под свой контроль, можно не беспокоиться. Ты что, Григорию Тимофеевичу не доверяешь?
- Доверяю. Но всё равно не могу сидеть на месте, - призналась Маша. - Не в аптеку, так в больницу надо идти к главврачу. Мне перед ним всё равно нужно отчитаться.
- Давай я тебя провожу. А то мне тоже дома не сидится.
- А может быть, заодно навестишь врачей? Тебе, Катя, нужно провериться. Ведь после выписки ты ни разу не заглянула в своё отделение! Это очень легкомысленно!
- Ох, Маша, что ты меня воспитываешь, - обиделась Катя.
- Разве я говорю что-то не то?
- То. Но немного занудно. Ты уж извини.
Девушки пошли в больницу, Маша - к Павлу Фёдоровичу, Катя - к гинекологу.

Павел Фёдорович посмотрел документы, на которые Маша поставила печати, и похвалил её:
- Да, всё правильно, Машенька, молодец. Судя по перечню лекарств, которые почему-то не были проданы предыдущим владельцем, выбор для нашей больницы здесь вполне приличный.
- И я могу сформировать следующий заказ, чтобы закупить лекарства для всех отделений, - предложила Маша.
- А я и не знал, что вы так быстро начнёте расти, - улыбнулся Павел Фёдорович.
- Я стараюсь, - сказала Маша.
Катя волновалась, всё ли у неё хорошо. Но гинеколог её успокоила:
- Выглядите вы, Буравина, хорошо. Так стремительно идёте на поправку!
- Я не только выгляжу, я и чувствую себя замечательно, - сообщила Катя.
- Даже не верится, что были здесь пациенткой, о которой беспокоился весь персонал. Сразу видно - дом, покой, любящий муж рядом. Так ведь?
- Да, муж вернулся.
- Как вернулся? Он что - куда-то уезжал?
- Да, в командировку.
- Когда успел? Вы же с ним недавно поженились.
- А, так это не тот муж! - беспечно сказала Катя. - Он просто отец ребёнка! А приехал сейчас другой муж - любимый.
И врач, и медсестра изумлённо уставились на Катю. Но она даже не заметила их удивлённых взглядов.
- Ладно, всего хорошего, я пойду! - сказала она и вышла.
- Я знала, что у беременных женщин слегка мутится рассудок, но не до такой же степени! - заметила гинеколог.
- Ага, кому-то по два мужа достаётся, а кому-то шиш, - грустно заметила медсестра.
Катя нашла Машу и поинтересовалась:
- Ну что, ты справилась со своими срочными делами?
- Да, а ты? Что тебе врач сказал?
- Что всё в полном порядке.
- Вот и замечательно.
- Но я так не чувствую. Мне кажется, что я умру с голоду, если в ближайшее время чего-нибудь не съем! - сообщила Катя.
- Боже мой! Ты совсем не думаешь о своём питании! - всплеснула руками Маша.
- Я думаю, но... мне так лень готовить. Может быть, пойдём куда-нибудь в кафе?
- Лучше пойдем со мной. Я тебе приготовлю домашнего, горячего.
- А ты умеешь? - засомневалась Катя.
- Конечно. И очень вкусно. Пойдём к моей бабушке, там всё есть для быстрого супа.
- Хорошо, - кивнула Катя. - И ещё поболтаем.
- Обязательно.
И они направились варить «быстрый суп», беседуя, как давние подруги.

Таисия вышла из старенького автобуса, огляделась и увидела табличку «Лихоборы». Она посмотрела на адрес, записанный на клочке бумаги, и пошла по селу, ища нужный дом. Найдя его, она постучала в калитку, но никто не ответил. Таисия присмотрелась и увидела, что на двери дома висит замок. Она немного растерялась. В это время из соседнего дома вышла соседка.
- Эй, дамочка, вы кого-то искали? - окликнула она Таисию.
- Да, искала! Это улица Первомайская, дом одиннадцать?
- Да, правильно.
- Скажите, здесь живёт гражданка Задерейчук?
- Нет, никакая Задерейчук здесь не живёт, - ответила соседка.
- Но как же... - огорчилась Таисия. - Адрес правильный.
- Да, правильный. И никогда не жила здесь Задерейчук. По крайней мере, последние пятнадцать лет, - рассказала соседка.
- Тогда кто здесь живёт?
- А вы что, не знаете, к кому приехали? Здесь живёт знаменитая целительница Семенова.
- Значит, я что-то перепутала, - Таисия совсем растерялась.
- Ну, бывает.
- Придётся ехать обратно.
- А куда ты теперь поедешь? Ты не местная, автобуса сегодня из деревни уже не будет, - сообщила соседка.
- Даже не знаю, что делать, - Таисия совсем сникла.
- Знаешь что, милая, я тебе предлагаю переночевать у меня. Не бойся, я тебя не съем. И я тебя не боюсь, вижу, что женщина ты нормальная.
- Да неудобно, что вы... - попыталась возразить Таисия.
- Неудобно спать на потолке. Одеяло падает. Но под открытым небом ты же не останешься, верно? - спросила соседка.
- Но пускать чужого человека в дом...
- Это у вас в городе так не принято. А у нас люди хорошие, душевные. Тем более, никаких гостиниц тут тоже нет.
- Даже не знаю, что сказать, - вздохнула Таисия.
- Спасибо скажешь, больше говорить нечего. К Захаровне люди приезжают, в её горнице останавливаются. А когда места не хватает, у меня квартируются. Не стесняйся, дело житейское. Я ж понимаю, что если ты, милая, приехала по этому адресу, то, наверное, больная.
- Да нет, я здорова. Только проблема есть... - призналась Таисия.
- К Захаровне с проблемами все приезжают. Беспроблемные дома сидят.
И Таисия приняла приглашение. С трудом она дозвонилась к Кириллу. Тот чувствовал себя виноватым:
- Таечка, здравствуй! Как ты там одна? Не сердишься, что я не смог с тобой поехать?
- Нет, Кирилл, всё нормально. Меня напоили, накормили, и спать обещают уложить. Только связь здесь плохая, и я не могу до Кати дозвониться. Как она - ты её не навещал?
- Нет, пока времени не было. Я весь в работе.
- Всё с тобой ясно, - вздохнула Таисия.
- Но я обязательно сделаю это в ближайшее время! Просто сейчас я впервые почувствовал себя по-настоящему нужным на своём месте! И это не карьеризм, это совсем другое.
- Желаю тебе удачи! И себе - тоже. Я ведь с этой то ли акушеркой, то ли целительницей ещё не виделась, она куда-то уехала. Так что придётся ждать.
- Милая, не отчаивайся. У нас всё получится, вот увидишь, - подбодрил её Кирилл.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 17:29)

0

30

Смотритель получил всё, что ему было необходи¬мо. Он переоделся и экипировался по полной про¬грамме и в сопровождении Лёвиных приятелей при¬шёл к одному из входов в катакомбы.
- Ну, всё, пацаны, спасибо! - сказал он, проверяя на всякий случай пистолет.
- Может, это самое... возьмёшь нас с собой? Мы с этой жабой Лёвой уже не хотим связываться.
- Нет, парни, пока не возьму, не расстраивайтесь. Вы мне ещё пригодитесь, но позже. Так что тачку держите в условленном месте. А сейчас идите по домам. Я ещё вам деньжат подкину. Но тоже позже. Эта жаба Лёва с вами хоть рассчитался?
- Да, на первое время хватит.
- Ладно, берегите печень, нас ждут великие дела, - смотритель прощально махнул рукой и скрылся в катакомбах.
Он довольно быстро добрался до того места, где недавно побывали Костя и Алёша. Смотритель посмотрел на ржавую стрелу, которая чуть не убила его, и на следы, оставленные братьями.
- Ага, Костя, ты здесь был. А ещё обещал, стервец, что не воспользуешься картой! – пробурчал смотритель.
Он достал из своего нового дорожного рюкзака самодельную мину, завёрнутую в тряпки. Аккуратно развернул, поставил на каменный приступок около стены и стал подсоединять проводки.

Лёва вышел из своего ресторана с чемоданом в руках. Рядом с «Эдельвейсом» сидел юный музыкант и вдохновенно играл на саксофоне. Около него стоял открытый саквояж, в котором сиротливо лежала пара монет. Рядом табличка: «Хочу учиться в консерватории. Зарабатываю на билет». Лёва поравнялся с ним и вдруг увидел милицейскую машину.
- Эй, музыкант! Подержи чемоданчик минут десять! - попросил он и, не дожидаясь ответа, поставил около саксофониста свой чемодан. Парень меланхолично глянул на чемодан, продолжая играть. А вот Лёва повёл себя странно: он побежал, причём очень быстро.
- Стой, стой! Стрелять буду! - закричал выскочивший из машины следователь, преследуя Лёву. К погоне подключились другие милиционеры. Через несколько минут Лёва был уже связан, и его затолкали в машину.
Юный саксофонист продолжал играть, пока машина не уехала. Потом мальчик с грустью посмотрел на монетки в своём саквояже, осторожно потрогал Лёвин чемодан. Написав на обратной стороне своей таблички: «Буду завтра на этом же месте», он забрал свой саквояж и Лёвин чемодан и поплёлся домой.

