www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Не родись красивой. Новая жизнь. Книга 1


Не родись красивой. Новая жизнь. Книга 1

Сообщений 1 страница 20 из 32

1

Не родись красивой. Новая жизнь.
Екатерина Пушкарева приходит на собеседование в компанию " Zimaletto". Все, что она может противопоставить красоте претенденток,- это ум и прекрасное образование... Разглядит ли президент компании Андрей Жданов за далеко не модельной внешностью блестящие способности и скрытые таланты?... Впрочем, Кате не составило труда разглядеть в потенциальном шефе свою судьбу...

+1

2

Глава 1

«…Именно в такие дни хочется начать новую жизнь»,- подумала Катя.
Солнечное, свежее утро таило в себе ожидание чего-то, если не особенного, то радостного, светлого. Запрокинув голову, девушка смотрела на голубоватую, зеркальную громаду современного здания отражавшего безоблачное утреннее небо. Но пока не спешила зайти внутрь…
Мимо бежали прохожие. Они торопились по своим делам. Поток огибал Катю, не задерживаясь. Мальчишка на велосипеде притормозил, заглянул ей в лицо и рассмеялся: «Ни фига себе!» Его друг чуть не налетел на Катю, едва вывернулся из-за ее спины и тут же умчался.
Катя запрокинула голову, рассматривая здание, прекрасное, как мечта. Проходящая мимо девушка задела ее плечом - и Катя чуть отошла в сторону, давая ей, красивой и уверенной в себе, дорогу. Пробормотала зачем-то «извините». Девушка направилась к входу, даже не обратив на Катю внимания.
Сзади скрипнули тормоза, у здания остановился автомобиль с открытым верхом - такой же блестящий, новенький, праздничный как все это солнечное утро. Дверь открылась, и на асфальт томно опустились невероятной длины ноги на невероятно высоких каблуках. Их обладательница - красивая девушка - изящно выпрямилась, небрежным движением поправила короткую юбку и тоже прошла к стеклянным дверям. Ухоженный важный мужчина, сидевший за рулем, крикнул ей в след:
- Ни пуха, ни пера, киса!
Не останавливаясь, девушка прохладно улыбнулась охраннику:
- Добрый день, я на кастинг!
Охранник игриво улыбнулся ей в ответ - но тут же загородил собой проход осмелевшей, наконец, Кате. Она остановилась, решимость покинула ее…
- Стоп! Куда спешим?!- надменно спросил он. Никакого следа недавней приветливости.
- У меня здесь собеседование…- Кате самой было неприятно слышать, как робко, почти просительно прозвучал ее голос.
На лице стража, крепкого, но, как сквозь испуг отметила Катя, простоватого, отразилось призрение.
-Фамилия?
-Пушкарева… Екатерина Валерьевна…
Он продолжал смотреть на девушку – с недоверием, даже отвращением. Катя замерла. На секунду ей показалось, что ее не пустят в это сверкающее, почти совершенное здание. Что в очередной раз ничего не получится. Но охранник все-таки достал какой-то список и принялся внимательно его изучать. Может, ее нет в этом списке?! Но он поднял голову и, недовольно скривившись, отступил на шаг. Сейчас обязательно скажет какую-нибудь гадость…
- Проходите
Катя торопливо прошла в волшебный мир «Zimaletto».
Лифт бесшумно взлетел на нужный этаж, дверцы распахнулись, и перед глазами зачарованной, оробевшей Кати возник изогнутый столик, заставленный оргтехникой. За ним восседала девушка. Почти такая же хорошенькая, как молчаливые надменные модели. Смело одетая, с волнистыми, причудливо уложенными волосами и отчаянными глазами. Она громко разговаривала по телефону и делала вид, что не замечает ничего вокруг,… но потом все же довольно развязно оглядела посетительниц и сообщила в трубку:
-Ой, подожди, вешалки идут,- и она, прикрыв трубку рукой, прикрикнула на стайку моделей:- Опаздываете! Следующий этаж. Вам к арт-директору, Милко Вукановичу…
Гордо подняв головы, те прошли мимо Кати. «Вешалки»… Ухоженные, увешанные дорогими украшениями - наверное, всю жизнь занимаются только собой, любимыми. Таким вовсе не обязательно быть умными…
Девушка за столиком неожиданно скорчила им вслед забавную рожицу. Но вдруг изменилась в лице. Улыбка медленно погасла, брови взлетели вверх. Катя рассмеялась бы, если бы этот полный искреннего, детского недоумения взгляд был направлен не на нее…
- Компания «Zimaletto», Мария,… а вы к кому?!
- На собеседование. По поводу работы.
- Прямо - на выход!- растерялась Мария, но тут же поправилась: - То есть прямо налево!
Катя обернулась к лифту. Модели с интересом рассматривали ее. Девушка с длинными ногами что-то пошептала на ухо своей долговязой худеющей подруге, и они захихикали. Наконец двери лифта распахнулись, и Катя вошла в него вместе с « вешалками»… Как же неуютно она вдруг себя здесь почувствовала!
Она чужая здесь, ее присутствие в этом роскошном «Zimaletto» противоестественно…
Лифт остановился. Катя поплелась по коридору за девицами - она так и не поняла, куда ей надо. Немолодая женщина в дверях огромного зала заметила их и поторопила:
- Быстрее, девочки, быстрее. Заходим, как учил маэстро.
Катя отметила, что у женщины теплый, даже материнский взгляд, и немного успокоилась. Уже стало ясно: собеседование проходит не здесь. Но эта женщина, такая уверенная, наверняка подскажет, что делать дальше. Оказывается, сюда могут попасть и обычные люди…
Навстречу им вприпрыжку направлялся мужчина, при виде которого сердце девушки снова сжалось: тонкий, изящный, стильный и ухоженный. Наверное, он и есть «маэстро».
Да, это был он. Знаменитый модельер Милко Вуканович. То ли природа, то ли искусство одарили его неувядающей внешностью, лет ему можно было дать и сорок, и двадцать пять - все зависело от настроения. В минуты вдохновения он был ловок и подвижен, как юноша, мальчишеская улыбка озаряла его лицо. В моменты отчаяния - а у эмоционального кутюрье они наступали нередко - он горбился и сутулился, как старик, а лоб его покрывался глубокими морщинами.
- Ай, красавицы, ай, умницы! О, мама мия! Вы ходите как футболист к Абрамовичу!- Он поворачивался к каждой, рассматривал, порывисто хватал за руки. Говорил со смешным акцентом, коверкая слова,- но и это получалось у него кокетливо. – А вы ходите как няня к Максиму Викторовичу!!! А вы ходите как … рыба моя! Надо плыть… это не дом, это аквариум! Вы - рыбки! Плыть надо, Милко говорит. Плывем - хвостики волнуются.
Катя замерла, робко удивляясь всему происходящему. «Я будто во сне…»- подумала она.
- А ты?- Милко обернулся к долговязой модели, вмиг растерявшей свою надменность.- Похудела, моя рыба? Кто теперь тебя бросил? Ах, эти мужчины! Милко все понимает, Милко позавчера сам пережил такое…- Он мученически закатил глаза.
Девушки щебетали, смеялись, действительно чувствовали себя здесь как рыбы в воде. Милко радостно всем улыбался, кого-то непринужденно чмокал, то и дело восклицал: «Рыба моя!..»
И вдруг замолчал, заметив замершую в дверях Катю.
На лице маэстро отразилась досада и раздражение…
- Ольга что это?- пробормотал он.
Все замолчали, как по команде. Катя еще больше оробела, ощутив себя в центре внимания.
- Это не эстетично, чтобы здесь быть!!!- вдруг закричал Милко Вуканович. – Вы испортили мое настроение, мою жизнь! Вы отравили мой вкус!
Катя попыталась что-то ответить, но от обиды позабыла все слова.
- Олечка, откуда в нашем аквариуме эта…эта…- Он уставился на женщину, встречавшую моделей, подыскивая слова.- В нашем аквариуме не может плавать это!!! Я не позволю!!!
Катя никогда не видела, чтобы мужчины так странно себя вели. Она вконец растерялась и с трудом выдавила:
- Я на собеседование пришла…
- Мама мия!- воскликнул Милко.- Какое беседование?! С кем беседование?!
- Простите, маэстро,- строго сказала Ольга Вячеславовна, и Милко сразу притих.- Она ошиблась.
Эта дама была единственной здесь, кто не смеялся над Катей и не удивился ее появлению.
- Налево по коридору,- тихо и все так же по-матерински ласково подсказала Ольга Вячеславовна.- Третья дверь от лифта.
- Идите! Идите же!- Милко капризно замахал руками, как избалованный ребенок.
Катя поспешила выскочить в коридор.
Может, стоило уйти? Вернуться домой и забыть сегодняшнее унижение? Но Катя решительно миновала лифт.
На третьей двери красовалась надпись « Конференц-зал». На всякий случай Катя остановилась чуть поодаль и осмотрелась. Ей не хотелось снова попасть куда-нибудь не туда.… Однако все говорило в пользу того, что она на месте.
Екатерина обнаружила около дюжины соперниц. Они мало чем отличались от моделей, только что увиденных ею во владениях Милко. Ну, разве что чуть менее красивые и надменные. Но такие же ухоженные, симпатичные, в коротких юбках и с тяжелыми кожаными папками.
Одна из них, в открытом красивом красном платье, свободно расположилась на широком кожаном диване, изучая глянцевый журнал. Те же длинные ноги, мини, парфюм, макияж, маникюр, манеры.
«Странно, - подумала Катя.- Может, перепутала двери, как я, только наоборот?»
Двери конференц-зала распахнулись, и к девушкам вышла очаровательная толстушка с блокнотом.