Братья Самойловы всё ещё были в сталактито¬вой пещере, начинённой боеприпасами. Под ногами у них хлюпала вода, нижний ряд ящиков был залит водой.
- Немедленно возвращаемся! - повторил Костя.
Но только они двинулись к выходу, как огромный сталактит сорвался с потолка и полетел вниз на ящики. Браться замерли, но взрыва не последовало.
- А если бы на голову? - спросил Алёша.
- А если бы взорвалось? - добавил Костя.
Они подошли к пострадавшему ящику.
- Его трудно сдвинуть с места, - сказал Костя.
- А надо? - заволновался Алёша. - Ты сам го¬ворил, что без помощи нам не обойтись.
- А ты говорил, что нельзя уходить, пока мы не совершим подвиг, - с издёвкой напомнил Костя, - нужно обезопасить хотя бы один участок. Смотри - вся эта гроздь висит на волоске...
- ...значит, на волоске висит наша жизнь, - добавил Алёша.
- Не только наша, Алёшка.
- Да что это я разнылся, - стал сам себя подбад¬ривать Алёша. - Давай поднажмём.
Братья взяли ящик с двух сторон и, вопреки ожи¬даниям, очень легко сдвинули его с места.
- Подозрительно лёгкий, - заметил Костя. - На боеприпасы не похоже. Там что-то другое.
Алёшу осенило:
- Костя! Если мы правильно шли по карте, не отклонялись от курса, может быть, в этом ящике то, что мы ищем?
- Ты думаешь, Сомов спрятал клад здесь?
- А почему бы и нет? Весьма остроумное решение.
- Да уж, профессор Сомов был большой шутник, - согласился Костя. - Судя по отзывам очевидцев.
- А если клад, то почему он лёгкий? Что там должно быть в этом кладе?
- Я не знаю. Старинные монеты, оружие анти¬кварное, может быть, золото, - предположил Костя.
- Так давай посмотрим!
- Давай...
Братья попытались открыть ящик. Крышка подда¬лась. Под ней оказались упакованные бумажные свитки.
- Что это? - спросил Алёша. - Может быть, какие-то военные документы?
- Нет, вряд ли. Кто станет хранить документы в ящике из-под боеприпасов! - возразил Костя.
Алёша достал один свиток, сдул с него пыль:
- Может быть, это очень важные документы, смотри, как упакованы! Целый архив документов, судя по всему!
- Давай распечатаем, - предложил Костя.
- Но это не опасно?
- Это - точно нет. Хотя с одним таким бумаж¬ным документом я чуть на тот свет не отправился от страха, - сказал Костя, вспоминая, как он развернул листок, якобы исписанный ядовитыми чернилами.
- А теперь не боишься отравленных чернил? - спросил Алёша.
- Я теперь только чёрта лысого боюсь. Но бумажные рулоны - не бутылка, джин из них не вылетит!
Костя развернул один список. На нём оказались старинные письмена, арабская вязь.
- Ух ты, - воскликнул Алёша. - Видела бы наша мама!
- Так вот мы в кого - охотники за сокровища¬ми, - заметил Костя.
- Думаю, у нас оба родителя - охотники за при¬ключениями.
- Да, дети не могли получиться другими! - со¬гласился Костя. - Сколько же этим бумажкам лет?
- Нет, первый вопрос: откуда они здесь взя¬лись, - уточнил Алёша.
- А я уже догадался, откуда они здесь взялись. Это, Алёшенька, и есть бесценные сокровища Сомова.
- Что? - удивился Алёша. - Ты же говорил - золото, оружие, монеты...
- Я говорил - не знаю! Не знаю! - засмеялся Костя.
- Почему ты смеёшься? Костя! Эти свитки не представляют практической ценности... Это находка для музея.
- Точно! Для музея - это роскошный подарок. Ду¬маю, мама нас похвалит, - продолжал смеяться Костя.
- Не понимаю, почему ты смеёшься. И не пони¬маю, почему смотритель гонялся за этими свитками. Ему-то они зачем?
- А затем, что наш бедный Михаил Макарович Родь вряд ли представлял точно, что здесь спрята¬но. Он знал, что Сомов схоронил в глубине катакомб какие-то ценности. Остальное придумал сам.
Алёша призадумался:
- Придумал сам, верил в это много лет, а потом шёл сюда с упорством маньяка.
Костя нахмурился, вспомнив, как он ходил со смотрителем по катакомбам:
- Ну, положим, он не единственный маньяк к команде бродяг по подземелью.
- Ты имеешь в виду самого Сомова? Странный тип. Раз учёный - надо было не прятать находки, а предъявлять их общественности.
- Я говорю и о себе тоже, - вздохнул Костя. - Золотая лихорадка, брат, это такая болезнь, которой заболеваешь вне зависимости - есть золото или его нет. И я чувствую себя ничем не лучше смотрителя маяка.
- Не наговаривай на себя, - попросил Алёша.
Но Косте хотелось высказаться до конца:
- Брат, дай сказать! Мне необходимо высказаться, понимаешь? Макарыч всю жизнь как Кощей над златом чах, гонялся за мифическими драгоценностями. Он не наслаждался жизнью, той, которая была вокруг. Он как будто всё время готовился к другой, лучшей жизни. И знаешь, что я только сейчас понял? Мы с ним очень похожи. У меня тоже были иллюзии, что я могу быстро разбогатеть. Нашёл клад - раз, и в дамки. Продал антиквариат - и решил все проблемы.
- Ладно, не казни себя. Ты ведь сам говорил, что авантюризм и охота за приключениями - это наше семейное, - попытался пошутить Алёша.
- Только в нашей семье никто так не заигрывался, как я, - грустно заметил Костя.
- Ты на себя наговариваешь.
- Просто ты ещё не знаешь, брат, всех тёмных сторон моего характера. Но, я думаю, пора тебе рассказать о многом.
Алёше хотелось поскорее выбраться из катакомб:
- Извини, Костя, но если ты решил казнить себя, то выбрал не самый лучший момент. Смотри - вокруг всё-таки боеприпасы. Не во всех же ящиках лежат старинные свитки! Иначе это была бы мировая сокровищница пропавших цивилизаций. Всех вместе взятых.
Братья засмеялись, и тут же упал ещё один сталактит.
- Надо выбираться наружу, идти за подмогой, - шёпотом, опасливо поглядывая на сталактиты, сказал Алёша. - Никто наверху не знает, какой здесь склад, и какой здесь клад.
- А мы им откроем глаза и на то, и на другое, - подхватил Костя тоже шёпотом.
Братья упаковали свитки в рюкзак и собрались идти обратно.

Пока братья беседовали, смотритель уверенно двигался по их следу.
- Теперь, Костик, мне и карты не нужно, так ты здорово натоптал! Ну, берегись, Самойлов, если я тебя найду, я тебе такую Агату Кристи устрою! - пригрозил он.

0

31

Костя с Алёшей выбрались через лаз из пещеры и остановились перевести дух.
- Знаешь, Лёшка, мне теперь и стыдно, и смешно, - признался Костя. - Стыдно за все иллюзии, за все дурацкие мечты. И смешно, потому что сейчас они кажутся такими наивными и глупыми.
- Но ты ведь старался для Кати? - спросил Алёша.
- Нет, я старался себя убедить, что я стараюсь для Кати. На самом деле, я был одержим. Идея разбогатеть, утереть всем нос, купить любовь и уважение - вот о чём я думал. Я принял позу обиженного и носился со своей обидой, как дурень с писаной торбой. А с Катей я вообще вёл себя ужасно.
- Но вы же помирились.
- Да, помирились. Но я не могу забыть, что из-за моей грубости Катерина попала в больницу!
Смотритель дошёл до места, которое было недалеко от лаза, и услышал голоса. Он стал прислушиваться.
- Несмотря на то, что мы помирились с Катей, на душе всё равно осадок, - говорил Костя.
- Растворится, не переживай.
- Не уверен. Я вёл себя безобразно, как собственник. Я ещё не был богат, а уже чувствовал себя хозяином жизни, который может вести себя нагло с близкими людьми. Я накричал на Катю и унизил её, предложил избавиться от ребёнка! - у Кости перехватило дыхание.
Алёша внимательно посмотрел на брата и сказал:
- Ты сильно изменился, я в этом уверен.
- Если честно, то был момент, когда я чётко понял, что в жизни есть другие ценности, - признал¬ся Костя.
Смотритель внимательно слушал их беседу.
- Может быть, скажешь, что это был за момент?
- Совсем недавно. Здесь, в катакомбах. Когда упала граната. Я тогда подумал - всё, до свидания! Нет, не так. Подумалось: и это всё? И так обидно стало...
- Брат, я даже не представляю, что тебе довелось пережить!
- Ты ещё не всё обо мне знаешь, - мрачно сказал Костя. - Узнаешь, и передумаешь сочувствовать!
- Хорошо, не буду сочувствовать. А ты расскажешь сам, когда захочешь.
- Уже захотел. Понимаешь, в момент, когда гото¬вишься к смерти, проносится перед глазами... нет, не вся жизнь. Вернее, не та жизнь, которая идёт потоком. А только самые важные моменты. Горькие, противные... Моменты, за которые стыдно. Я теперь понимаю, что такое страшный суд. Это совесть.
Услышав Костины слова о страшном суде, смотритель не выдержал и расхохотался. Дьявольские раскаты смеха заставили братьев вздрогнуть.
- Кто это? - спросил Алёша.
- Смотритель, - узнал Костя.
- Да нет, вряд ли. Насколько я знаю, смотритель на поверхности, - сообщил Алёша.
- Кто сказал?
- Буряк так говорил.
- Тогда кто это? Галлюцинация?
- Нет, братишка. Это не галлюцинация. Это спасатели. Они пришли за нами, ищут нас...
И братья закричали хором:
- Мы здесь! Мы здесь!
Смотритель слушал их и улыбался.