В народе бытует устаревшее мнение, что хорошего человека должно быть много. Судя по размерам этой милой секретарши, она - очень хороший человек.
- Следующие!- жизнерадостно возвестила девушка.- Виктория Клочкова…
Красавица в красном платье легко поднялась с дивана, небрежно отложив раскрытый журнал, грациозно поправила облегающее короткое платье и гордо прошла в зал.
- И… Екатерина Пушкарева.
«Нет, делать мне тут нечего,- думала Катя.- С такой внешностью, как у этой Клочковой, достаточно просто двухмесячные юридические курсы закончить. Все равно на работу возьмут с руками и ногами… Токами-то…»
- Пушкарева,- повторила меж тем толстушка и, не услышав отклика, стала затворять дверь.
- Я! Я Пушкарева!- очнулась от грустных мыслей Катя и бросилась вперед, чуть не сбив по дороге одну из претенденток.
- Проходите, Пушкарева,- раздраженно сказала секретарша, пропуская Екатерину и захлопывая за собой дверь.
Казалось, что Катя здесь всех нервирует или вызывает двусмысленные улыбки. Но тем более ей хотелось остаться! « Я не уйду»,- Катя заставила себя войти в конференц-зал…
В большой, светлой комнате с окном во всю стену, за овальным столом сидел менеджер по персоналу: пожилой мужчина с лицом опытного сердцееда.
Почтенный возраст и жизненные коллизии, похоже, совершенно не повлияли на его пылкий темперамент, поскольку взгляд, каким он смотрел на красавицу Клочкову, был отнюдь не отеческим.
Он буквально ощупывал горящими глазами Викторию Клочкову, уже устроившуюся рядом. Закинув ногу на ногу, та поминутно поправляла роскошную прическу и смело улыбалась ему в ответ.
В сторону Кати мужчина даже не посмотрел.
- Здравствуйте, можно войти?
Виктория подняла на нее взгляд и ехидно скривила губы. Она предпочла остаться наедине с менеджером по персоналу – так бы они быстрее договорились. Впрочем, разве эта странная девушка сможет ей помешает?!
Мужчина проследил за взглядом Вики - и будто проснулся. Он теперь заметил Катю, и она уже решила, что сейчас услышит нелестный комментарий в свой адрес.… Но нет: тот снова улыбнулся Виктории Клочковой.
- Я – Георгий, можно без отчества…- Он собрался с мыслями.- Почему вы решили работать именно у нас?
Какие молодые нотки в голосе, какая сладкая улыбочка!
Вика приняла его игру и кокетливо улыбнулась:
- Кира меня рекомендовала руководству компании.
- Кира Юрьевна?- уточнил Георгий.
- Для меня - просто Кира.- Виктория снова кокетливо поправила свои необыкновенные волосы.- Она, знаете, сказала, что Андрюше, ее жениху, нужен грамотный секретарь. Вот я и решила спасти положение!
Стараясь не сводить с нее взгляда, Георгий взял со стола резюме. Секретарь тем временем указала Кате на стул - присаживайся, раз ты здесь. Катя медленно приблизилась и села рядом с Викой. Хорошо, что ее пока не замечают: можно приглядятся, перевести дух.
- Да-да, Андрею Павловичу. А опыт работы у вас…- он утвердительно кивнул -… есть.
- Опыт работы?- удавилась Вика. – Кира считает, что у меня очень большой опыт… общения с людьми. А что еще нужно?
Георгий все-таки глянул в резюме:
- Образование… о, да! МГИМО. Экономический факультет. Превосходно! Правда, всего два курса?
Вика чуть смутилась:
- Потом я была… Кирилла Квашенникова знаете?
- Это который «Лета-нефть»?- потрясенно воскликнул менеджер.- Почему же вы не написали об этом в резюме?!
- Потому что мы развелись!- радостно заявила Вика.- И я опять свободна!
Георгий убежденно заключил:
- Что ж, по-моему, характеристики на самом высоком уровне.
«Хватит сидеть безмолвным зрителем»,- решила Катя и осторожно кашлянула. Оба и Георгий, и Виктория, недовольно посмотрели на нее.
- Я… я …- От волнения у нее сел голос.
- Да? Вы что-то хотели сказать?- подчеркнуто вежливо осведомился Георгий.
- Я тоже свободна, - ляпнула Катя.- Н-не замужем. Опыта секретарской работы у меня нет, но…
Менеджер обреченно вздохнул, потянулся к стопке бумаг на столе. Пробормотал:
- Так опыта нет …
- Но я училась в МГУ, и …
Наконец, Катино резюме было найдено:
- Опыта нет.… И фотографии нет! Почему вы не прислали фотографию?
Вопрос Георгия был, пожалуй, лишним - и так все ясно, стоит глянуть на Катю. Редко придется встретить на улицах Москвы настолько непривлекательную девушку.
Невысокая, угловатая как подросток, с жиденьким пучком пегих волос на затылке и в тяжелых, круглых очках. Темно-коричневый костюм образца 60-х годов мешковато сидит на худенькой фигурке. Полый подол мятой юбки подметает пол.… И никакой косметики.
Девушка, смущенная таким откровенным разглядыванием, робко улыбнулась – и стали видны огромные уродливые скобы-брекеты на зубах.
- А что надо было?!
Георгий не удостоил ее ответом. Он молча изучал Катю. А она все больше краснела, и все более жалкой становилась ее улыбка.
Наконец, она с трудом выдавила:
- Если нужна фотография, я могу прислать по электронной почте.
- Да нет, теперь уже не надо,- усмехнулся Георгий и обернулся к Вике:- Do you speak English?
- Что?- растерялась красавица.
- Ну, вы говорите по-английски?
- Как все,- Вика непринужденно откинулась на спинку стула.- Хэллоу. Рум сервис? Уан коффи плиз. Ту суши виз… авокадо энд… грейпфрут джус - свежевыжатый, конечно.- Она вспотела от усилия.
Катя с энтузиазмом подалась вперед:
-Английский, немецкий - свободно, немного французский. Экономический факультет МГУ, стажировка в Германии. Я работала в российском отделении инвестиционного банка «Ллойд Моррис». В резюме все это изложено…
Георгий уничижительно процедил:
- Блестяще!
- Благодарю,- она наклонила голову.
- Для секретаря вы слишком хороши, а генеральный директор у нас есть.
- Начинать движение по служебной лестнице можно и с секретаря,- покраснев, упрямо заметила Катя. Впрочем, зачем с ним разговаривать? И так все ясно…
- А кстати, да …- вдруг вспомнила Вика, но Катя торопливо перебила ее:
- Когда я войду в курс дела, я смогу…
- Я все понял. Хорошо,- поморщился Георгий.- Вы можете идти. Всего доброго. Мы вам позвоним.
Катя поднялась и направилась к двери. Ей стало неуютно под недовольным взглядом Георгия. А тот обратился к своему секретарю:
- Танюша, скажите там, в приемной, что все свободны. Мы уже нашли то, что искали.
Вика победно улыбнулась.
«Да, так и проходит земная слава»,- грустно подумала Катя, выходя из конференц-зала. Последнее, что она услышала, были очень мягкие, вкрадчивые слова кадровика: «Ну что ж, Виктория…»
Дверь захлопнулась.
Разве она ожидала чего-ни будь другого?
Нет. Все именно так и должно было случиться…
Модный Дом никогда не станет местом ее работы…
Как, впрочем, и многие другие компании…
Мимо пробежало несколько веселых девушек. Рядом с ней уже знакомая толстушка - секретарша рассказывала кому-то, как целую неделю провела, питаясь огурцами, и скинула целых три килограмма живого веса. Похоже, теперь она наверстывала упущенное, поскольку уже успела где-то раздобыть полную тарелку аппетитных пирожных.
Катя засмотрелась на девушек и не заметила, что Таня идет навстречу. А когда заметила, было уже слишком поздно.
Секретарша налетела, на нее… и прямо на Катину юбку упало роскошное пирожное!
- Ой, простите, простите, пожалуйста!- в отчаянии вскрикнула Катя и кинулась поднимать с ковра разлетевшиеся бисквиты и крем.
Таня ошарашенно хлопала глазами. Всплеснув руками ,она проворчала:
- Черт, сто рублей псу под хвост…
- Простите…- продолжала бормотать Катя. Бисквит крошился в пальцах, руки дрожали.
- Ой, ладно, что вы, не надо!- вдруг сконфузилась Таня.- Зачем руками-то? Оставьте! Я сейчас уборщицу позову…
Но смущенная Катя ничего не слышала. Ничего, ничего: она быстренько все уберет…
- Оставьте!- паническим шепотом вскричала Татьяна. – Оставьте, я говорю!
Не слушая ее, Катя продолжала сгребать в кучу развалившееся пирожное.
Толстуха разволновалась не на шутку: « Оставьте! Оставьте! Уборщица сейчас придет!» Вокруг собралась небольшая толпа любопытных.
В это время дверцы лифта раздвинулись, и из него вышел высокий молодой человек.
Не пройдя и пяти шагов, он остановился, удивленно глядя на открывшуюся ему картину. Катя, увлеченная сбором крошек и крема, на четвереньках подползла к нему и, ткнувшись лбом в его колени, подняла лицо…
Сказать, что молодой человек был очень красив, значит, ничего не сказать.
Больше всего поражал исходящий от этого воплощения современной деловой моды потрясающий запах… Денег? Власти? Нет! Настоящего успеха!
- Что это, Татьяна?- указывая на Катю, поинтересовался он у растерявшейся толстухи. И приказал: - Завтра же организуйте курсы для уборщиц!
- Вы сказали,- испуганно залепетала Татьяна,- у нас нет уборщиц, они называются менеджеры по управлению санитарным состоянием…
- Так вот, пусть этих менеджеров научать управлять пылесосом,- перебил ее красавец. – А то - руками грязь собирать…
- Сейчас это уберут, Андрей Павлович, сейчас…- кивая головой, повторяла секретарша.
- Побыстрее.… Чтобы впредь я этого не видел!- приказал Андрей и двинулся к входу, уже не обращая внимания на неподвижно застывшую Катю, провожающую его завороженным взглядом.