Маша принялась готовить для Кати обед.
- Может быть, тебе помочь? - для приличия спросила Катя.
- Нет, нет, сиди! Я одна быстрее справлюсь.
- Хорошо, Только дай быстренько один кусочек, - попросила Катя. - А то я умру.
- На, не умирай, - протянула ей бутерброд Маша. - Я уже устала тебя спасать!
- Да, бедненькая! Пришлось тебе из-за меня помучиться, - сказала Катя, откусывая кусок побольше.
- Ничего. Только впредь, пожалуйста, береги себя. Следи за тем, чтобы двигаться достаточно, быть на свежем воздухе, питаться полноценно.
- Ты так рассуждаешь, как будто всю жизнь только и делала, что за кем-то ухаживала.
- Так оно и было. Пока я была маленькая, бабушка ухаживала за мной. А потом я подросла и увидела, что бабушка уже пожилая, не очень здоровая. Ну и стала ухаживать за ней. Но потом бабушка воспрянула духом и... вышла замуж за Сан Саныча!
- А вот интересно, почему ты называешь Зинаиду Степановну бабушкой? Она ведь не родная тебе, так?
Маша пожала плечами.
- Конечно, мне как приёмному ребёнку положено было бы называть бабу Зину мамой. Но по возрасту она мне скорее бабушкой приходится. Но это неважно! Всё равно она мне самый близкий и родной человек!
- Маша, ты извини, что я спрашиваю. И не отвечай, если тебе это неприятно. Но... ты знаешь что-нибудь о своих родителях?
Маша грустно покачала головой и налила в тарелку суп.
- Вот, всё готово, - сказала она, пододвигая тарелку к Кате.
- А добавка будет?
- Ты ещё этого не съела.
- Я уже заранее записываюсь, - засмеялась Катя. - Маш, вот ты привыкла о других заботиться. И поэтому ты решила стать врачом?
- Да, наверное. В этом году я уже опоздала к началу учёбы, но на следующий год обязательно буду учиться.
- Но там же надо... - Катя поморщилась, - крыс резать скальпелем.
Маша вздрогнула:
- Катя, фу! Что ты за столом говоришь!
- Вот видишь, вот видишь! Тебе страшно! А каким же ты врачом тогда будешь, если мышек резать боишься?
- Ты уж извини, но это не застольная тема, Катюша.
- Опять я невпопад! Просто, Маша, я пытаюсь отвлечь себя и тебя от мыслей о ребятах.
- Я понимаю. Хотя не получается - всё время думаю о том, как они.
- А ничего не чувствуешь? – поинтересовалась Катя, рассчитывая на Машины способности.
Маша покачала головой:
- Нет, ничего.
- Странный у тебя дар, честное слово, - заметила Катя. - Никакой логике не поддаётся.
Маша вспомнила легенду и сказала:
- Логика есть, к сожалению. И эта логика была ещё тысячу лет назад описана в одной легенде. Только я не понимаю, почему моя судьба так слепо повторяет несчастливую судьбу какой-то древней принцессы?
- Может быть, это самовнушение? - предположила Катя.
- Увы, это судьба.
Катя с удовольствием доела суп.
- Вкусно! - похвалила она. - Всё в тебе хорошо, Маша, и готовишь ты замечательно. Всё, кроме одного.
- Кроме чего?
- Ты фаталистка! Нельзя уповать только на судьбу - якобы заранее судьба распорядилась твоей жизнью. Ерунда! А сама-то ты что?
- Сама я сейчас думаю, как помочь ребятам.
- Так и думай вслух. Я уже не такая голодная, соображать могу. Одна голова хорошо, а вторая - лучше.
Маша засмеялась:
- Почему это вторая лучше? Не вторая лучше, а две лучше!
- Нет, вторая лучше. Потому что первая голова - моя, - объяснила Катя.
А к дому от автобусной остановки уже шли Зинаида и Захаровна. Захаровна оглядывала окрестности и ахала:
- Надо же, как город-то изменился!
- Ты бы ещё через пятьдесят лет приехала! - усмехнулась Зинаида.
- Не говори! Если бы не ты, Зина, я бы никогда не решилась вернуться. Мне кажется, что город, из которого я уехала много лет назад, превратился в призрак. И этот призрак существует только в моих снах. И вот эти улицы, дома, тротуары - это какой-то другой город, незнакомый...
- Ничего, проснёшься! - прервала её Зинаида. - Сходишь на море, к дольменам...
- А к дольменам мне и хочется сходить, и страшно, - призналась Захаровна.
- Почему страшно-то? Они в людном месте, сходишь днём. Памятник, можно сказать, общенародный.
- Поверь мне, как целительнице со стажем. Это не просто памятник. Дольмены, Зина, - это точка силы, как говорят шаманы.
- Ну, пусть точка силы. Что ж плохого? - не поняла Зинаида.
- Дольмены могут, как наградить силой, так и отобрать её, - объяснила Захаровна.
- Вот сходишь и посмотришь, как повернётся, - сказала Зинаида, открывая калитку.
- Зина, а ничего, что ты своего Сан Саныча не предупредила о приезде?
- Ничего. Будет для него сюрприз.
- Но всё-таки как-то неожиданно...
- А если ты на что намекаешь, так это зря. Сан Саныч - исключительно порядочный мужчина.
Захаровна хорошо знала мужчин.
- В таком возрасте, конечно, только порядочность и остаётся, - усмехнулась она.
- Ладно, ты помолчи. И вообще, Саныч всегда таким был. Вот увидишь - он сейчас дома, сидит и ждёт меня, - уверенно сказала Зинаида.
Каково же было её удивление, когда она вошла в дом и увидела Катю и Машу!
- Здравствуйте, Зинаида Степановна! - голосом примерной школьницы поздоровалась Катя.
- Здравствуй, Машенька! - сказала Кате Захаровна. - Какая у тебя внучка вежливая, на вы тебя называет!
Зинаида насторожилась:
- Да, я чувствую, что во время моего отъезда здесь многое изменилось, - заметила она.
- Бабушка, проходи, пожалуйста. Горячий обед готов. И вы проходите... - пригласила всех Маша.
- Антонина Захаровна, - представилась гостья.
- Маша, очень приятно.
- Катя, - тихо сказала Катя, опасливо поглядывая на Зинаиду.
- А, так это ты - Машенька! - поняла Захаровна.
- Да, это внучка моя, Машенька, - подтвердила Зинаида. - А это её... её знакомая.
Маша улыбнулась и поправила:
- Подруга.
- А где Сан Саныч? - строго спросила Зинаида. - Почему его нет дома?
Маша принялась рассказывать:
- Ой, бабушка, здесь столько новостей! Столько важных событий, не знаю, как в двух словах тебе рассказать.
- Да погоди ты про важные события. Я тебя про Саныча спрашиваю.
- Так он же... участник. Можно сказать, центральная фигура этих самых событий.
Зинаида схватилась за сердце:
- Ой, опять полез куда-то?
- Нет-нет-нет. Но он... главная фигура в штабе. Мозговой центр.
- Что ты говоришь, Маша, я не понимаю! В каком штабе? Что за тимуровская команда?
- ...А пока он в штабе, мы с Катей здесь обедаем Катина мама в отъезде, вот Катя и пришла сюда, поесть домашнего.
- Маша, Маша! Ты мне не рассказываешь, а зубы заговариваешь! Сядь-ка, не мельтеши. И давай всё по порядку докладывай. И когда это вы, девушки, сдружиться успели? Что-то раньше я не замечала у вас взаимной симпатии.
- Так общие беды и переживания роднят. Мы с Катей сейчас очень беспокоимся об Алёше и Косте, - объяснила Маша.
- Самойловых? И что опять эти добры молодцы натворили?
- Они решили самостоятельно найти и обезвредить опасного преступника, бывшего смотрителя маяка по фамилии Родь.
- С чего бы это? Вроде взрослые парни, а всё в казаков-разбойников играют, - не одобрила поступок братьев Зинаида.
- Да не играют они, бабушка.  Лёша теперь - сотрудник милиции, он там стажируется. А Костя знает про смотрителя то, чего не знают другие.
Зинаиде всё это не понравилось:
- Да, девоньки, отхватили вы себе женихов... Значит, и Саныч тоже в штабе по этому вопросу заседает?
- Да, бабушка, он помогает смотрителя искать.
- Вот и оставляй вас одних! Вернётся - получит от меня на орехи, - пообещала Зинаида.
- Зря вы так, - вступилась за Сан Саныча Катя. - Он же городу помочь хочет. Понимаете, пока смотритель на свободе, мы все в опасности.
- Слышать больше ничего про вашего смотрителя не хочу! Можно подумать, у меня своих проблем не хватает! Стоило на неделю уехать, как в моём доме уже непонятно кто хозяйничает.
Зинаида бросила недовольный взгляд на Катю.
- Бабуля, Катя пришла по моему приглашению.
- Я хоть и взрослая, а готовить совершенно не умею. Как мама уехала, так и сижу голодная, - при¬зналась Катя.
- А куда она у тебя уехала-то? - заинтересовалась Зинаида.
- Точно не знаю. Сказала, дело у неё важное.
- Как же это мать тебя бросила и даже не сказала, куда уезжает?
- Так я уже большая девочка, опекать меня не нужно. Тем более, что после развода с отцом у неё появилась личная жизнь.
Зинаида внимательно посмотрела на Катю:
- Похоже, в твоей жизни тоже скоро будет много нового. Ты ведь беременна?
- И срок уже недель 11 - 12, верно? - спросила Захаровна.
- Да, а как вы догадались? - удивилась Катя.
- Так у меня взгляд намётанный, - улыбнулась Захаровна. - А муж у тебя, Катенька, есть?
- Есть. Катя вышла замуж за моего бывшего жениха, - ответила за Катю Маша.
- За Лёшку? - изумилась Зинаида. - Час от часу не легче! Раз в жизни уехала из дома, а вы тут натворили делов! Маша, да что же это такое?
- Бабуль, так было нужно. Я потом тебе всё объясню.
Зинаида изумлённо смотрела то на Машу, то на Катю, но девушки были невозмутимы. Вдруг у Кати зазвонил мобильный телефон.
- Мама! Алло, мамочка, здравствуй! Алло, я тебя не слышу! Ну вот, связь оборвалась, - огорчилась Катя.
- А ты ей перезвони, - посоветовала Маша.
- Пробовала. Только бесполезно это. Не знаю, в какую Тмутаракань она уехала, только мобильная связь там работает из рук вон.
Телефон зазвонил снова.
- Мама, наконец-то я тебя слышу! А то всё связь прерывалась. Я уж думала, не случилось ли чего?
- Нет, со мной всё в порядке. А ты как? - спросила Таисия.
- Лучше всех. Сижу в хорошей компании и ем вкусный обед. Только по тебе скучаю. Возвращайся скорее.
- Катюша, возможно, мне придётся задержаться дольше, чем я планировала. Просто человек, который мне нужен, куда-то уехал. Вот дождусь его - и сразу домой.
- Приезжай, я тебя очень жду! Алло, мама! Мама! Опять связь оборвалась. Мама только и успела сказать, что приедет нескоро.
- Неужели так и не рассказала, куда уехала? - спросила Зинаида.
- Нет, молчит, как партизан. Знаю только, что она кого-то разыскивает. А кого и зачем - понятия не имею.
Захаровна всё приглядывалась к девушкам. Наконец, Катя не выдержала и спросила:
- Что-то не так?
- Да вот смотрю я на вас, милые мои, и удивляюсь. Вы же по сути соперницы - одна у другой жениха увела. А раздора никакого между вами нет.
- Я же говорила тебе, что моя Маша - девушка очень необычная, - вздохнула Зинаида.
- Теперь я и сама это вижу. Другая бы на её месте Кате глаза выцарапала, а она ужин ей готовит! Словно лучшая подруга.
- Так Маша для меня и есть лучшая подруга. А муж - он фиктивный, - сообщила Катя.
- Так зачем же ты за него замуж выходила?
- Обстоятельства так сложились. Но теперь, слава Богу, всё утряслось. Я скоро разведусь с Лёшей и выйду замуж за своего любимого. А Маша - за своего.
Захаровна невероятно удивилась:
- Ничего не понимаю. Как можно так просто мужчинами меняться?
Маша не согласилась:
- Почему меняться? Я-то замуж не выходила. Но мы понимаем друг друга ещё и потому, что наши любимые - братья.
- Всё равно удивительно, - сказала Зинаида. - На вашем месте даже родные сёстры перессорились бы. А вы даже не дальние родственницы, а ведёте себя как... шерочка с машерочкой.
- Ну, хватит, бабушка! Какие бы проблемы мы сами себе ни создали, мы сами же с ними и разобрались.
Маша встала из-за стола, Катя - следом за ней.
- Куда это вы собрались на ночь глядя? - поинтересовалась Зинаида.
- Я провожу Катю и вернусь.
- А зачем ей куда-то идти? Дома её никто не ждёт - мать в отъезде, муж за преступником гоняется. Пусть у нас ночует. В твоей комнате вам обеим места хватит.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:05)