+1

3

Глава 2
Полуденный воздух плавил асфальт. Мимо в клубах выхлопных дымов проносились машины. Небо было уже не голубым, а мутно-белесым, знойным… Катя прислонилась к углу стеклянной коробки троллейбусной остановки и равнодушно наблюдала за транспортным потоком. Ей ни хотелось, ни о чем думать.
Стоя в тени развесистой липы, она увидела, как из «Zimaletto» на залитую солнцем улицу вышла красавица Вика, уселась в ярко-красную спортивную иномарку и под звуки попсы умчалась. «Яркая красивая женщина на яркой красивой машине,- отметила про себя Катя.- Ну и где мой троллейбус?»
Возле Кати затормозил шикарный «Мерседес». Дверь с тонированным стеклом приоткрылась. Музыка, вырвавшаяся из солона, на мгновение причудливо переплелась с мелодией, игравшей в машине у Вики.
- Девушка!- Из машины выскочил очень симпатичный, улыбчивый парень, неуловимо напоминающий тех, кого Катя видела сегодня в «Zimaletto»,- столь же стильный, модный, уверенный, и закричал, перекрикивая шум проезжающих мимо автомобилей: - Вы такая эффектная, что у меня машина заглохла!
Катя расцвела. С ней знакомятся на улице! Симпатичный, милый молодой человек! Он так искренне улыбается, у него славный голос … Катя тоже улыбнулась, выпрямилась, невольно оправила волосы…
- Мамаша, выйди из кадра, весь вид загораживаешь!- рявкнул парень, энергично махнув рукой. И уже другим, ласковым тоном: - Девушка, вы случайно не Кэмерон Диас?!
Он по-прежнему смотрел на Катю. Она непонимающе пожала плечами, обернулась - и сразу поняла, к кому обращался водитель. Прямо за ее спиной стояла настоящая красавица - блондинка. Тоже, наверное, транспорт ждет. Красавица старательно делала вид, что не замечает молодого человека, и чуть улыбнулась.
Значит «мамаша» - это она, Катя…
- Девушка! - продолжал упорствовать парень.- Что с машиной делать будем? Я на работу опаздываю, а без вас она не поедет!
Катя не стала ждать, что ответит красотка. Ей больше не хотелось стоять на остановке. Ну как она могла подумать, что он это ей говорит? Обидно и досадно.… До дома не далеко: несколько остановок можно и пешком пройти…
Дома ее ждала мама. Вот кто действительно переживал за Катю и верил в ее успех. Так не хотелось в очередной раз разочаровывать маму! « Наверное, я никогда не найду себе работу»,- в отчаянии подумала Катя.
Она тихо вошла в прихожую сняла обувь, надеясь незаметно проскользнуть в свою комнату. Но мама услышала, радостно выплыла из кухни, расцеловала дочь.
- Суп твой любимый сделала, рыбный. Папа сказал - его не ждать, поздно будет.
Катя ничего не ответила. Она слишком устала от неудач. Мама попыталась ее утешить:
- Что, расстроилась? Да не волнуйся ты так! Позвонят, куда они денутся?
Она обняла Катю, попыталась ее растормошить. Елена Александровна очень не любила, когда у единственной дочки было печальное настроение. Ведь она - самая умна, образованная, ценный специалист! И все это понимают. Только Катя такая не уверенная, так волнуется, всегда… Доверительно понизив голос, мама сообщила:
- Я сон сегодня видела: белые куры в большом курятнике. И перья летают. Значит, точно позвонят.
- Правильно, мама,- Катя тяжело вздохнула.- Я курица. Отмороженная… знаешь мам, может быть, мне что-нибудь попроще поискать?
Такое отчаяние прозвучало в ее голосе. Сколько она уже ищет работу - и ничего…
Елена Александровна обняла ее:
- Никакая ты не курица. Ты справишься! Только бы взяли. Давай за стол, пока суп не остыл. Руки только помой.
Катя побрела к умывальнику. Есть не хотелось, но нельзя было расстраивать маму: ей тоже, наверное, тяжело, что дочка у нее такая непутевая.
Тут бдительная и хозяйственная Елена Александровна обнаружила огромное пятно на Катиной юбке и потребовала объяснений.
Пришлось рассказать, что испачкалась пирожным. Это вызвало очередной прилив маминого энтузиазма: раз уж дочь угощал сладким сам руководитель фирмы, значит, на работу ее примут. Катя хотела было объяснить, что она - просто вечная неудачница. И пирожным ее не угощали – его подбирать с пола пришлось, но к счастью в этот момент раздался звонок в дверь.
- Это Коля, наверное!- обрадовалась мать и бросилась открывать.
Катя вздохнула с облегчением: хоть какое-то время не придется ничего объяснять! « А Катеньку на новой работе пирожными угощали!» - услышала она в прихожей голос мамы, спешившей рассказать Николаю последние новости.
Катя подняла глаза: вот он, лучший друг, с самого детства. Такой же странноватый, и похожий на ребенка в своей аккуратной, но старомодной одежде и со смешной прической, худой немного нелепый «очкарик». Такой же, как она, - « не от мира сего».
- Так тебя взяли? Поздравлять?- воскликнул он, не здороваясь.
Катя отчаянно покраснела:
- Нет еще, обещали позвонить.
- Где-то я это уже слышал. Не раз…- заметил Коля, но тут же, получив шутливый подзатыльник от
Елены Александровны, поправился: - Ну, тетя Лена! Это обычная практика. Так всегда: сразу решение объявляют только тем, кого точно не возьмут.
Катя натянуто улыбнулась. Что она, маленький ребенок чтобы утешать ее сказками?
После обеда она вместе с Колей наконец-то ушла в свою комнату. Там уютно устроившись с ногами на диване, накрытом клетчатым пледом, можно честно рассказать другу детства всю правду об этом утре.
Рассказывала – и сама пыталась осознать происходящее. Словно смотрела на себя со стороны.
- Знаешь там, по-моему, даже уборщицы с ногами от ушей. Не то, что секретарши. А тут я пришла такая… - Она глянула в зеркало и сморщилась.- Неформатная…
Коля удивленно поднял брови:
- А ты что на место секретарши метила?!
- А куда?!- воскликнула Катя. Неужели и Кольке придется все объяснять?- Это папа уверен, что меня на руководящую должность сразу возьмут. Да не знала я, что там секретарь нужен. В объявлении написано: « помощник президента компании, ответственность, знание языков и компьютера». Честно говоря, я и не думала, что это секретаршу ищут. Кто ж знал, что там даже уборщица «менеджером частоты» называется?
Катя подошла к зеркалу. Худенькое бледное лицо смотрело на нее вопросительно - печально.
Екатерина троила рожу и страшным голосом пророчила:
- Свет мой, зеркальце, скажи, кто на свете всех… страшнее?
От этого вопля Николай подпрыгнул и ткнулся носом в компьютер, но быстро взял себя в руки и начал утешать подругу. В конце концов, сообщил он, если верить сказкам муж у Кати должен быть красавцем, а у него естественно, будет не какая-то обыкновенная жена, а…
- Страшилище, - сообщила Катя своему отражению в зеркале и отвернулась.
- Нет,- авторитетно заявил Коля. – Блондинка!
- А у меня - брюнет с зелеными глазами,- поддразнила Екатерина сама себя и вздохнула.
Перед ее глазами тут же возник образ неотразимого мужчины, которого она встретила сегодня в холле «Zimaletto», стоя в нелепой позе и поднимая с пола остатки пирожного. Улыбающийся, стильный брюнет, а глаза и вправду зеленые, выразительные, и как ей показалось, добрые.… Да что там говорить: просто мужчина ее мечты.
Она повалилась на диван и уставилась в потолок.
Николай пристроился рядом и сделал не очень удачную попытку покачать пресс.
- Ладно, Катька, чего расстраиваться-то? – через минуту бесплодных усилий, пыхтя и отдуваясь, он взял ее за руку.- На такие должности всегда только своих берут.
Наверное, Коля прав. Своих. Например, таких, как Виктория Клочкова. Катя улыбнулась, но ей все равно было грустно.