0

32

Сан Саныч и Андрей продолжали работать в ка¬бинете следователя. Андрей делал чертёж, а Сан Саныч помогал ему, сверяя его отметки с картой.
- Что-то задерживается наш шеф, - отметил Сан Саныч. - Неужели он так долго с Катериной Буравиной разговаривает?
- Я помню эту девушку. Мы встречались в больничном парке. Характер у неё - ого-го. Наверное, Григорий Тимофеевич пытается её разговорить, да не может, - предположил Андрей.
Сан Саныч с ним не согласился:
- Это вряд ли. Тем более, от Катьки больших сведений не требуется. Так, уточнения. А что у тебя за встреча с Катериной была?
Андрею не хотелось об этом вспоминать:
- Довольно неприятная встреча. Маша тогда ухаживала за мной в больнице. А Катя увидела нас вместе, устроила скандал на пустом месте, в общем, вела себя некрасиво.
- Наверное, ревность. Подумала - ишь какая Машка! И Алёша с ней, и ещё один кавалер, - со знанием дела сказал Сан Саныч.
Андрей рассмеялся:
- Да, да, примерно так она и сказала.
- Если ты не против, Андрей, я хочу задать тебе личный вопрос, - Сан Саныч внимательно посмотрел на Андрея.
- Я открыт, Сан Саныч, и для личных вопросов, и для общественных.
- У тебя к Маше действительно только дружеские чувства? Или что-то есть ещё?
- Признаюсь честно, Сан Саныч, Маша мне действительно нравится.
- Так я и думал, - вздохнул Сан Саныч.
- А я это и не скрываю. Но Алёшка по-человечески мне тоже глубоко симпатичен. Хотел бы я иметь такого друга. Вообще, я считаю, что Маша и Алёша - замечательная пара.
- Это правильно, что ты понимаешь, - одобрил Сан Саныч.
- После того как я с Лёшкой познакомился, я запретил себе мечтать о Маше. Но на расстоянии она мне может нравиться, а? Как... чистейшей прелести чистейший образец!
- На расстоянии - пожалуйста, - разрешил Сан Саныч. - Но Маше и Алёше никакие соперники и соперницы не нужны.
- У них такая крепкая любовь, что мне кажется, соперники им не грозят.
- Не скажи, - покачал головой Сан Саныч. - Настоящее чувство - оно как раз очень уязвимое и хрупкое. Боится любого ветра и шороха.
Андрей вздохнул:
- Может быть.
- Не может быть, а точно. Вот смотри, какая история-то развернулась. Маша считает, что Лёшка должен жить с Катей, потому что они завели ребёночка. Сердце у Лёшки болит о Маше. Да и Кате он уже не нужен, потому что... Катя с Костей тоже любят друг друга, но всё время мучают. Вот и получается: заварили кашу со свадьбой и расхлёбывают. А пока будут расхлёбывать - все исстрадаются.
- Маша с Алёшей должны быть вместе. А свадьба Алёши с Катей была просто недоразумением, - уверенно сказал Андрей.
- Недоразумением с последствиями, - заметил Сан Саныч.
- А разве такой дар, как любовь, даётся просто так? - спросил Андрей. - Обязательно ложка горечи в нагрузку.
- Да, к сожалению. Настоящая любовь – она больно ранит любящих, - с грустью заметил Сан Саныч.
- Но, она, же и исцеляет, - сказал Андрей и задумался о чём-то.
- Ты чего, историк? - поинтересовался спустя какое-то время Саныч.
- Я придумал!
- Что ты придумал, что?
- Название новой своей книги придумал: «Исцеление любовью»!
- Ты что, уже новую историческую книжку задумал? - поинтересовался Сан Саныч.
- Да нет, - улыбнулся Андрей, - скорее, художественную, но о ней потом. Сейчас главное - карта!
Сан Саныч посмотрел на часы:
- Ох, а Гриша-то где?
- Да, у нас почти всё готово, а его нет и нет.
- Я переживаю, как Лёшка с Костей поведут себя, наткнувшись на боеприпасы. Нам ведь в детстве столько рассказывали о фашистской взрывчатке в старой части катакомб... - вспоминал Сан Саныч.
- Что вы перестали верить в эти истории?
- Теперь я понимаю, что это всё - правда. Андрей был уверен в братьях Самойловых:
- Я надеюсь, что ребятам хватит благоразумия. Тем более, не забывайте, Сан Саныч, что мы свою карту только заканчиваем. А сомовская карта у них в руках.
- А ты уверен, что в сомовской карте указано, как избежать опасности? Может быть, наоборот, твой профессор начертил всё так, что самому понятно, а другой возьмёт её - и...
- ...и не так прочитает? - закончил его мысль Андрей. - Не знаю, Сан Саныч. Вот взгляните на карту сейчас. Похоже, я определил, где профессор спрятал сокровища.
- Выходит, что так, - кивнул Сан Саныч.
В это время вернулся долгожданный Буряк.
- Судя по вашим лицам, вы только что сделали открытие, - сказал он.
- Вроде того, Гриша, - подтвердил Сан Саныч.
- Открытие - не открытие, но ниточку, за которую нужно тянуть, нащупали. Теперь мы точно знаем, как вести подземный поиск, - добавил Андрей.
- Отлично. Ознакомите?
- А ты-то где пропадал? Столовка ваша закрылась, мы остались без бутербродов.
- Уж простите, друзья. Сейчас я ребят попрошу, чтобы сбегали в магазин за пирожками. Сам голодный как волк.
- Сначала скажи, где ты, волк, бегал.
- Пока вы делали открытие, я сделал одно закрытие. Закрыл в камере одного преступника. Увы, не главного. Но тоже... важного.
- Это кого, если не секрет?
- Лёву Бланка.
Сан Саныч припомнил:
- Этого жулика ресторанного, да? Который меня на фальшивых покупателей бриллиантов наводил?
- Каких бриллиантов? - не понял Андрей.
- А, как-нибудь потом расскажу, - махнул рукой Сан Саныч. - Это старая история.
- Да, Лёву, - подтвердил следователь. - Но он оказался не просто мелким жуликом. За ним грехов - целый хоровод.
- Значит, взял ты этого жулика из ресторана? Хорошо! А когда будешь допрашивать? Сейчас? - спросил Сан Саныч.
- Сначала вы доложите мне оперативную обстановку, друзья.
- Я вот почему спрашиваю: когда у нас с Андреем будет пауза чаю с пирожками попить?
- Сан Саныч прав, - присоединился голодный Андрей.
- Рассказывайте быстро о своём открытии, и я отпущу вас ненадолго.
- Вот так они, слышал? С добровольцами-то, - вздохнул Сан Саныч.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:07)

0

33

Для Лёвы, который уже сидел в камере, тоже пришёл час принимать пищу. Он подошёл к окошечку и постучал. Заглянул охранник:
- Чего тебе?
- Ты извини, брат, но я не могу есть такую баланду. То, что мне принесли, - вне всякой критики. В кашку надо бросать кусочек сливочного масла обязательно!
- А кусочек красной рыбки на масло тебе не положить? - язвительно поинтересовался охранник.
- Рыбки - нет. Я рыбку не ем давно. Понимаешь, парень, это не каприз. У меня язва двенадцатиперстной кишки. Замени блюдо, а? С чаевыми не поскуплюсь!
- Я тебе не официант! А про язву - так здесь каждый второй. И вообще, скоро Буряк тебя самого в такой бараний рог скрутит! Твоя кишка сразу светом в туннеле покажется.
Лёва всё понял.
- Как ты сказал? - переспросил он. - Надо записать. Надо же, я и не знал, какие умные охранники здесь работают.
Через несколько минут охранник открыл окошко и позвал:
- Эй ты, гурман!
- Чего тебе, философ? - в тон ему отозвался Лёва.
- На допрос собирайся!
Лёва решил выбрать позицию «ничего не знаю, ничего не ведаю». Зайдя в кабинет к следователю, он запричитал:
- Григорий Тимофеевич, я не понимаю, что вам от меня нужно. Я человек маленький, честно веду свой скромный бизнес, налоги исправно плачу. Какие ко мне могут быть претензии?
- А что ж ты тогда побежал, когда нас увидел? - напомнил Буряк.
- Сам не знаю. Видимо, инстинкт самосохранения сработал. Я ж по делам опаздывал, поэтому нервный был.
- А торопился ты случайно не к смотрителю на свиданку? - сурово спросил Буряк.
- Да как вы могли обо мне такое подумать? На кой мне этот Родь сдался?
- Так ты сам рассказал мне о ваших тёмных делишках! - следователь решил раскрыть небольшую тайну. - Помнишь, когда последний раз общался по телефону с Родем... Так это был я! Теперь ты понимаешь, что выдал себя с головой? Или опять отпираться будешь?
Лёва осознал, что он в ловушке, и завопил:
- Товарищ следователь, мне нельзя в тюрьму! У меня жена беременная!
На следователя его вопль не произвёл никакого впечатления, он спокойно спросил:
- А что ж ты об этом раньше не подумал? И потом: наличие детей - минимум двоих - может ос¬вободить только от службы в армии. Но не от уголовной ответственности. Единственное, что тебе ещё может помочь, - это чистосердечное признание.
Лёва вздохнул:
- Ну, что поделаешь, придётся каяться. Что вы хотите от меня услышать?
- Я знаю, что побег смотрителя организовали несколько человек. С одной стороны - внутренней, тюремной - ему помог Марукин. А кто был с другой.
Лёва схватился за фамилию Марукина, как утопающий за соломинку:
- Меня этот Марукин заставил - насильно! Я не хотел, отказывался, но вы, же лучше меня знаете, какой властью обладают люди в форме!
- Похоже, к признанию ты ещё не готов, пытаешься выгородиться, - определил следователь. - Что ж, придётся устроить вам с Марукиным очную ставку. Тогда и докопаемся до истины.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:09)

0

34

Пока следователь беседовал с Лёвой, Андрей и Сан Саныч поехали на маяк.
- Мне сразу к маяку рулить или мы ещё куда заедем? - спросил водитель.
- К маяку, - решил Сан Саныч. - Домой заезжать не буду. Зинаида ещё не вернулась, так что никто меня не ждёт. К тому же у нас каждая минута на счету.
Андрей понимал, что Санычу не терпится:
- Что, хочется на передовую? Поближе к боевым действиям?
- Конечно. Гриша правильно придумал - перенести штаб операции на маяк. К катакомбам близко, и всю оперативную информацию мы будем получать без задержек.
- Сан Саныч, вы сейчас на мальчишку похожи.
- А я до сих пор в душе пацан, - признался Саныч. - И честно говоря, очень этому рад!
Они довольно быстро добрались до маяка, и пришли в каморку смотрителя, где расположился штаб.
- Здравствуйте, товарищи! Следователь Буряк отправил нас вам на подмогу, - сообщил Сан Саныч.
- А сам Григорий Тимофеевич где? – спросил один из сапёров.
- Он допрашивает сообщника смотрителя. Надеется получить новую информацию. А вам велел ознакомиться с картой катакомб, которую мы составили, - Сан Саныч развернул перед сапёрами карту: - Здесь помечены все ловушки, которые мог расставить Сомов. Как только мы всё обсудим, вы должны сразу же спуститься в подземелье.
Сапёры сели разбираться с картой.
- Ну что ж, всё более или менее понятно. Осталось узнать, насколько правильно она составлена, - заметил руководитель группы.
- Так вы что, не доверяете нашему аналитическому исследованию? - обиделся Сан Саныч.
- Как говорится, доверяй - но проверяй. Слишком многим мы рискуем, если допустим какую-то ошибку. Так что для начала сделаем пробный заход в катакомбы и на месте проверим, соответствует ли карта реальному положению вещей.
- Проверяйте, только быстрее. Времени у нас в обрез. Справитесь сами? А то я могу помочь, - предложил Сан Саныч.
- Спасибо, отец. Но мы сами.
И сапёры спустились в катакомбы. Сан Саныч сказал им вслед:
- Вот значит как! Нас, авторов этой карты и потенциальных спасителей всего города, даже не позвали в катакомбы!
- Мы - мозговой центр, поэтому нас и берегут, - объяснил Андрей.
- Так-то оно так. Только не привык я в кустах отсиживаться. По мне - чем круче волна, тем интереснее, - Сан Саныч обошёл каморку смотрителя: - Давненько я здесь не был. Пацанами, помнится, мы на маяк частенько забегали. Тогдашний смотритель был замечательным дядькой и иногда разрешал нам зажигать маяк.
- Хотите, я вам тоже разрешу? – улыбнулся Андрей.
- Э, нет, парень! Время ушло, - тут Сан Саныч увидел куколки-обереги. - Так это ж Машин оберег! Она его своими руками сделала!
- Да, - подтвердил Андрей. - А вот этот - Лёшин. Видите, как похожи? Маша и Лёша отдали мне свои обереги на время. Эти фигурки - символы их любви. Поскольку ребята сейчас не могут быть вместе, нужно, чтобы эти талисманы кто-то охранял.
- Получается, они назначили тебя хранителем своей любви? - понял Сан Саныч.
- Так оно и есть.
Тут в каморку зашёл следователь и спросил с порога:
- Ну, как тут у вас? Группа спасателей и сапёров уже в катакомбах?
- Да уж полчаса как ушли. А нас с собой не взяли. А ведь я катакомбы как свои пять пальцев знаю! - с обидой в голосе заметил Сан Саныч.
- Я в курсе. Но твоя предыдущая попытка поймать смотрителя в этих лабиринтах чуть не закончилась трагедией, - напомнил следователь.
- Да брось ты! Мишка мне всего лишь ногу прострелил. Так она уже зажила.
Но Буряк был настороже:
- В прошлый раз - ногу, в этот - не дай Бог, голову. А если с тобой что-то случится, я себе этого никогда не прощу.
- Ты-то ладно. А вот Зинаида точно нас обоих живьём съест! - вздохнул Сан Саныч.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:11)

0

35

- Мы здесь! - ещё раз прокричал Алёша, думая, что их ищут спасатели.
- И я здесь! Неожиданно, правда? - ответил ему смотритель.
- Макарыч, это ты? - осторожно спросил Костя.
- Ну, а кто же ещё? Конечно, я. Здравствуй, обманщик!
- Почему это я обманщик? - спросил Костя, он тронул Алёшу за руку, и они быстро пролезли обратно в пещеру.
- Потому что обещания своего не выполнил. Говорил, что не будешь пользоваться моей картой в корыстных целях. А что в итоге? Я застаю тебя рядом с моим богатством, а наверху, явно по твоей наводке, меня караулят две дивизии ментов, - возмущался смотритель.
- Макарыч, я обещал тебе, что не возьму твоего, добра и сдержу слово. Тем более, что здесь нет никаких богатств - в твоём понимании этого слова.
- Как это нет? - не поверил смотритель. - Кто же, интересно, спёр мой клад?
- Никто. Как лежал, так и лежит, - успокоил его Костя. - Только это не золото и не драгоценности. В этой пещере мы нашли только древние свитки.
После этого сообщения Костя прошептал Алёше на ухо:
- Лёха, сдаётся мне, что смотритель не выпустит нас. Вот увидишь - он сейчас рассвирепеет. Так что нам нужно искать другой выход.
Алёша кивнул.
- Что вы там нашли? Древние... чего? - спросил смотритель.
- Свитки. Ну, манускрипты, папирусы, рукописи. В общем, старинные документы, которые отыскал профессор Сомов.
- Но он мне говорил, что его находки стоят безумных денег! Неужели обманул, паскуда? – зло спросил смотритель.
- Правду сказал. Если бумаги продать знающим людям, можно получить крупную сумму. Только, где ты этих ценителей искать будешь? - поинтересовался Костя.
- Вот это уже не твоё дело. А золото лучше искать надо. Значит так: или вы отдаёте мне карту и эти самые... свитки, и я отпускаю вас на все четыре стороны. Или не отдаёте и остаётесь здесь навсегда!
Тут Алёша не выдержал:
- Что значит, мы останемся здесь навсегда? Да вы просто не понимаете, что говорите! Нас, между прочим, здесь двое, а вы - один. Мы с братом запросто можем применить силу, но я хочу уладить дело по-хорошему. Между прочим, я работаю в милиции и предлагаю вам добровольно сдаться. Иначе я вас арестую, и будет только хуже!
Смотритель только рассмеялся:
- Арестует он меня! Я, знаешь ли, как Колобок - и с маяка ушёл, и от Буряка ушёл, и от тебя уйду. А то, что ты на брата так надеешься, - это зря. Просто ты много про него не знаешь. Хочешь, я расскажу?
Костя напрягся, понимая, что смотритель хочет рассказать о его покушениях на Алёшу.
- Макарыч, не надо, - попросил он.
- Почему нет? Я может, исповедаться хочу. Говорят, исповедь перед смертью облегчает душу. Но могу и промолчать, мне нетрудно. Только в одном случае - если ты вернёшь мне карту. Неужели ты сможешь отказать старику в такой малости? Ты же обещал мне помогать! - напомнил смотритель.
- Это было давно. И теперь я больше не с тобой. Я с братом. И карты тебе не видать, как собственных ушей.
- Ну что ж, не хотелось мне расстраивать твоего горячо любимого Лёшу. Но придётся, - притворно вздохнул смотритель.
- Не надо! - оборвал его Костя. - Я сам ему всё расскажу. Брат, я давно хотел рассказать тебе об этом, но всё не решался. А теперь настал час истины. Знай, что я покушался на твою жизнь. И не один раз.
Косте было трудно говорить, но он рассказал и о том, как подложил ампулу в машину, на которой Алёша ехал на свадьбу, и о том, как писал смотрителю расписку в том, что заплатит за похищение своего брата.
- Ну, надо же, как разговорился! - прервал его исповедь смотритель. - Просто соловьём заливается. Что, решил перед смертью душу от всех грехов облегчить?