+1

4

Глава 3
В кабинете президента компании «Zimaletto» царил беспорядок. На полу стояли картонные коробки, повсюду валялись строительные инструменты и материалы. Рабочие сверлили стену, и Андрей морщился от шума: работать в такой обстановке все равно не возможно. Отец Андрея, Павел Олегович, еще недавно президент компании «Zimaletto», заглянул в очередную коробку.
- Па, там ручки твои,- пояснил сын.- А это журналы. Это вот я грамоты твои в коробку собрал.
- Андрюша! И стол поменял,… Чем же тебе стол-то не угодил?
Казалось, отец чем-то недоволен. В его голосе звучала не только укоризна, но и неподдельная грусть.
Андрей легко перемахнул через белый, матовый - прозрачный стол, уселся в кресло:
- Это стол - в духе нового стиля нашей компании, па!
- Клоун,- сокрушенно вздохнул отец. – Ты пока только исполняешь обязанности президента - я бы на твоем месте не спешил до совета директоров столы менять.
- Но, папа! Ты сам решил уйти. Или по-прежнему хочешь всех строить? И меня тоже? Я уж сам как-нибудь…
- Вот именно «как-нибудь». Не забывай, у Александра на президентское кресло такие же шансы.
- Я у тебя сто лет работаю. А мой будущий родственник в это время расселял коммуналки,- с иронией заметил Андрей.- Ни черта в нашем деле не смыслит, а в президентское кресло рвется!
Отец хотел ответить, что как раз Александр, возможно, несколько больше смыслит в их делах: недаром он занимает солидный для своего возраста пост в Министерстве легкой промышленности.
Павел Олегович был уверен, что Александр, помогая заработать миллионы для других, явно не чувствовал удовлетворения и хотел работать только на себя. Воропаев обладал для этого всеми необходимыми качествами. Под деловым костюмом респектабельного предпринимателя прятался хищник. Он за версту чуял врагов и все их уловки. Подобно опытному охотнику, он знал, как часами кружить вокруг добычи и все-таки застать ее врасплох.
Да, карьера Александра началась с сомнительной продажи то ли огромной квартиры в самом центе города, то ли какого-то умирающего предприятия. На вырученные деньги он создал свою первую компанию. Продав ее потом по частям, он с лихвой вернул свои деньги.
И в тоже время Воропаев старался всегда не рисковать собственными деньгами, всегда находил подходящих надежных инвесторов, готовых вложиться в его дело, имел поддержку в правительстве.
Павел посмотрел на сына, но промолчал. Видимо, он все-таки научил Андрея многому. Жданов-младший упорно шел к поставленной цели. Он быстро учился, много работал, вникал во все тонкости технологии производства, а главное - любил свое дело и отдавал ему все силы и знания. Еще не став помощником президента компании, он уже имел опыт руководства: в «Zimaletto» не было ни одной мало-мальски значимой руководящей должности, на которой не поработал бы Андрей. Сын научился руководить персоналом, составлять планы, договариваться с поставщиками и партнерами, знал конкурентов и умел реально оценить их и свои возможности. Но у него слишком много амбиций, слишком велико желание стать лучшим, создать себе имя в таком сложном и непредсказуемом мире, как мир моды…
Нет, все же – Александр, принял окончательное решение Жданов - старший. Расчетливый, хладнокровный, не стремящийся на вершины успеха, с которых так высоко падать…
Андрей оглядел комнату, стены которой теперь покрывали новые светлые панели, а на пол только сегодня положили подобранный в тон панелям ковер. Коробки постепенно выносили в приемную, а на стены аккуратно вешали современные картины.
Кабинет понемногу принимал тот вид, который, по мнению Андрея, должен был, с одной стороны, подчеркнуть деловую атмосферу, с другой - показать, что хозяин не чужд творческого подхода к жизни и работе.
Андрей довольно улыбнулся:
- Красота! Для интерьера не хватает только толковой секретарши. Не посоветуешь кого-нибудь?
- Определись - сначала, тебе секретаршу для интерьера надо или толковую,- Павел Олегович усмехнулся и поднялся с места. Пойдем, пройдемся, пусть у тебя тут наведут порядок.
Андрей шел по «Zimaletto», чувствуя на себе ответственность за эту огромную компанию,- и словно видел ее другими глазами. В голове его рождались великие идеи, и он знал, что обязательно сможет их осуществить. Компания под его руководством вскоре станет еще больше, богаче, могущественнее! Именно «Zimaletto» будет диктовать тенденции в мире моды! Но сейчас … сейчас его поражала глобальность задачи – и вместе с радостью он ощущал легкое головокружение .
Спустившись несколькими этажами ниже, отец и сын оказались на производстве. Здесь размещались пошивочные цеха – огромные, заставленные машинами помещения, светлые и комфортные, по сравнению со многими подобными производствами. Стоял ровный, но не очень громкий шум, вокруг сновали девушки в окутанных бело – голубых халатах, играла музыка. На вешалках рядами весели платья, юбки, блузки.
- Машины, конечно, заменим в ближайшем будущем,- с энтузиазмом заявил Андрей.
- На электронику? – уточнил Павел Олегович.
Сын кивнул. – Людей хотя бы пожалей!
Для отца главной заботой были люди, которые у него работали,- и Андрей знал, что они платили ему горячей любовью. Не все будут рады смене власти, некоторые воспримут нового президента настороженно.… Но он докажет, что ничем не хуже своего отца!
- Людей будем переучивать! Я из них – вот! – Андрей подошел к симпатичной швее и обнял ее за талию. – Моделей сделаю!
- Ты вообще о чем-нибудь кроме юбок, думаешь?!
- Пап, ты забыл, чем мы занимаемся? – Андрей иронизировал, старался не замечать раздражение отца, переживающего за компанию.- Готовой одеждой! Думать о юбках мой профессиональный долг!
Он подмигнул швее, снял с вешалки причудливую, темно-фиолетовую юбку. Оглянувшись, вдруг увидел Урядова, спешившего к ним с папкой. Сразу стал серьезнее:
- Ну как нашел?
Георгий старательно, несколько искусственно улыбался. На ходу пытался вытащить из папки резюме:
- А как же! Умница-красавица.
Павел Олегович заглянул в папку через плечо сына.
С фотографии смотрела красавица Вика. Павел вздохнул с явным разочарованием:
- Вот. Что я говорил.
Как будто подтвердились все его опасения насчет профессиональной пригодности Андрея. Он отошел от сына, поздоровался с пожилым рабочим, остановился около его станка. Полтора десятилетия назад Павел Олегович Жданов создал компанию с нуля, и ему было, что вспомнить с теми, кто прошел вместе с ним этот путь. А все перемены, затеянные Андреем, вызывали опасения не только у него.
Георгий увидел, что Жданова-младшего лицо изменилось от гнева. Андрей яростно зашептал:
- Это Вика!? Это Вика!!! Ты кого мне подсовываешь?!
- А что, девушка видная… в смысле, с образованием,- испуганно забормотал менеджер.- В МГИМО училась…
- Она - подруга Киры! Помогаешь установить за мной круглосуточное наблюдение?! Может, еще жуков в моем кабинете понаставишь?!
Георгий попытался оправдаться:
- У нее – образование!
- У нее незаконченное образование! И я бы сказал, даже не начатое,- отчеканил Андрей.- Если бы на втором курсе она не выскочила замуж за первого попавшегося олигарха, ее бы се равно выгнали за… - Он пальцем постучал Георгию по виску. – Гера, дома есть кто-нибудь?
- Андрей Павлович, имеются еще и другие кандидатуры! – Дрожащими руками менеджер по персоналу достал следующее резюме. – Вот, например…
- Значит, все-таки имеются! – зловеще воскликнул Андрей.
Заметив раздражение сына, Жданов - старший присоединился к разговору, спокойно спросил:
- Что ты кипятишься? У новой секретарши ноги короткие?
- Нет! – воскликнул Андрей.- У нее уши большие и язык слишком длинный.
Он судорожно выхватил из рук Георгия очередное резюме, но ничего не мог понять.
- Что ты мне показываешь? Где фотография?!
- Ее нет, но… прекрасное образование… знает языки…
Урядов запинался на каждом слове, опасаясь гнева нового начальника.
Павел Олегович, глядя через плечо сына, удивленно заметил:
- Странно.… С таким образованием, с таким послужным списком.… Почему она хочет на должность секретарши?
- У нее есть один недостаток,- заискивающе сообщил Георгий. – Один очень большой недостаток. Дело в том, что она … она…
***
-… Страшилище,- горько вздохнув, повторила Катя.
Николай, сидящий у компьютера, внимательно посмотрел на нее, но промолчал.
- Я страшная. В этом все дело. Людям почему-то кажется, если личиком не вышла, то и работать буду… как урод.
Коля с энтузиазмом взмахнул рукой:
- Ну и пусть. А мы с тобой будем верить в силу внутренней красоты! Пока не накопим на пластическую операцию. А вообще, подумай: чем занимается секретарь? Ты же со скуки умрешь!
- Считай, что я делаю ход конем!
- Тот, что буквой «Г»,- это точно.
Катя предпочла не заметить его насмешки:
- Главное - оказаться на их территории. А потом разберемся.
- Ну да… Ты будешь так замечательно варить кофе, что тебя немедленно повысят до финансового директора.- Коля вздохнул.- Кать, они даже не поинтересуются, на что ты способна!
Пушкарева понимала: в самом деле, Коля, скорее всего, прав. Но что же делать, если она вот такая, какая есть?!
- Ладно, Коль,- она обернулась к другу.- Меня еще даже в секретарши не взяли. Меня вообще никуда не берут. Зря я, наверное, из «Ллойд банка» ушла: перспективы не было, зато была зарплата…
И припомнила, что еще в банке ей ясно дали понять: ценный сотрудник должен обладать и ценной внешностью. Это утверждение взбесило Николая, как будто обидели не только его подругу, но и его самого.
Он вскочил и начал орать, что тогда уж у ценного сотрудника еще при рождении должны быть ценная машина, ценная шуба, ценный дом… Прямо из утробы матери надо появляться со всем этим набором, а заодно- с ценными родственниками! И если так комплексовать, вообще никакой роботы никогда не найдешь…
***
-… До сих пор жалеем, что она ушла!- сокрушался в телефонную трубку директор «Ллойд банка». – Отличная сотрудница! Обязательная, пунктуальная, безотказная. Знает все банковские системы. Трудоспособная, как комбайн.
Павел Олегович внимательно слушал старого приятеля, время от времени поглядывая на сына. Андрей сидел на краешке нового стола в своем кабинете, пока что почти пустом. По громкой связи он слышал каждое слово.
- То есть советуешь брать?- уточнил Жданов – старший.
- Если вам нужна толковая сотрудница…
- Секретарша.
- Секретарша? У тебя же вроде была.
- Она со мной уходит. Я к ней привык. Поэтому сыну сейчас новую подбираем.
- Тогда она то, что надо!- вдохновенно сообщил банкир.- На вырост! Передай: пусть берет. Все бумаги будут в идеальном порядке. Отчетность - вовремя… Паш, ты завтра на Кубок едешь?
- Не знаю пока. Если поеду – позвоню. Спасибо тебе, Слав. Бывай!
- Пока.
Павел Олегович нажал кнопку на телефоне и обернулся к сыну.
- Ты все слышал. Делай выводы.
- Похоже, она действительно ценный сотрудник.
Но… что-то он не договаривает.
***
- Да брось ты, не такая уж ты и …- продолжал горячиться Коля, но вовремя остановился и закончил уже безо всякого энтузиазма: - Я вот тоже без работы сижу. Между прочим, по той же причине.
- А ты, как я, фотографию к резюме не прикладывай. Отлично срабатывает,- посоветовала Катя. И добавила, вздыхая: - Правда, только на первом этапе…
***
- Она одна фотографию не прислала, - с готовностью доложил менеджер по персоналу.
Павел и Андрей только что вызвали его, и он, памятуя об ошибке с Викторией, не знал, хорошо это или плохо. – Ну ее, Андрей Павлович, я вам тут другие резюме посмотреть принес. Он выложил на стол веером несколько папок. Но Андрей даже не взглянул на них.
- А эта… Клава… Она просто страшная? Или – очень страшная?
- Катя,- поправил его Георгий. – Ну, во-первых, очки. Такие очки!.. – Он выразительно взмахнул руками.
- Та-а-к, Андрей нервно схватил лист бумаги и нарисовал на нем два велосипедных колеса. – Очки…
- Да-да,- вдохновленный Георгий распалялся все больше.- Потом фигура… у нее не фигура, а нечто такое угловатое, прям как у моего дедушки! А юбка… такая из мешковины… мешок! Как у моей бабушки! А на зубах! На зубах такие, как у экскаватора,- скобы!!!
Андрей давно уже просил рисовать, не в силах всего этого представить.… Ошеломленно пробормотал:
- Бабушка- бабушка, зачем тебе такие большие зубы?!
- Я, конечно, на тебя не давлю, - спокойно заметил Жданов – старший. – Но если эта девочка не приложила фотографию к резюме, значит, она действительно умная.
- И действительно страшная. Так?
Андрей взял ручку и закончил рисовать на бумаге человека – угловатого и костлявого. «Палка-палка огуречик». Положил рядом фотографию Вики.
- Хороший выбор: или дурдом в бумагах, или «Кошмар на улице Вязов» перед глазами по десять часов в день…
***
- Такому страшилищу как я, никакие хитрости не помогут,- сообщила Катя со слезами на глазах, разглядывая себя в зеркале: худое лицо в обрамлении жиденьких, растрепанных волос, собранных в пучок, мешковатая ситцевая блузка с нелепым бантом на груди, бесформенная юбка до пола. И – очки, круглые, тяжелые.
Зорькин знал, что за невзрачной внешностью девушки скрывается богатый внутренний мир. Она четко и открыто выражала свои мысли, к тому же, не обделена чувством юмора. Он не был циником, но понимал, что все эти очаровательные красотки – надменные, самодостаточные девицы с блестящими светлыми волосами, шикарными прическами, стройными фигурами, и модными нарядами, - по большей части тупы как пробки. И все же он обожал их, хотя те предпочитали встречаться с богатыми состоявшимися мужчинами. Колю они не замечали.
Он прекрасно понимал, что его подруга сильно отличается от них независимостью характера и незаурядным умом. Особое впечатление производили ее знания. Об этом он и заговорил. Но Катю уже ничего не могло утешить. Слишком много она пережила сегодня неприятного, даже унизительного. Она сидела перед раскрытым окном, а по лицу лились слезы…
Оба вздрогнули от телефонного звонка в прихожей.
Из кухни послышался голос Елены: «Я возьму!» Катя все так же молчала, замолчал и Николай. Через мгновение в комнату без стука, что вообще-то, было совершенно нехарактерно для семьи Пушкаревых, ворвалась взволнованная мать с телефоном в руке. Громким шепотом, который, наверное, было слышно во всей квартире, делая большие глаза, она добавила:
- Катенька! Это тебя! Из «Zimaletto»!
Девушка быстренько вытерла слезы. Схватила трубку:
- Да? Да, я. Андрей Павлович хочет побеседовать? – спросила Катя и удивленно посмотрела на трубку. – Хорошо. Буду. До свидания.
Все молча уставились на нее.
- Завтра в одиннадцать, - сообщила она и добавила без всякой надежды: - Во всей красе…