Буравин привёл Самойлова в клинику, усадил его в приёмном покое и обратился к дежурному врачу:
- У меня есть рекомендательное письмо к профессору Миловидову. Пожалуйста, передайте его. Это очень срочно.
Врач посмотрел на надпись на конверте и воскликнул:
- Надо же! Письмо подписал сам Павел Фёдорович Раковский! Думаю, это вам, действительно, поможет. Я отдам письмо профессору.
Врач ушёл, а Буравин сел рядом с Самойловым.
- Виктор, скажи честно, зачем тебе всё это нужно? - раздражённо спросил Самойлов. - Ну что ты носишься со мной, как курица с яйцом?
- А ты почему всё время ноешь и капризничаешь, как кисейная барышня? Мы с тобой вроде мореходку заканчивали, а не институт благородных девиц. И оба должны уметь стойко переносить трудности.
Вернулся врач и сообщил:
- Я передал ваше рекомендательное письмо профессору Миловидову. Он сказал, что примет вас вне очереди.
Буравин обрадовался:
- Вот видишь! - сказал он Самойлову. – Всё будет хорошо!
- Вам необходимо немедленно пройти в палату, - попросил врач. - Вас обследуют и возьмут все необходимые анализы.
- А когда операция? - с опаской спросил Самойлов. - Завтра?
- Об этом профессор вам расскажет сам.
Буравин и Самойлов зашли в палату, присели на кровать и стали ждать. Ожидание затянулась.
- Что ж так долго? - нервничал Самойлов. - Говорили - немедленно пройдите в палату. А теперь словно сквозь землю провалились.
- Ничего, скоро уже придут. Я тебя передам им с рук на руки, а сам пойду в гостиницу устраиваться.
Но Самойлов вдруг неожиданно попросил:
- Витя, пожалуйста, не оставляй меня одного!
- Ты что, трусишь? Вот это да! - ахнул Буравин. - В огне сгореть не боялся, а теперь, как маленький, укольчика боишься?
- Ты же понимаешь, что одним уколом дело не обойдётся, - хмуро заметил Самойлов.
- Понимаю. Но советую всё-таки довериться профессору. Он лучший офтальмолог в нашем регионе.
- Да как я могу довериться тому, кого в глаза не видел! И возможно, никогда не увижу.
Но тут дверь открылась, и зашёл профессор. Буравин встал:
- А вот и профессор. Ну, я пойду, не буду мешать. Держись, Боря! - он похлопал Самойлова по плечу и вышел.
Буравин просидел под дверью палаты довольно долго. Когда из неё, наконец, вышла медсестра, он поднялся и спросил:
- Ну что? Каков вердикт профессора?
- Леонид Витальевич сказал, что необходима срочная операция.
- Что, дело совсем безнадёжно? - упавшим голосом спросил Буравин.
- Шансы спасти глазной нерв есть, хоть и небольшие. Но даже если операция пройдёт удачно, первое время после неё пациент всё равно будет незрячим.
- Первое время - это сколько? - уточнил Буравин.
- Как минимум год.
Буравин вздохнул: информация была удручающая. Он решил позвонить Полине:
- Поля, это я! У нас всё нормально - профессор принял Бориса.
- Как хорошо! А какое-то заключение уже есть?
- Да. Боре назначена срочная операция. Так что скоро мы оба вернёмся домой. Я дождусь, пока он оклемается, и привезу его. А у тебя как дела?
- Не очень. Костя с Лёшкой куда-то пропали, никого из них найти не могу, - пожаловалась Полина.
- Да они взрослые парни, ничего с ними не случится.
- Но ты не представляешь, что творится в городе! Кругом милиция, и слухи ужасные ходят.
- Если ребята вместе, беспокоиться не стоит. Братья - это сила, вдвоём они горы свернут! - уверенно заявил Буравин.
Полина не разделяла его оптимизма.
- Только бы шеи себе не свернули, - сказала она.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:16)

0

36

Когда девушки ушли наверх в Машину комнату, Захаровна сказала Зинаиде:
- А симпатичная у тебя внучка!
- Ещё бы! Только как ты её с Катькой могла перепутать? Я же тебе фотографии показывала!
- У меня, Зина, нет памяти на лица, - призналась Захаровна. - С этим ничего не поделаешь!
- А как же твоя знаменитая интуиция? Про беременность Катину сразу догадалась. А Катю с Машей перепутала.
- Ты божий дар с яичницей не путай! - защищалась Захаровна. - Беременность я как профессионал распознала. Тут у меня глаз намётан.
- Всё понятно, - вздохнула Зинаида. - Похоже, в поисках Машиной мамы ты мне не помощница. Последний раз ты её видела 22 года назад, лица не помнишь, имени не знаешь. Видимо, из нашей затеи ничего не выйдет.
- Ну почему же? Кое-что я всё-таки помню, - неуверенно сказала Захаровна.
- А что помнишь?
- Не скажу, пока ты свои слова назад не возьмёшь.
- Какие ещё слова? - не поняла Зинаида.
- Да ты ж меня только что в маразме обвинила! Думаешь, мне не обидно? И вообще - если у меня на лица память плохая, это ещё ничего не значит.
- Ну ладно, прости меня, Тоня. Погорячилась я. А теперь говори, что нового ты вспомнила.
Захаровна приняла важный вид и многозначительно посмотрела на Зинаиду. Потом на её лице появилось растерянное выражение.
- Не могу, - всхлипнула она. - Забыла!
Девушки наверху в Машиной комнате готовились ко сну.
- А давай к возвращению Лёшки и Кости тортик какой-нибудь испечём? - предложила Катя.
- Давай! - согласилась Маша.
- Только руководить будешь ты. Я же никогда в жизни ничего не пекла. А научиться хочется, чтобы любимого мужа сладеньким баловать.
- Научишься обязательно! Мы с тобой такой торт испечём, что мальчишки пальчики оближут! - но тут Маша осеклась и замолчала.
- Что с тобой?
- Не со мной. Мне кажется, с ребятами случилось что-то плохое, - Маша прислушивалась к своим ощущениям.
- Они живы? - шёпотом спросила Катя.
- Да. Но попали в какую-то ловушку и никак не могут найти из неё выход. Что же делать-то? - Маша стала нервно ходить по комнате.
- Подожди, подожди, не мельтеши, - попросила её Катя. - Сядь, сосредоточься и попытайся увидеть, где они сейчас.
- Не знаю, получится ли. Мне это давно не удавалось.
- Потому что ты в себе разуверилась. А вот я в тебя верю! Это я раньше думала, что все твои видения - ерунда. А теперь убеждена – всё, правда! Ты что-нибудь видишь?
- Да, только смутно - как сквозь дымку. Вижу лаз, рядом с которым сейчас Костя и Лёша.
- Какой лаз? Где он находится?
- Это такой узкий проход в катакомбах. В их дальней стороне, в пещере. И опасность угрожает ребятам с обеих сторон этой пещеры! Я очень хорошо запомнила, как выглядит этот лаз. А значит, смогу его найти. - Маша вдруг встала с кровати.
- Ты что, собралась искать его прямо сейчас? Ночью? - ужаснулась Катя. - Там же темно!
- А в катакомбах всегда темно - и ночью, и днём. Так что ждать нечего - нужно идти.
- Куда идти-то? Лаз ты увидела, а дорогу к нему как найдёшь?
- Стоит мне оказаться в катакомбах, я сразу пойму, куда идти, - неуверенно ответила Маша.
- А если нет? Что ты будешь там делать одна? Давай-ка лучше подождём до утра. Ты поспишь, наберёшься сил, а завтра попытаешься увидеть, где именно находятся ребята.
- Но я всё равно не усну.
- Я тоже. Но давай хотя бы попробуем.
И они улеглись, отложив решение всех проблем на утро.

Группа сапёров вернулась из катакомб в каморку смотрителя.
- Ну и как успехи? - спросил следователь.
- Да никак! Эти катакомбы - такая засада! Мы даже с картой не смогли в них сориентироваться.
Следователь посмотрел на Сан Саныча.
- Ну что, Гриша! Похоже, без моей помощи вам всё-таки не обойтись, - обрадовался тот.
- Твоя взяла, Саныч. Пойдёшь ты в свои любимые катакомбы. Только не сегодня. Операция предстоит трудная, поэтому тебе нужно хорошенько выдаться и отдохнуть.
- Гриша, зачем тянуть? Я себя прекрасно чувствую. А уснуть всё равно не смогу.
- А ты снотворного выпей, - посоветовал следователь. - И не спорь - это приказ. Так что отправляйся домой и Андрея с собой захвати. А то его жилплощадь занята, ему спать негде.
- Да я не собирался, - начал Андрей, но следователь показал ему кулак и кивнул на Сан Саныча мол, ему же надо отдохнуть, и Андрей изменил окончание фразы, - а теперь чувствую - в сон меня начало клонить просто со страшной силой. Так что будьте добры, Сан Саныч, уложите меня где-нибудь.
Сан Саныч с подозрением посмотрел на следователя, но согласился:
- Пойдём, соня. А ещё говорят, что молодые крепче стариков. Мне хоть бы хны, а его уже сморило.
Сан Саныч и Андрей пошли к выходу и в дверях столкнулись с Кириллом Леонидовичем.
- Ну, - сказал он, - рассказывайте, что у вас нового.
- Готовимся к походу в катакомбы, - доложил следователь. - Составили подробную карту с описанием всех лабиринтов и возможным расположением мин-ловушек.
- Мы уже пробовали спускаться в подземелье, но, к сожалению, не смогли уйти далеко, - добавил руководитель группы сапёров.
- Потому что нужно не только уметь читать карту, но и более-менее ориентироваться в катакомбах, - заметил Сан Саныч.
- А мы этого не можем? - поинтересовался Кирилл Леонидович.
- Можем! Я эти лабиринты отлично знаю. Только не пускают меня туда, - хитро прищурясь, сказал Сан Саныч.
- Ну что ты говоришь! - возмутился следователь. - Я же тебе сказал - пойдёшь завтра утром. А сегодня тебе нужно выспаться. Я вижу, что ты устал.
Саныч сдался:
- Ладно, Гриша. Я вижу, с тобой спорить бесполезно.
Сан Саныч и Андрей ушли, а Кирилл поделился плохими новостями.
- Григорий, мне доложили, что в городе всё-таки началась паника. Хоть мы и опровергли ту скоропалительную информацию о взрыве, народ не успокаивается.
Буряк задумался:
- И что нам теперь делать? Объявить чрезвычайное положение, ввести комендантский час?
- Нет, гасить панику нужно теми же методами, какими она была посеяна.
- Понятно. Хоть я и зол на всех журналистов, но без их поддержки нам не обойтись, - согласился следователь. - Завтра с утра вызову Комиссарову, она популярный журналист и, насколько я понимаю, порядочный человек. Она нам поможет.

Отредактировано juliana8604 (09.06.2019 19:20)

0

37

Кирилл Леонидович уже уехал, когда в каморку смотрителя ворвалась Полина.
Следователь опешил:
- Полина Константиновна, что вы здесь делаете?
- А вы что? - пошла в атаку Полина. - Почему не дома, не в кабинете, а на маяке сидите? И что вообще происходит в городе?
- А с чего вы взяли, что происходит что-то особенное?
- Потому что я слушаю радио и общаюсь с людьми.
- К сожалению, на радио работает много нечистоплотных журналистов. Они ради сенсации маму родную продадут. А люди имеют свойство верить досужим вымыслам.
Полина взволнованно ходила по каморке:
- Но я никогда в жизни не видела столько милиционеров на улицах! А к маяку вообще прорваться нельзя - тройное оцепление стоит.
- А как же вы сюда попали? – поинтересовался следователь.
- А вы думаете, мать, спасающую своего сына, что-то может остановить? Где Лёша?
Буряк счёл нужным выдать часть информации:
- Да всё с ним нормально. Парень получил впервые в жизни важное задание, вот и усердствует. Работает дни и ночи напролёт. А Костя вызвался ему помогать.
- Это опасно? - спросила Полина.
- Ну что вы! Нет, конечно. Но зато есть возможность проявить себя.
- Я хочу знать, что это за задание.
- А вот этого я вам сказать не могу. Задание сек¬ретное, и в интересах следствия вся информация по нему закрыта, - следователь склонился над бумагами, давая понять, что разговор закончен.

Сан Саныч, придя домой, увидел Зинаиду и очень ей обрадовался.
- Зиночка, ты вернулась! - бросился он к ней.
- Я тоже рада тебя видеть. Только спать ты сегодня будешь на чердаке, - грозно сказала Зинаида.
- И чем же я так перед тобой провинился? С чего вдруг ты решила меня «до холостого» в звании понизить?
- Потому что ведёшь себя как… холостяк. Если не сказать похуже чего.
- Зина, не выражайся. Мы всё-таки не одни, у нас гость, - Сан Саныч кивнул на стоящего за его спиной Андрея.
- Здравствуйте, - сказал Андрей.
Тут в кухню вошла Захаровна, которая слышала весь разговор.
- А Зина говорила, что дом у неё тихий и спокойный. А я смотрю - тут у вас настоящий постоялый двор.
- Антонина Захаровна, и вы здесь? Никак в гости к нам приехали? - удивился Сан Саныч.
- Ага. А ещё у нас Катя Буравина сегодня ночует. Так что пора нам, Саныч, плату за ночлег брать, - сообщила Зинаида.
- Только сначала нужно придумать, где гостей разместить, - Сан Саныч понял, почему его отправляют на чердак.

0

38

Смотритель расположился у выхода из пещеры явно надолго, так что Костя и Алёша решили поспать, прикорнув на ящиках со снарядами. Поняв, что братья отдыхают, смотритель тоже немного поспал. Но как только он услышал в пещере шевеление, тут же проснулся и сказал:
- Доброе утро, братцы-кролики. Как спалось?
- Замечательно, - ответил Костя.
- Ну что, надумали совершить взаимовыгодный обмен? Вы мне - карту катакомб, я вам – ваши жизни.
- И не надейся, - твёрдо сказал Костя.
- Ну-ну. Посмотрим, что вы через пару дней запоёте. Я-то сюда подготовленный пришёл, а вы наверняка без харчей сунулись, - смотритель достал из сумки хлеб и колбасу. - Животы-то ещё не подвело? Если что - обращайтесь. С удовольствием обменяю колбасу на карту.
В разговор включился Алёша:
- Никакого обмена не будет, - сказал он.
- Какие мы смелые! Хотите пасть смертью храбрых или надеетесь, что кто-то на подмогу придёт? Зря! В этой части катакомб никто и никогда не был. Кроме вас, меня и профессора Сомова. Так что вас в жизни не найдут. А выход из этой пещеры один. И возле него сижу я. Поняли мою мысль неглубокую? - смотритель смачно чавкал, жуя бутерброд.
- Макарыч, есть такая поговорка: когда я ем, я глух и нем. Жуй свою колбасу и не болтай, а то поперхнёшься, - посоветовал Костя.
- Ну что, продолжим? - шёпотом спросил его Алёша. И братья стали тихо оттаскивать ящики от тех мест, где над ними нависли сталактиты.
- И как только эти боеприпасы раньше не взорвались? - удивлялся Костя. - Прямо над ними сталактиты нависли. Одно точное попадание обломившейся сосульки - и всё, привет. Тяжёлые, какие эти ящики! У меня уже все руки в мозолях.
- Ничего, немного осталось, - подбодрил брата Алёша. - Перетащим последние пять ящиков подальше, и можно считать, что мы спасли город.
- Боюсь только, о наших заслугах никто и никогда не узнает. Макарыч прав - если не знать, где находится эта пещера, ни за что её не найти. Так что на помощь нам надеяться не стоит, - грустно заметил Костя.
- А знаешь, как в одной книге было написано. «Я подумаю об этом завтра».
- «Унесённые ветром». Девиз главной героини.
- Вот-вот. Так давай и мы - сначала подумаем о городе, а потом уже о себе.
Смотритель прислушался, насторожился и перестал жевать бутерброд:
- Эй, Самойловы, чего вы там расшуршались?
- А мы подкоп роем. В обход тебя решили на поверхность выбраться, - сообщил Костя.
- Ну-ну. Если и получится, то не раньше, чем через месяц. А к этому времени вы уже копыта отбросите от голода, - заржал смотритель и продолжил трапезу.