+1

5

Глава 4
- А я не сомневался, - уверенно сообщил Валерий Сергеевич. – Считай, Коля фирма эта счастливый билет вытянула! В нашей семье…все, я подчеркиваю – все…
Елена толкнула мужа в бок.
-… Что - сейчас не время?..
- Пойдемте, пирог есть, - приказала она,- а то остынет!
Когда все семейство, включая почти родного Николая, расселась за пиршественным столом, Валерий, больше размахивал ножом, чем занимался разделыванием пирога. Он начал разглагольствовать о будущей карьере любимой дочери. Должность «помощника президента компании» он понимал однозначно – как должность почти генеральскую. И, разумеется, уже видел свою Катюшу «уважаемой Екатериной Валерьевной», успешной раздающей приказания каким-нибудь секретаршам «Светочке и Натулечке».
Катя опустила пылающее лицо. Она чувствует себя обманщицей, но разве можно сказать отцу, кем она будет работать?! Разве можно ему объяснить, что в финансовые директора людей «с улицы» никто не берет?
Не поймет он…
- Ой, да неизвестно еще… - останавливала отца Катя.
- Очень даже известно! – запальчиво перебил Валерий Сергеевич дочку.
Любительница телесериалов и дамских романов Елена пыталась возразить, что в современных фирмах все друг друга на «ты» называют и по имени. Но переубедить Валерия было крайне сложно.
Впрочем, не это беспокоило любящего отца. Телесериалы он, само собой не смотрел, но и отставшим от жизни себя не считал. Потому со знание дела он начал издалека предостерегать наивную дочь. Этот мир современной моды, дескать, дело такое… соблазны всякие, неопытной девушке надо быть предельно осторожной…
- Папа! – не выдержала Катерина. – Меня пока не взяли! Я еще своего начальника в глаза не видела!
- А я видела, - обрадованно сообщила Елена Александровна.
- Где?! – хором воскликнули Катя, Валерий Сергеевич и Колька, на правах друга дочери уплетающий третий кусок пирога.
Она вскочила и бросилась в комнату. Выкрикнула на ходу:
- Сегодня, в журнале. Там про эту зималетту целую статью напечатали.
Пока Елена металась, по квартире в поисках журнала, остальные напряженно наблюдали за ее действиями. Надо заметить что, несмотря на возраст и немалые габариты, Елена Александровна обладала изяществом и подвижностью, которым позавидовали бы молодые и менее упитанные дамы. С завидной легкостью она двигалась по гостиной, заглядывая за диван и кресла, исчезла в спальне, снова появилась в гостиной.… Не прошло и пяти минут, как перед изумленными участниками застолья появился журнал, найденный за холодильником.
Никогда раньше в доме Пушкаревых не водилось такой литературы. Вернее, Елена тайком от мужа почитывала модные женские журналы. Но для остальных членов семьи было большой неожиданностью узнать о любопытных литературных пристрастиях хозяйки дома. Желание узнать побольше о месте, где предстоит работать их дочери, заставило Валерия Сергеевича смолчать и не высказать своего отношения к пагубному пристрастию своей супруги.
Елена сразу открыла журнал на нужной странице:
- Вот Андрей Жданов собственной персоной!
Катя взяла журнал и с удивлением воскликнула, увидев фотографию, с которой мягко улыбался так заинтересовавший ее зеленоглазый мужчина:
- Так это – Андрей Жданов?!
Она нашла текст и начала читать:
- «Наш корреспондент побывал на пятнадцатилетии компании «Zimaletto», одного из крупнейших производителей модной одежды. Павел Жданов в последний раз отмечает этот праздник на посту президента компании».
Мама заглянула ей через плече и вздохнула:
- Какие красивые люди!..
***
Да, на этой фотографии были очень красивые люди. Она была сделана во время празднования пятнадцатилетия компании в одном из самых дорогих отелей страны.
Там, на втором этаже, в зале со светлыми оштукатуренными стенами и деревянными балками под самым потолком, с уютными диванчиками и столиками возле каждого окна, со стильными светильниками с мягким струящимся светом принимали гостей Павел Олегович Жданов с женой Маргаритой
… Красивые, нарядные люди курсировали по банкетному залу бокалами в руках. Кругом сияли огни, на эстраде ненавязчиво играла живая музыка, бегали официанты.
«Снято!»- сообщил фотограф.
Павел Олегович, строгий и подтянутый, в классическом деловом костюме, и его жена, Маргарита Рудольфовна, изящная и стильная, как английская королева, выдержав секунду после вспышки, отвели глаза от объектива.
Взявшись за руки, медленно пошли по залу, приветливо кивая знакомым. Маргарита Рудольфовна с грустью заметила:
- Знаешь, мне будет не хватать этих людей.
- У нас с тобой появятся новые интересы и новые знакомые. Привыкнешь… - Павел Олегович, казалось, сам не был в этом уверен.
- Наверняка… и все же…
- Ты так переживала, что у меня на работе – кругом девочки. Теперь их не будет. Ты не рада?- Он улыбнулся, обнимая ее за талию.
- Во-первых, я с ними подружилась!- весело рассмеялась Маргарита.- Во-вторых - я всегда была уверенна…
- В себе?
Она не ответила, тут же окликнув проходящую мимо девушку – модель:
- Леночка! Прекрасно выглядишь! Павлуша, правда, она прелестна?
- Да-да,- почти серьезно ответил муж.- Только худая очень. Тебе не надо больше худеть. Сегодня у нас такой плов – подарок узбекского филиала. Советую попробовать.
Экс – президент и его жена удалились, оставив модель в легком недоумении, и Маргарита шутливо рассердилась:
- Негодник! Ты хочешь, чтобы она поправилась и перестала нравиться Андрюше?!
- Главное, чтобы ему нравилась Кира. А где он?
Опять с Сашей ругается?
- Павлуша! Это же мальчишки! Два молодых петуха, им тесно в одном курятнике! Повзрослеют – уймутся.
- Некоторые петухи – особо задиристые – до старости не доживают…
Маргарита нежно прижалась к плечу мужа:
- А некоторые – и дожили, и успокаиваться не собираются.
- Не такой уж я и старый, - улыбнулся Павел Олегович.- Давай все-таки найдем нашего сына, пока они не передрались.
Жданов – старший внимательно оглядел зал. Полный народу, тот сиял от множества драгоценных украшений и искренних, теплых улыбок. Сегодня здесь собрались все друзья компании.
В центре зала располагался балкон с видом на нижний этаж. Над ней провисали цветные ленты, гирлянды, на длинных цепях мелькали фонарики – огоньки, словно маня и завлекая вниз, где можно продолжить веселье с танцами. Там и стояли Андрей и Александр, окруженные весело щебетавшими моделями. Выглядели они преданными друзьями не разлей-вода, только разговор, происходящий между ними, на дружеский совсем не походил.
***
-… Так что, девочки скоро «Zimaletto» разорится, - заключил Александр – молодой самоуверенный человек с волосами красноватого оттенка и темными, немного грустными глазами, столь не гармонирующими с его имиджем. Саша совсем не был похож на чиновника. – Мы с вами окажемся на улице – то есть будем торговать вьетнамскими тапочками на вещевом рынке. Или откроем фирму по оказанию эскорт – услуг прелестным олигархам – это совсем не опасно!
- Какая смелая мечта! – прервал его Андрей. – Полет фантазии! «Zimaletto» под моим руководством через пять лет будет одним из лучших модных брендов Европы! Бенеттон, Морган и Зара окажутся на свалке, а мы будем открывать магазины на Елисейских полях и Оксфорд – стрит!
- Вот именно – «зара»! – передразнил Александр. – Это будет «зара», а «сёня» компания развалится.
Он усмехнулся. Какая-то модель прильнула к его плечу, но Саша не обратил на нее внимания. Его действительно заботила судьба компании. Андрей же его не слушал:
- И все потому, что твоя сестра проголосует за меня на совете директоров. А это, в свою очередь, потому, что она выходит за меня замуж! Очевидно, что я женюсь на ней из карьерных соображений, - но что делать с тем, что я люблю Киру? При девочках говорю!
Саша поскучнел:
- На любой свадьбе обязательно бывает один мрачный гость – сидит в углу и напивается. На твоей свадьбе это буду я.
- Слушай, приходи тогда на мои похороны, а? Придется подождать, зато хоть повеселишься от души…
Оказавшиеся в этот момент рядом родители услышали последнюю реплику сына, и Павел Олегович укоризненно вздохнул:
- Опять ругаетесь?
- Помилуйте! – искренне воскликнул Александр. – Это тактически было бы неверно. Вдруг он все-таки станет президентом компании?
- Вдруг? – театрально удивился Андрей. – Разве есть другие реальные кандидаты?
Полноватый, немного неряшливый фотограф обратился к ним в ту секунду, когда обстановка накалилась до предела.
- Я сделаю снимок, вы не против?
Александр обернулся к объективу, безупречная Маргарита Рудольфовна обняла сына и мужа за плечи.
Скомандовала:
- Мальчики, улыбайтесь…
***
Катя рассматривала фотографию, а Коля заглядывал сбоку, пытаясь читать текст на следующей странице:
- Тут написано, что «Zimaletto» скоро станет семейным бизнесом.
- А сейчас это не так?
- Жданов – старший основал «Zimaletto» вместе со своим другом Воропаевым. Якобы итальянское название «Zimaletto» сработало – шмотки, которые шьют на фабрике типа «Красная швея» в Подмосковье, смотрятся как итальянские, а стоят как китайские.
- Все так делали – те же Боско или Пазолини, - рассеяно ответила Катя. – Русские фирмы «косят» под итальянские.
- Воропаев погиб в автокатастрофе пару лет назад вместе с женой, - продолжал Николай. – Теперь его сын и две дочери входят в состав совета директоров. Так вот скоро семьи породнятся… деньги к деньгам, так сказать.
- У Андрея есть сестра? – удивилась Катя.
- У Андрея есть невеста. Кира Воропаева…
Катя нашла нужную фотографию. Ткнула пальцем:
- Это невеста Андрея?..
***
Вспышка – и Кира с Андреем перестали улыбаться. Как только фотограф опустил объектив, Кира отвернулась:
- Все. Можешь идти к своей Светочке.
- К какой? – с непритворным недоумением спросил Андрей. Он уже привык к вспышкам ревности Киры, но чтобы вот так без повода?
- Тебе виднее! – обиженно ответила невеста. – Только что какая-то звонила тебе на мобильник.
- Милые бранятся?!
Андрей обернулся – перед ним стоял Александр. Опять он здесь.… Пока молчит – выглядит как нормальный человек, а откроет рот - хоть беги. Саша ехидно продолжал:
- Может, тебе посочувствовать? У моей сестрицы тяжелый характер.
Кира шутливо замахнулась на него сумочкой, но Саша увернулся.
- Пострадал невинный! А тот, кто заслужил, чтобы ему настучали, как следует, стоит и улыбается.
Было неясно, шутит он или говорит всерьез. Кира, подыгрывая брату, спросила:
- И чем же он это заслужил? Он за весь вечер ни разу не подошел к Светочке! Ему памятник надо ставить!
- Хорошая тема… рассказываю, - Саша не обращал внимания на тяжелый взгляд Андрея. – Он предложил тебе замужество – и твой голос на совете директоров ему обеспечен.
- Хорошая тема! – передразнил Андрей и вдохновенно повернулся к невесте. – Кира, может, мне сделать предложение и твоей сестре? Это уже два голоса!
Александр уточнил:
- После голосования он может взять свои слова обратно. Подумай об этом, сестрица…
Он ушел. Кира озадаченно посмотрела ему в след.
Вздохнула:
- Саша иногда просто невыносим. Конечно, настоящего предложения я так и не дождалась, но – к чему эти формальности…
- У-у-у!! Ты мне тоже не веришь?! Так…
Андрей вдруг резко схватил Киру за руку, развернулся и потащил сквозь толпу. Взбежав на эстраду, скомандовал ансамблю:
- Тихо! Минуточку внимания!
Легко и быстро он взобрался на небольшую площадку над головами людей. Всем было видно эту яркую, сверкающую переливающимися гранями, стилизованную под корзину воздушного шара площадку и Андрея Жданова на ней. Гости притихли.
- Дамы и господа! - Голос его звучал уверенно, но чуть прерывался от волнения. – В этом зале собрались самые близкие друзья нашей компании, а значит, и мои друзья. В кругу друзей я могу сказать о своих личных планах! Сегодня… я сделал предложение одной прекрасной девушке! И, как ни странно…
- Она согласилась! – подтвердила Кира, обнимая любимого.
- Она согласилась! – подтвердил довольный Андрей. – Ура
Он подхватил Киру и поцеловал. Наконец-то она почувствовала себя счастливой! А кругом все тоже кричат «Ура!», льется шампанское, сверкают вспышки фотоаппаратов.… Свершилось! Именно так она себе это и представляла.
Павел Олегович и Маргарита Рудольфовна переглянулись. Жданов – старший с сомнением покачал головой, а лицо Маргариты озарила радостная улыбка.
Свершилось…
***
Отобрав у родителей журнал, Катя и Николай перебрались в Катину комнату.
- Все-таки они красивые, да? – Пушкарева не могла отвести взгляд от фотографий. – И очень счастливые.
- Ну… Кира – так себе, небрежно ответил ей друг. – Не в моем вкусе. А вот девушка за ее спиной…
- Вот эта? – Катя проследила за его пальцем, и ее взгляд уперся в … Викторию Клочкову! – Слушай, я сегодня видела эту девушку. Она тоже собеседование проходила.
- Да ладно! – поразился Николай. – Познакомишь?
Катя снова взглянула на фотографию Клочковой. Шикарное облегающее платье сидело на девушке безупречно. Огромное ожерелье подчеркивало красивую тонкую шею. Томным сексуальным жестом Клочкова подносила к губам бокал с вином.
Екатерина с сомнением посмотрела на друга.
Шутит? Нет.
Она вздохнула.
- Коля, спустить с небес на землю! Сначала Анжелина Джоли, Бритни Спирс… теперь еще и Вика эта!
- Ладно, уговорила, - он иронично - покорно опустил голову. – Если до пятидесяти лет на суперзвезде не женюсь, сделаю предложение тебе.
- Мы будем идеальной парой!!!
***
Вика и Кира стояли с бокалами у столика в середине зала. Лучшие подруги, они прекрасно дополняли друг друга.
Одна – брюнетка с роскошными кудрями, собранными в высокую прическу, и почти черными горящими глазами, другая – голубоглазая блондинка. Одна – в шикарном светлом платье, другая – в темном. Одна - пламя, другая – лед. И обе – такие успешные, стильные, соответствующие этому залу, этой вечеринке и своему окружению.
Вика завистливо ныла:
- Счастливая ты. А я…
- Ты, по-моему, уже была счастлива? – Кира беззаботно улыбнулась: проблемы подруги были ей далеки.
- Теперь мне нужно найти какое-то новое счастье.
Если ты мне не поможешь - я умру!
- Мужа ты сама найдешь, дорогая, - прохладно заметила Кира, отходя от столика.
Вика устремилась вдогонку:
- Я о работе! Кирилл оставил меня без копейки, ты же знаешь! Я уже полгода в одном и том же хожу, не говоря уж… Кира, я погибаю! – драматически заключила она.
Кира оглядела Вику с ног до головы:
- А ты ожерелье продай. Год будешь жить припеваючи.
- Ожерелье? – ужаснулась Вика. – Это последнее, что я сделаю! Под мостом буду ночевать – а его не отдам! – Она гордо вскинула голову. – Статус не продается! Мне нужна работа.… Ну, Кир, ну помоги, а?!!
Счастливая и благополучная Кира не понимает… да Вика все готова отдать, только бы удержаться на плаву, остаться в кругу избранных, к которому привыкла. И она не хочет ничего менять!
- Секретаршей пойдешь? – усмехнулась подруга.
Вика презрительно скривилась, но ответить ничего не успела. К ним подскочил фотограф, и она сразу изобразила на лице улыбку…
***
- Зачем ей в секретарши с таким ожерельем? – потрясенно пробормотал Николай, жадно разглядывая фотографию.
Темноволосая девушка рассеянно смотрела чуть мимо камеры, и она была прекрасна!
- Может, не на что новое купить? – предположила Катя.
- Тогда оклад должен быть как у президента. Какую зарплату тебе обещали?
- Я не спросила…
Николай не заметил иронии и досадливо махнул рукой:
- Эх, Пушкарева… Может, там две копейки, а ты переживаешь: возьмут – не возьмут. Завтра спросишь.
- Нет… - Катя перевернула страницу. – Смотрю я на эти фотографии и думаю, что Лешка с химфака обожает розыгрыши. Не могли вот эти пригласить меня на должность секретаря!
- Может, на них затмение нашло. – В самом деле, Коля готов был с ней согласиться. Уж очень Пушкарева на их фоне … странно смотрится.
- Нет,- Катя все больше утверждалась в правильности своего предположения. – Это у Лешки просветление случилось.
Решил подшутить. А если так, то компания «Zimaletto» повалится от смеха, когда увидит меня снова.
- Там уже сидит красотка в ожерелье, а тут ты приходишь …
Они на секунду представили эту картину и рассмеялись. Катя воскликнула:
- Вхожу и говорю: здравствуйте, я – Екатерина Пушкарева! А они: кто???
Она перестала смеяться и вздохнула:
- Нет, Коль. Я завтра не пойду. Ни за что не пойду!