0

39

Утро для Маши началось с неожиданности. Она вышла на кухню и увидела, что там хозяйничает Андрей. Он со знанием дела заваривал чай под умилительными взглядами Захаровны и Зинаиды.
- Андрей? Что ты здесь делаешь? – спросила Маша.
- Чай завариваю, - просто ответил Андрей.
- И ты знаешь, это у него очень интересно получается, - продолжая наблюдать, сказала Зинаида. - Вот уж не думала, что с таким простым напитком можно так долго возиться.
Андрей оторвал взгляд от чайника и посмотрел на Зинаиду:
- Можно ещё дольше. В мире существует несколько сотен способов заваривания чая: японский, монгольский, турецкий, иранский - перечислять можно долго. И я их все знаю.
- А каким способом вы сейчас завариваете? - поинтересовалась Захаровна.
- Самым древним - китайским. Именно Китай считают родиной чая.
Маша присела к столу:
- Андрей, а ты давно пришёл?
- Да вечером ещё. И вот всю ночь нас чаем поит да байки свои рассказывает, - сообщила Зинаида.
- А почему вы меня раньше не позвали? – обиделась Маша.
- А зачем? - спросила Зинаида. - Нам и так хорошо было. К тому же не всё тебе нас удивлять! Настал и наш черёд.
В это время с чердака спустился Сан Саныч.
- Какой оказывается у нас с тобой, Зина, дом вместительный! - радостно сказал он. - Шестерых человек на ночёвку устроить смогли.
- Так Андрей на чердаке ночевал? - спросила Маша.
- Да. У него на маяке сейчас развернулся штаб действий - практически военных. Андрею негде было спать, вот я и приютил его на чердаке, - подтвердил Сан Саныч.
Зинаида его остановила:
- Ладно, хватит хвастаться боевыми заслугами. Садись, чайку с нами попей.
Но Сан Саныч отказался:
- Извини, не до того. Нам с Андреем нужно срочно идти обратно на маяк.
Зинаида насторожилась:
- Это ещё зачем?
Маша подскочила и кинулась к Сан Санычу:
- Саныч, возьмите меня с собой! Мне тоже нужно на маяк.
В этот момент из Машиной комнаты вышла Катя и добавила:
- И мне нужно. Мы вместе с вами пойдём.
Зинаида всплеснула руками:
- Совсем с ума посходили! Что вы на этом маяке делать-то будете?
- Дело у нас, Зина, серьёзное и не терпящее отлагательства, - объяснил Сан Саныч. - Девочкам там действительно делать нечего, а вот без нас с Андреем не обойдутся.
- Но я знаю, где нужно искать Алёшу! - сказала Маша.
- Искать? - удивилась Зинаида. - Он что, пропал?
- Если знаешь, расскажи, - попросил Сан Саныч Машу. - Мы его и отыщем.
- Понимаете, на словах это не объяснишь. Когда я закрываю глаза, то вижу, что Алёша находится в какой-то пещере в катакомбах. Но как туда пройти, не могу понять.
- Ну и какой из тебя в таком случае помощник? - не понимал Сан Саныч.
- Я надеюсь, что когда окажусь поближе к нему, смогу почувствовать и увидеть больше.
Зинаида слушала их беседу, не скрывая неудовольствия:
- Так значит, вы все собрались в катакомбы. Очень интересно. А пойдём-ка, Саныч, на чердак. Кое-что обсудить нужно.
- Так я оттуда только что спустился! Давай здесь поговорим, зачем ходить туда-сюда? - не понял Зинаиду Сан Саныч.
- Пойдём! - твёрдо сказала Зинаида и вышла из кухни.
Сан Санычу ничего не оставалось делать, как пойти за ней.
Захаровна посмотрела на сонную Катю и сказала:
- Катюша, а ты что в дверях стоишь? Садись завтракать. Тебе сейчас нужно хорошо питаться. У Зинаиды с Саней до-о-олгий разговор будет.
Катя охотно села завтракать. А Андрей наклонил к Маше и, опасливо косясь в сторону Кати, тихо сказал:
- Маша, мне нужно рассказать тебе одну важную вещь.
- Говори, не стесняйся. У меня от Кати секретов нет.
- Извини, не могу. Этот разговор действительно очень личный. Дело в том, что я расшифровал легенду о Марметиль до конца.
Маша кивнула, и они вышли на крыльцо.
А Захаровна стала нахваливать Катю:
- Молодец, девонька! Любо-дорого смотреть, как ты кушаешь!
- Я обычно мало ем, но из-за беременности у меня аппетит разыгрался, - призналась Катя.
- Вот и замечательно. Может, хоть чуть-чуть поправишься. А то такая худенькая - смотреть страшно. А чтобы малыша выносить и родить, сил много требуется.

0

40

Поднявшись на чердак, Зинаида стала отчитывать Сан Саныча:
- Саня, а тебе не кажется, что в твоём возрасте уже поздновато играть в казаков-разбойников? Зачем ты опять в катакомбы собрался?
- Зин, да ты не так поняла. Я в сами катакомбы не пойду. Я там нужен как человек, лучше всех знающий подземный лабиринт. Буду спокойно сидеть на маяке и оттуда руководить операцией.
Но Зинаида слишком хорошо его знала:
- Ну, кого ты обмануть хочешь? У тебя же на лице написано: «в катакомбы, в катакомбы!». Неужели забыл, чем для тебя последняя вылазка закончилась?
- Да помню я, помню, - досадливо кивнул Сан Саныч.
- Так может, тебе понравилось с простреленной ногой валяться? Хочешь снова себя героем почувствовать? А я чтобы вокруг тебе поплясала?
- Да не полезу я ни в какое подземелье - честное слово! - поклялся Сан Саныч.
- Не верю я тебе, Саня.
- Потому что ты себя уже накрутила и всяких ужасов для меня напридумывала. А на самом деле - задание это пустячное. И ничего со мной там не случится.
- Поклянись мне самым дорогим, что не обманешь.
Сан Саныч вздохнул и сказал:
- Клянусь девятым валом.
- Ну, разве можно с этим человеком о чём-то серьёзном разговаривать? - возмутилась Зинаида.

Выйдя на крыльцо, Маша честно призналась Андрею:
- Я не уверена, что хочу знать, чем заканчивается легенда про Марметиль. Будет лучше, если я побыстрее забуду об этой принцессе.
- Машенька, от судьбы не уйти. Как бы ты ни старалась. У Марметиль тоже было искушение отказаться от своего предначертания. Она пошла своим путём и, полюбив принца Тилава, нарушила волю Богов. За что они её и наказали, превратив в камень.
Маша вздохнула:
- Это я уже знаю.
- А теперь слушай продолжение. Со временем вокруг этого камня стали собираться влюблённые. Они приносили цветы и говорили, что любовь принцессы и принца вечно будет жить в их сердцах. Боги сжалились. Они решили: пусть Марметиль получит назад и своего возлюбленного, и возможность родить от него ребёнка. Но только потом - в следующем воплощении, в другой жизни.
- Это... правда? - робко спросила Маша.
- Да. И ребёнок Марметиль будет необыкновенным. Ему суждено спасти мир.
Маша задумалась:
- Даже не знаю, радоваться мне такому предначертанию или огорчаться. Сейчас для меня гораздо важнее другое: я должна найти своего любимого. Немедленно!

Самойлов лежал в своей палате. Глаза у него были закрыты бинтами, и он по-прежнему не мог видеть.
- Ну, как чувствует себя больной после операции? - спросил, заходя в палату, Буравин. - Я слышал, всё прошло успешно.
- Не знаю, мне не видно, - попытался пошутить Самойлов.
- Профессор доволен результатами операции, - сказала Буравину медсестра. - Лечебный эффект хороший, самочувствие пациента нормальное, осложнений никаких нет.
- Боря, я очень за тебя рад. Да я и не сомневался, что всё получится.
Самойлов грустно улыбнулся:
- Это ещё вопрос - получилось или нет. Зрение у меня ещё не восстановилось.
- Похоже, ты продолжаешь хандрить. Надо бы тебе развеяться. Сестра, я могу вывести Бориса
Алексеевича на прогулку?
- Если он сам этого хочет.
- Боря, поднимайся, - решительно сказал Буравин, не спрашивая, хочет ли он. - Пойдём по коридору прогуляемся.
Самойлов нехотя поднялся.
- И когда тебе надоест играть роль матери Терезы? - поинтересовался он. - И куда ты меня тащишь? Лежал себе на кровати, никого не трогал. Нет, нужно было прийти, поднять!
- Боря, неужели ты не понимаешь, что хорошее настроение и жизненный тонус - залог выздоровления? Тебе нужно взять себя в руки и перестать хандрить.
- Ничего не могу с собой поделать. Понимаешь, я чувствую себя уязвлённым, потому что много лет моя жена думала о тебе, хотя и жила со мной.
Буравин неожиданно засмеялся, чем вывел из себя Самойлова!
- Что в этом смешного?
- Боря, я тебя понимаю, как никто другой! Дело в том, что я был в такой же ситуации! Оказывается, у моей Таисии много лет назад был роман с Токаревым.
Самойлов опешил:
- С Кириллом? Ты серьёзно?
- Ага. И теперь, стоило нам расстаться, их отношения снова возобновились. Кирилл Леонидович даже от жены своей молодой ушёл.
- Вот это да! - ахнул Самойлов.
- Так что моя жена тоже любила другого, и все годы нашей совместной жизни обманывала меня.
Самойлов стал давиться от хохота:
- Значит, Витя, у нас с тобой - единение рогатых!
- Виртуально рогатых, Боря, - уточнил Буравин. – Это полегче.
- То есть не настоящие рога, а воображаемые? Интересный ход мыслей! - Самойлову вдруг захотелось откровенно поговорить со старым другом. Буравин сменил тон и сказал ужё серьёзно.
- Единение рогатых или объединение рогатых – это ты как хочешь, называй. Но работать мы должны вместе.
- Витя, ты торопишь события. Какой из меня работник? Я же сейчас как слепой котёнок - в пространстве совершенно не ориентируюсь.
- Но голова-то у тебя на месте! И знаний в ней не убавилось. У тебя огромный опыт и колоссальный профессиональный багаж.
- Только пока я его использовать не могу. Сначала нужно до дома добраться, а потом уже думать, как жить дальше.
Буравин словно только этого и ждал:
- О, так тебе всё-таки надоело лежать и хандрить? Похвально. Пошли искать профессора и проситься на выписку.

0


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Елена Веснина. Исцеление любовью. Вечные истины Книга 8