+1

6

Глава 5
Она нерешительно улыбнулась.
- Здравствуйте, я – Екатерина Пушкарева!
- Кто?!!
Андрей снял очки. От удивления потерял дар речи. М – да. Он не ожидал, что все настолько плохо…
Жданов – старший понял, что надо брать ситуацию в свои руки. Он совсем не хотел обидеть эту робкую девушку.
- Очень приятно. Чай, кофе?
- Н – нет, спасибо…
- Я Павел Олегович, экс – президент компании «Zimaletto». Это – мой сын, Андрей Павлович, исполняющий обязанности президента. Именно для него мы ищем секретаря. Ваше резюме нас приятно удивило. Вы знакомы с Вячеславом Семеновичем?
- Под его началом я проработала год, - ответила Катя, почувствовав себя увереннее. – В банк меня взяли по рекомендации ректора университета.
Павел заметил:
- С такой подготовкой и опытом вы могли бы претендовать на более престижную работу.
- Я думаю, мне есть, чему поучится, прежде чем претендовать на что – то большее.
Павлу Олеговичу все больше нравилась эта девушка: пусть немного стеснительная, но умная и очень скромная. Также ему понравилась и ее фраза относительно далеко идущих планов. Девушка поставила перед собой определенную цель и, похоже, вполне могла достичь ее. Вероятно, она хорошо знала себе цену, и действительно являлась профессионалом в своей области. Он был достаточно мудр, чтобы не обращать внимания на то, как она выглядит и во что одета. Андрей, безмолвно разглядывавший Катю, наконец, спросил:
- А что вам известно о нашем бизнесе?
- Что у вас самые высокие показатели в области производства готового платья, - начала загибать пальцы Катя. – Что вы принимаете участие в крупных международных выставках, шьете по заказам крупных европейских брендов. Я знаю ваши активы, производственную базу, - она запнулась. – Доступную информацию, конечно.
Отец и сын переглянулись. Ничего себе! Андрей поинтересовался:
- А откуда вам это известно?
- Я читаю экономические журналы.
Вдруг дверь распахнулась, все вздрогнули, Катя нервно оглянулась. В кабинет ураганно влетела Кира. Увидев Катю, притормозила, брови у нее поползли вверх.
- Здравствуйте. А где Вика?
- А Вика опаздывает, - язвительно произнес Андрей. – Или – как это называется? – задерживается. Сейчас я сворю ей кофе, и она как раз, наверное, подойдет. Я обязательно доложу вам, Кира Юрьевна.
Ему очень хотелось задеть свою невесту, которая явно пыталась вмешиваться в дела, ее не касавшиеся! Андрей не терпел вмешательства в свою личную жизнь. Кроме того, ему не нравилась Вика: особа не слишком умная, но очень навязчивая. Кира, сделав вид, что не обратила внимания на иронию, молча развернулась и стремительно вышла из кабинета. Катя продолжила:
- Я могу отслеживать банковские документы, систематизировать их, собирать информацию о продажах, запасах, новостях. Обо всем, что связанно с рынком. Я могу анализировать информацию…
Дверь кабинета снова бесцеремонно распахнулась, и на пороге еще раз возникла Кира – только теперь она тащила за руку немного испуганную Вику.
- Вот, Виктория Клочкова, прекрасный специалист по… - Она, замешкавшись, обернулась к Вике, но та пожала плечами: - … Как это называется?
Подруга хлопала ресницами и широко улыбалась. Она и сама не знала, в какой области она специалист, да еще и прекрасный. Но готова была подтвердить что угодно.
- Виктория училась в МГИМО, - продолжала Кира, подчеркнуто не замечая Катю, выжидательно застывшую на своем стуле – Она прекрасно общается с людьми. У нее есть все необходимые для этой работы качества.
- Кроме пунктуальности, - без улыбки заметил Павел Олегович.
- Этого больше не повториться, - торопливо выпалила Вика.
Кира выдала, как решающий аргумент:
- Она прекрасно варит кофе! По – турецки, по – венски, капуччино…
Вика удивленно посмотрела на Киру: какой такой кофе?!! Нет, она, конечно умеет. Но ведь не кофе же варить она сюда пришла! Она хочет сделать головокружительную карьеру в мире моды… Вернее, найти мужа, прочно и основательно занявшего в этом мире хорошее место.
- Я капуччино не умею, - серьезно призналась Катя.
- Ну вот! Честная и открытая девушка, - Кира победно улыбнулась, словно все было решено.
Однако Павел Олегович так не считал.
- Я тоже не умею, - доверительно сообщил он Пушкаревой. И добавил, обращаясь ко всем, но пристально глядя на сына, что для принятия решения потребуется время.
Катя сразу поняла намек, понуро встала, попрощалась и направилась к двери. Вика, не такая догадливая, а главное – более настырная и уверенная в себе и влиянии своей подруги, - еще постояла, но не получив поддержки и одобрения от Киры, нехотя вышла из кабинета. Воропаева закрыла за ними дверь и решительно посмотрела на Андрея. На ее губах играла все та же дерзкая улыбка. Жданов – младший смутился и с мольбой посмотрел на отца. Павел Олегович не выдержал:
- Кира, деточка, нам с Андрюшей надо поговорить…
Она сверкнула глазами:
- Если вам интересно мое мнение, то все слишком очевидно!
Однако подчинилась спокойному тону президента компании и удалилась. Все-таки она его очень уважала. С Андреем еще можно поспорить, но с его отцом – пожалуй, нет.
Павел Олегович проводил будущую невестку взглядом, обратился к подавленно молчащему сыну:
- Ну а теперь, Андрей Павлович, решай сам…
- Кира права, - Жданов – младший встряхнулся и посмотрел на отца. – Все слишком очевидно…
***
Грустная Катя подошла к выходу, рассеяно миновала стеклянные двери, зажмурилась от яркого солнца. Охранник, все тот же простоватый парень в темных очках, схватил ее за руку, продолжая разговаривать по мобильному телефону:
- Я слушаю. Да… еще раз фамилию повторите! – пристально вгляделся в Катю, так, что ей стало не уютно. – Да … хорошо. – Наконец, обратился к ней: - Пропуск, пожалуйста.
- Вот,- она вытащила розовый пропуск из сумки.
Лицо охранника стало строгим:
- Будьте добры, отойдите от прохода. Вас приказано задержать.
- Почему?! Я ничего не сделала! – Катя слегка занервничала.
- Отойдите в сторону!
Он крепко держал ее за руку.
Было больно и неприятно, но Пушкарева отчаянно пыталась сохранить лицо:
- Вы мне права не зачитали! – съехидничала она.
- Может, еще наручники надеть?
Суровый тон охранника уничтожил последние сомнения: сейчас и вправду наденет наручники.… Только бы не расплакаться у всех на виду! И что за идиотское положение? Мало ей было унижений сегодня, теперь еще этот страж дверей ведет себя как…как последний идиот из какого-нибудь боевика.
- Я знаю, что любое сказанное мною слово может быть использовано против меня. Но что случилось-то?! – Голос ее дрожал.
- Мое дело маленькое, велено задержать – задержал, он гордился, что выполнил свою работу. Просто раздувался от гордости, одновременно силясь сохранить суровый вид. – А уж что ты там натворила – мне не докладывали. И без глупостей! У меня разрешение на оружие имеется. Газовое…
«М-да, решающий аргумент, - невесело усмехнулась про себя Катя. Продолжая вырываться из цепких лап охранника. – Сопротивление бесполезно …»
- Вот хорошо, что вы не ушли еще! Андрей Павлович просил передать, что вы приняты. Завтра утром можете приступать к работе.
- Я?!! – Катя так удивилась, что тут же забыла обо всем на свете.
Охранник, казалось, был поражен не меньше Пушкаревой – он так и остался стоять с полуоткрытым ртом, накрепко вцепившись в Катину руку.
И даже Маша озадаченно замолчала, разглядывая Катю. Да полно вам, неужто таких теперь берут в секретари, да еще в приемную? И все-таки она сочла своим долгом кое – что разъяснить:
- Официально рабочий день начинается в девять. Но все приходят в десять-одиннадцать…
- А я к восьми приду, ладно? – ликующе воскликнула Катя. – Без десяти…
Она была готова и в шесть сюда прибежать, если надо! Чем раньше, тем лучше!
А теперь – домой, сообщить родителям. И Кольке, - он с ума сойдет от такой новости! Катя с трудом вырвалась из мертвой хватки чересчур исполнительного охранника:
- Да отпустите вы меня, наконец!
Она поправила съехавшие очки, попыталась привести в порядок растрепавшиеся в неравной борьбе волосы, поняла, что бесполезно, и махнула рукой. Весело развернулась и, радостно подпрыгивая, побежала по улице. Оглянулась и, задорно улыбнувшись, показала Марии большой палец, мол, все хорошо!
Тропинкина пожала плечами и, проводив ее по-прежнему изумленным взглядом, нерешительно помахала вслед.
***
Кабинет президента фирмы, отремонтированный и заново обставленный, очень изменился. Шкафы, полки с бумагами исчезли, и помещение стало необыкновенно большим, солнечным и, как показалось Павлу Олеговичу, пустым.
На светлых стенах красовались цветные панели и картины. Новый стол – гордость Андрея занял свое место вдоль дальней стены, практически разделив кабинет надвое.
Единственное, что осталось от прежнего хозяина, - высокая пальма в кадке, прекрасно оживляющая угол кабинета. Около пальмы поместились чертежная доска и кожаное кресло.
Забравшись в это кресло с ногами, Кира наблюдала, как Андрей расставляет по полкам безделушки и приятные мелочи. Они придают помещению обжитый вид.
Павел Олегович что-то искал в кладовке. Вышел с кипой бумаг, положил их на край стола.
Андрей присвистнул:
- И часто ты этим пользовался?
- Редко. Но выкидывать было жалко, вот и захламил всю кладовку. А теперь вроде как пора. Странно, что ты стол поменял, а оттуда все выкинуть не успел.
- Руки не дошли.
- Помещение, конечно, небольшое и темноватое, но устроить стенной шкаф вполне можно, - Жданов – старший хозяйским взглядом обвел комнату – кладовку, полупустую и пыльную. Тут много чего еще можно отыскать. Некоторые из бумаг пролежали здесь пятнадцать лет…
Кира поинтересовалась у Андрея:
- Ты ничего сказать не хочешь?
Жданов с трудом подавил глухое раздражение. Почему Кира всегда разговаривает с ним таким самоуверенным тоном – будто она и есть истина в последней инстанции?! Но – наверное, надо быть терпимее…
Он сосредоточился, пытаясь убедить ее хоть в чем – то:
- Кирочка, я вступаю в рискованную фазу своей жизни. Весь мой план может накрыться медным тазом. Поэтому в моей команде все должно быть супер! В том числе и секретарша.
- Если моя подруга один раз опоздала, значит, она годится?? Может, и я не гожусь??? – тихо, чтобы не услышал Павел Олегович, но яростно прошептала Кира.
Андрей примостился на краю ее кресла:
- Кир, давай без истерик? Я ведь понял твой тонкий замысел: ты хотела прикрепить ко мне шпиона. А я не дал тебе этого сделать!
- А тебе есть что скрывать?!
Неожиданно из кладовки вышел Павел Олегович с пыльным дипломатом. Вынес его на свет, любовно разглядывая:
- Мой счастливый дипломат. Представляете, с ним я ходил заключать крупные контракты. Ну и мода же тогда была! – Он отвлекся от разглядывания дипломата и встревожился своей бестактностью: - Я вам помешал?
Они натянуто улыбнулись и вразнобой ответили:
- Нет!
Павел кивнул: значит, помешал, - и снова скрылся в кладовке.
Кира сердито продолжила:
- Значит, эту страхолюдину ты взял назло мне?
- Она хороший специалист! – защищался Андрей.
Его капризная невеста вздохнула так, словно вынуждена была объяснять прописные истины:
- Андрюша, секретарь президента – это лицо фирмы. Ты хочешь, чтобы у фирмы «Zimaletto» было такое лицо?
- По-моему, мы слишком много об этом говорим, - все-таки начал раздражаться Андрей. Нет, сегодня они не поссорятся – решил он, а поэтому примирительно уточнил: - Если я возьму Вику, мы больше не будем ругаться?
- Не будем!
- Давно бы так!
Андрей поцеловал Киру, и она замолчала: удивительно, что он так легко сдался…
А из кладовки снова появился Павел Олегович.
- Никогда не повторяй моих ошибок! – грустно посоветовал он сыну. – Там просто свалка! Всегда уничтожай все прочитанные бумаги. А непрочитанные – тем более.
Андрей торжественно тряхнул головой:
- Согласен! Я буду использовать это помещение по-другому!
Он вышел из кабинета с видом человека, принявшего важное решение. Кира и Павел Олегович недоуменно переглянулись.
***
Катя стояла посреди гостиной и, как школьница на экзамене, четко и внятно отвечала на вопросы родителей. Папа и мама Пушкаревы важно сидели за старинным дубовым столом, накрытым снежной белизны скатертью. Телевизор был выключен, хотя как раз в эту минуту по одному из центральных каналов шел отборочный матч чемпионата на Кубок России по футболу, а по местному телевидению подходил к финалу самый интригующий отечественный сериал.
Но в этот торжественный момент Валерия Сергеевича абсолютно не интересовал исход решающего поединка между «самыми лучшими в мире» российскими командами, а Елену Александровну – судьба героини любимого фильма.
Со стороны могло показаться, что Катерине учинили форменный допрос. Но нет, это было, конечно, не так. И Елена и Валерий, и сама Екатерина получали огромное удовольствие от этой нехитрой игры в вопросы и ответы. Диалог длился уже минут десять, все было уже рассказано, но радостное возбуждение не проходило, и родители требовали новых и новых подробностей.
- А еще что спрашивали? – допытывался Валерий.
- Что я знаю об их фирме. – Катя улыбнулась и вспомнила, как были удивлены отец и сын Ждановы ее познаниями о «Zimaletto».
- А ты что?! – с интересом спросила Елена.
- А я рассказала то, что я знаю об их фирме, - ответила дочь.
- Молодец! – похвалил отец. – А они?
- А они спросили, откуда я столько знаю об их фирме.
- А ты?! – снова задала вопрос мать.
- А я сказала, что читаю экономические журналы.
- А они?! – продолжал выяснять Валерий.
- А они сказали, чтобы я завтра к девяти приходила на работу.
- А ты?.. – не унималась мать.
Возможно, беседа могла бы продолжаться бесконечно, но Валерий Сергеевич прервал поток вопросов:
- Хватит, Лен. – Он тут же озабоченно нахмурился. – Катенька, ты будь там аккуратней! Говорят, в мире моды не существует никаких – как это называется? – моральных устоев. Конечно, на тебя будут обращать внимание молодые люди, но помни…
- Папа! – горячо воскликнула Катя. – Мой начальник – высокоморальный человек! Ты бы видел, какие там все…
- Порядочные? – с надеждой подсказала Елена Александровна.
Катя хотела бы сказать «красивые», но не стала огорчать родителей. Они все равно не поймут.… И вместо этого согласилась:
- Да Порядочные.
***
Не успела за Павлом Олеговичем закрыться дверь, Андрей тут же опрокинул Киру на стол. Он осыпал ее поцелуями, одновременно пытаясь расстегнуть кофточку…
- Наконец-то мы одни! Проверим новую мебель?
Но у Киры мысли текли в другом направлении:
- Ты же выполнишь все свои обещания?
- Все! – Он продолжал ее целовать.
- Ты дашь Вике работу?
Он прижал большой палец к ее губам, внимательно посмотрел ей в глаза и улыбнулся. От этой улыбки дыхание Киры участилось. Она игриво куснула его палец, и Андрей хрипло застонал. Его сильные руки сжали ее в объятьях, а губы прижались к ее губам в поцелуе.
Больше она не могла сопротивляться этому нежному натиску. Ее руки сами обвили его шею, пальцы зарылись в волосы на затылке.
Он прижал ее еще крепче. В его руках девушка превратилась в пылающий факел, рассыпающий вокруг раскаленные искры. Он целовал ее откровенно и страстно, исследуя языком все уголки ее рта, в то время как его руки сжимали и гладили ее тело. Наконец Андрей оторвался от нее и, прижавшись лбом к ее лбу, положил руки ей на плечи:
- Она же глупая. Даже не смогла своего нефтяника на хорошие алименты растрясти!
- Я буду умнее, - усмехнулась Кира, отворачивая лицо, но не отстраняясь. – Но сейчас надо помочь Вике. Ей очень нужны деньги!
- А можно дать ей денег, чтобы не давать работу! – осенило Андрея.
Кира оттолкнула его, но он тут же прижал ее к себе снова, попытался стащить полу расстегнутую кофточку.
- Все – все: и денег дам, и работу дам!
Страстный поцелуй – и Кира снова отстранилась.
Произнесла просительно:
- И еще одно условие.… Пойдем на диван, а? Там – мягче!
Она соскочила со стола в нетерпении. Больше ее не волновала судьба подруги, заботы брата, дела фирмы…
Что же так безудержно влекло ее к этому мужчине?
Не только его обаятельная внешность, хотя она часто фантазировала, как запустит пальцы в жесткие темные кудри Андрея.
Не его деньги, хотя она выросла в мире, где деньги всегда становились решающим фактором успеха.
Не его ум – глупых людей среди ее знакомых не наблюдалось.
Она знала, Андрея как толкового бизнесмена, не просто пытавшегося продолжить дело отца, а создать собственное прибыльное дело. Она знала его как вежливого, но отстраненного начальника в скучных деловых костюмах. Нет, в нем было что-то особенное, резко отличавшее его от всех остальных мужчин.
Теперь она видела его сходящим с ума от страсти настолько, что он готов заниматься с ней любовью прямо на рабочем столе. Любая забыла бы обо всех его промахах и обидах, увидев таким хоть раз. И Кира – не исключение. Все-таки каждой девушке приятно видеть, как великолепный мужчина сгорает от желания к ней…

+1

7

Глава 6
Катя вскочила ни свет ни заря. Солнце еще пряталось за густой листвой деревьев, из открытого окна долетала зябкая свежесть. Катя вздрогнула – то ли от холода, то ли от радостного воображения. В первый раз – на работу в «Zimaletto»! Она задумалась: а в чем идти? Кинулась к шкафу, перерывая свой не слишком обширный гардероб. Елена Александровна, пришедшая на помощь, тоже заглянула в шкаф:
- А может, в этой? – Она вытащила розовую шерстяную кофточку с крупными цветочками. – Помнишь, я тебе ее в прошлом году связала на 8 марта?
- Жарко будет, - тактично отказалась Катя.
- Ой, а я и не подумала. Тогда, может, костюм? Ты в нем прошла собеседование, значит он счастливый!
- Третий день подряд в одном костюме? – Катя поморщилась. С тоской оглядела содержимое шкафа: ряд тяжелых, длинных юбок, старомодных ситцевых блузок и платьев с оборками. Многие вещи достались ей по наследству от мамы, а кое – что – даже от бабушек…
- Да, надо тебе разнообразней одеваться, - согласилась мама. – А вот этот? Строгий белый верх, темный низ.… По – моему, очень хорошо!
Она держала в руках очередную юбку до пола и рубашку с вышивкой.
- Может, у папы спросим? – нерешительно предложила Катя. Валерий Сергеевич всегда был для нее авторитетом.
- Папа пошел машину заводить. Он тебя на работу отвезет.
В подтверждение маминых слов в открытое окно влетел бешеный рев двигателя – но тут же смолк. Потом послышалось тихое бормотание. Отсюда нельзя было разобрать, о чем там Валерий Сергеевич общается со своей старой белой «Волгой», но, похоже, у него что – то не получается. Уж очень древний у них автомобиль. Чудо, что он хоть иногда способен сам передвигаться. Катя в панике вскрикнула:
- Не надо меня на машине!
Она прекрасно знала, чем это может закончиться. Не только к девяти – к одиннадцати опоздать можно! Да и вид их весьма подержанного автомобиля оставляет желать лучшего. Особенно рядом со сверкающими иномарками сотрудников «Zimaletto»… Елена Александровна строго покачала головой, недовольная ее поведением:
- Дочка, не обижай отца!
Катя вздохнула. Она привыкла слушаться. Как ни в чем не бывало, мама продолжала перебирать гардероб:
- А если вот эту юбку с этой кофточкой? Очень нарядно получится.
Катя равнодушно кивнула, глядя на широкую юбку не определенно – темного цвета и рубашку с рюшами:
- Думаю, это самый подходящий вариант, - посмотрела на маму и определила ее следующее предложение: - А вот волосы я завивать не буду.
Она представила себя, как она придет на работу в рюшах и с кудрями, и поморщилась…
- И правда! – торопливо согласилась Елена Александровна. – Ты же не какая–нибудь девочка – секретарша, у которой ветер в голове. Ты помощник президента компании!
Катя быстро оделась, волосы закрутила в тугой узел на затылке. Сумку она собрала еще вчера, да и что там особо собирать! Только жаль, что сумка из желтого и коричневого кожзаменителя не подходит по цвету к ее костюму.… Но, наверное, никто не заметит, - ей же только до компании дойти.
Катя глянула на старые, еще школьные часы на руке:
- Еще пятнадцать минут, и помощник президента начнет опаздывать. А я хотела пораньше прийти, осмотреться, подготовиться.
- Так папа же подвезет! – с надеждой напомнила Елена Александровна.
За окном снова взвыл мотор. Мама с дочкой переглянулись и бегом спустились во двор.
Валерий Сергеевич застыл над открытым капотом своей машины. Двигатель громко чихал на повышенных оборотах. Отец каким-то чудом заметил жену и дочку и, перекрикивая рев машины, гордо прокричал:
- Завелась! Мать, подсос убери!
- Папа! – Катя тоже пыталась кричать, но Валерий Сергеевич ее не слышал. – В первый же день приезжать на машине – это даже нескромно!
Он закрыл капот, вытер руки, гордо уселся за руль и скомандовал:
- Влезай, дочь. Хватит скромничать. И потом, мы не поедем – полетим! Машина военная – скорость офигенная!!!
Он попытался включить первую передачу, но автомобиль снова заглох. Валерий Сергеевич схватился за ключи:
- Сейчас… сейчас все будет в порядке.
Но двигатель, похоже, заводиться не собирался. Иногда он фыркал, но совершенно безнадежно.
- Давайте, подтолкните!
- Катя же испачкается! – воспротивилась Елена Александровна. Она тоже начинала нервничать. Воспользовавшись этой заминкой, Катя выскочила из салона:
- Па! Я лучше на троллейбусе – тут ехать всего ничего.
Больше всего на свете она не хотела опоздать в первый же день.
- На машине – то с удобствами доберешь! – обиженно уверил отец. – Сейчас… сейчас заведется!
- А заведется… - ее осенило, - поезжайте, наконец, с мамой в автосалон, возьмите новую машину в кредит! Взносы я буду выплачивать сама.
- Дочка…
Но Катя уже загорелась новой идеей, и чем больше думала, тем больше эта мысль ей нравилась.
- Мама! Я работаю, и буду получать зарплату. Можем мы себе позволить нормальный автомобиль? А этот, - она постучала по крыше машины, - отдадите в счет первоначального взноса.
- Мою машину! – возмутился Валерий Сергеевич.
Катя с улицы заглянула к нему в окно:
- Папа, это уже давно не машина!
- Не смей так говорить! – рассердился отец. – Когда я тебя в садик на ней возил, не жаловалась…
- Так с тех пор двадцать лет прошло! – пыталась убедить его Катя. Но, не желая расстраивать родителя, сменила тон: - Попочка, милый это очень хорошая машина, только давай, наконец, купим то, что ездить будет дольше, чем заводиться! Тебе же легче станет.
Валерий печально вздохнул. Конечно, дочь права. Только старая «Волга» - она практически член семьи, полжизни на ней проездил…
- Видишь, мать, какая у нас дочка. Не о себе, об отце в первую очередь думает.
Катя побежала к остановке. На ходу обернулась, крикнула им через двор:
- Пока! Удачи! Когда решитесь купить – позвоните мне на работу! Номер я вам оставила!
- Будь умницей! – откликнулась мама, а папа добавил, потрясая кулаком:
- Покажи им, что за люди Пушкаревы!!!
Старенькая «Волга» продолжала надрывно реветь, но родители этого уже не замечали. Они еще долго смотрели дочке вслед, даже когда она скрылась за густой зеленью деревьев…
***
К «Zimaletto» Катя подошла без пяти девять. Сердце колотилось в висках, дыхание перехватывало от радостного волнения.
Она уже привычно подняла голову, восхищаясь зеркальным зданием на фоне голубого неба, улыбнулась и решительно направилась к входу.
Вчерашний охранник тут же заступил ей дорогу. Глянул через темные стекла очков так, словно впервые видит:
- Куда спешим?
- На работу, - Катя попыталась обойти его, но сделать это оказалось непросто.
- Работа – не волк, в лес не убежит! Модель, что ли? – Он рассмеялся, довольный шуткой.
Катя криво улыбнулась. Действительно: модель! С ее – то внешностью! Терпеливо разъяснила:
- Я – новый секретарь президента компании!
Он все так же насмешливо оглядел ее с головы до ног.
- Ну, тогда я – Госсекретарь США Кандолиза Райс! Чего только не придумают, чтобы в здание пролезть. Освободите проход, гражданка! – рявкнул он уже строго.
- Но я же действительно здесь работаю! – вскричала Катя с отчаянием. – Вот придет Андрей Павлович, тогда посмотрим!
Охранник отвернулся, сделав вид, что не обращает внимания на Катю. Непроницательное лицо, темные очки. Весь – образец неприступности… но надолго его не хватило. Он наклонился к Кате, прошептал, будто опасается шпионов:
- Зря стараетесь рассеять мое внимание! О прибытии объекта номер один мне бы уже раз десять…
Сзади незаметно подкрался Андрей и ткнул охранника пальцем под ребро:
- Руки вверх! – рявкнул он и с улыбкой спросил: - Как служба?
Тот подпрыгнул, мгновенно развернулся.
- Доброе утро, Андрей Павлович! – Охранник покосился на Катю: - Тут такое дело, очень подозрительно…
Пушкарева бросилась к Андрею, бестолковый страж сейчас же вклинился между ними, загораживая своего босса…
Андрей отлетел назад, едва сохранив равновесие. Катя подалась к Жданову, но его снова закрыл собой охранник, прижимая к стене. Андрей попытался вырваться, да не тут – то было. Могучее тело охранника металось то вправо, то влево, закрывая его от Кати, тоже не стоящей на месте…
- Стоп! – не выдержал, наконец, Андрей, обещаясь к увлекшемуся охраннику. – Вы что, в «Зарницу» в детстве не наигрались?! Запомните, мне ничего не угрожает. У меня нет врагов, и меня любят подчиненные.
- Он тоже так говорил! – напряженно пропыхтел охранник, продолжая заслонять шефа от «подозрительной» Пушкаревой.
- Кто?!
- Кеннеди!
Андрей развел руками:
- С ума сойти… - наконец, обратился к Кате: - А вы, почему здесь? Вы что, меня ждали?
- Да! Я войти не могла, Андрей Павлович, пропуска нет. – Девушка мстительно поглядела на стража.
- Так срочно сделайте! – раздраженно велел шеф. – Фотография у вас есть?
Она потупилась и покраснела.
- Понятно. Сейчас же идите в нашу фотостудию и сделайте фото на пропуск, - он строго глянул на охранника. – Это мой новый секретарь. Запомните…
Тот пристально оглядел Катю и процедил:
- Запомнил, Андрей Павлович. В лицо!
Жданов молча прошел мимо него, Катя, состроив гримасу, последовала за шефом. Охранник проворчал себе под нос:
- Запомнил. Такое забудешь.… И фоторобота не надо.
Андрей больше не обращал на нее внимания. Неужели рассердился? Он скрылся в лифте, а Катя отправилась искать фотостудию.
Запутанные здесь коридоры – но ничего она освоиться. Быстро отыскав нужную комнату, она приоткрыла дверь и увидела полноватого, кудрявого мужчину перед экраном компьютера.
- За дверь!!! – невежливо рявкнул он. – Я вас приглашу.
Катя не нашлась, что ответить. Кивнув, робко вышла в коридор и огляделась. Светло – серые стены, темно – серый пол. На стенах висят оригинальные фотоработы – наверное, творения этого вот… ее нового знакомого.
-… Для новых магазинов надо постоянно подбирать людей – директоров, менеджеров
Мимо проходили Кира с Таней, и Кира диктовала что-то холодным, немного раздраженным голосом. Она с утра была не в духе. Увидев Катю, приостановилась:
- Так… а эта что здесь делает?!
- Это, собственно новая секретарша Андрея Павловича, - с готовностью ответила Таня, разглядывая Пушкареву. Та ничего не замечала.
Кира с досадой отвернулась. Ну что за напасть! Андрей ведь всегда прислушивался к ее словам, ценил ее идеи и вклад в общее дело.… Почему же в таком пустяке он так уперся? И где Вика? Надо срочно что-то делать.
- Ах, секретарша – а – а… - ледяным тоном протянула она. – Тогда можешь идти. У меня все. Что ты стоишь, иди!
Таня торопливо исчезла. Кира еще раз оглянулась на новую секретаршу Андрея и выхватила из сумочки мобильный телефон.
***
Телефон надрывался. Его пронзительный звук болезненно отдавался у Вики в голове.
Она пыталась спрятать голову под подушку, но вскоре поняла, что телефон просто так не замолчит. С трудом дотянулась до трубки и, не открывая глаз, поднесла ее к уху:
- Алло…
- Спишь? – зло, иронично спросила Кира, и Вика поморщилась: от чего у подруги такой пронзительный голос?! – Молодец, поздравляю!!!
- Ну, встаю, встаю… - Вика бормотала так, словно Кира просила ее об одолжении. Со стоном пожаловалась: - Голова болит, как от «Гиннесса» после «Бейлиса»… Даже хуже.
Кира понизила голос:
- А я, между прочим, любуюсь на это вчерашнее пугало, которое стоит прямо здесь, за моей спиной!
- Какое пугало? Что?..- Вика внезапно проснулась и осознала масштабы катастрофы. – Что?!!
Одеяло отлетело в сторону. Вика сделала неловкое движение и упала с кровати, вместе с половиной подушек. Вскочила на ноги, едва не упав, - по всей комнате в художественном беспорядке валялись различные предметы одежды, обувь, модные журналы и нижнее белье.
Вчера она тщательно готовилась к первому рабочему дню, продумывая новый образ, но забыла, что прибрать все это будет абсолютно некому…
Времена горничных в отелях и домработницы дома остались позади. Комната выглядела как после обыска.
- Эта швабра?! Секретарь президента?! Не понимаю! Что он в ней нашел?!
- То, чего в тебе не обнаружил… идиотка!!!
Вика суетливо схватила зубную щетку и засунула ее в рот, одновременно жалобно воззвав:
- Кира!!! Умоляю!!! Придумай что-нибудь, чтобы он не догадался о моем опоздании!
- Что? Повесить табличку: «Ушла на базу»? Вика! Ты не в школу поступила! – подруга кипела.
- Я проспала, потому что полночи учебник по делопроизводству читала! Вступление в профессию, - Вика с трудом дотянулась до этого самого учебника, лежащего поверх модных журналов и открытого на первой странице.
- Слушай, умница! – отчеканила Кира. – Через пять минут твоя ленивая задница должна оказаться в приемной!!!
Вика вынула бесполезную зубную щетку изо рта:
- Уже еду…
Она рванулась в ванную. Через минуту вылетела оттуда в чулках, моментально влезла в ярко-розовый, узкий деловой костюм. Дрожащими пальцами застегнула на юбке молнию, едва ее не сломав. Схватилась за голову, ощутив под руками «взрыв на макаронной фабрике»… Нет, если она сейчас будет расчесывать свои роскошные кудри, то точно опоздает. Можно и на ходу.… Попытавшись, накрасить один глаз размазала тушь по лицу. Вытерла пальцем. Ну и вид… Ладно, накраситься тоже можно в дороге! Спотыкаясь, Вика влезла в босоножки и, не застегивая их, чуть не на четвереньках, выскочила из квартиры…

+1

8

Глава 7
Андрей Жданов и Роман Малиновский стояли в студии перед длинной вешалкой с готовыми платьями. Коллекция Милко обещала быть в его обычном стиле: воздушной, легкой, своеобразной.
Рядом готовились к показу модели, Ольга Вячеславовна как раз одевала одну из них. Андрей с интересом рассматривал на модели оригинальную блузку – гордость очередной коллекции «Zimaletto». Роман со скучающим видом расположился в кресле и теперь ничего вокруг не замечал, углубившись в журнальную статью о свадьбе своего лучшего друга и Киры Воропаевой…
- Ну как? – вдруг поинтересовался Андрей. Роман, с недавнего времени вице – президент компании «Zimaletto», ничего не ответил, и Андрей повторил: - Как тебе?
Вице – президент даже не вздрогнул. Жданов выхватил из его рук журнал. Тогда только Рома растерянно поднял голову.
Его светлые волосы были слегка взъерошены, челка озорно падала на левый глаз, идеальные брови изогнуты дугой. Когда Рома улыбался, на его щеках появлялись очаровательные ямочки. Он отлично понимал, как реагируют на него женщины, и с неизменным успехом пользовался этим при всяком удобном случае. Андрей указал ему на модель:
- Твое мнение?
Бросив долгий оценивающий взгляд, особенно задержавшийся на ногах красавицы, Роман ответил:
- Недурно.
- Костюм, Рома!!! – хором воскликнули Андрей и Ольга Вячеславовна.
- Тоже… гм… ничего, - без особого энтузиазма откликнулся друг.
Андрей, усмехнувшись, усмехнувшись ему журнал. Модель с интересом глянула на вице – президента.
Интересный молодой человек, блондин … правда, говорят, подруг меняет чуть ли не каждый вечер. Зато веселый. И в красоте понимает толк. Вон как на нее смотрит.
Андрей с улыбкой повернулся к Ольге Вячеславовне:
- Спасибо. Вопросов нет, - позвал Романа: - Идем.
Друг послал воздушный поцелуй модели и поплелся за Ждановым.
Они вышли в холл, Андрей сел за барную стойку, заказав себе сок. Рома устроился рядом:
- Старик, ты меня пугаешь. – На удивленный взгляд Андрея, открыл перед его носом журнал: - Сначала ты на всю страну трубишь о свадьбе, теперь разглядываешь платья вместо девушек! Что дальше?! Начнешь ухлестывать за Милко?!
- Ну, хватит….
- А что? Красивая будет пара!
Андрей попытался объяснить ему:
- Я без пяти минут президент, мне нужно думать о работе! И главное – я действительно женюсь!
- Воля ваша, господин «почти президент», женитесь! – слегка поклонился Малиновский. – Только не кричи об этом на каждом углу. Женщины тебя разлюбят! Еще и мою репутацию подпортишь.
Андрей со стуком поставил стакан на стойку и стремительно рванул к лифту. Вице – президент еле поспевал за ним.
- Кстати, как у вас с Кирой дела?
- Нормально, если не считать того, что ей не понравилась моя новая секретарша.
Рома мечтательно улыбнулся:
- Длинноногая, глупая красавица – блондинка?
- Страшная как сто чертей, скобки на зубах.… Но резюме – сказка!
Друг нервно уставился на Андрея:
- Я чуть не поверил. Больше так не шути.
- Я серьезно.
- Ты ее нанимал, предварительно напившись? – поинтересовался Роман.
- Отстань! У нее отличная подготовка! Экономический факультет МГУ! Стажировка в Германии, два языка…
- Мои опасения подтвердились. Тебе нужен врач.
- Закроем эту тему!
- Немедленно. Только ответь мне на один вопрос.
Андрей резко обернулся:
- Да, она не красавица.
- Насколько?!
Рома замер в ожидании ответа.
Андрей вздохнул. На лице его было написано предвкушение. Да, они еще не представляют! Он ТАК всех поразит…
***
«Не красавица». Катя села перед камерой и попыталась сделать «лицо». Сморщилась, потом округлила газа, скривила губы… на секунду перестала корчить рожи, и тут – вспашка. Она быстро закрылась рукой, но опоздала. Фотограф, облегченно вздохнув, закрыл объектив:
- Все, свободна.
Из принтера вылезли фотографии, и он протянул лист Кате.
- А что мне с ними делать? – растерялась Пушкарева.
- Можно любоваться, а можно в отдел кадров сдать.
- А нельзя ли переснять? – Катя смущенно улыбнулась.
- Можно... Но лучше все равно не получится.
Она окончательно смутилась, а фотограф схватился за телефон:
- Да, прости, пришлось отвлечься. Пришла тут одна, представь, для стенда – «их разыскивает милиция» фотографироваться…
Кате на секунду стало грустно. Она вздохнула и прикрыла за собой дверь. Потом улыбнулась – все – таки смешно жить на свете, когда ты такая несуразная…
***
В это время к «Zimaletto» подлетел ярко – красный автомобиль Виктории Клочковой. С визгом остановился. Вика выскочила, оставив в замке ключи, споткнулась, упала. Схватилась за колено – больно! Хорошо чулки не порвала. Еле поднялась, снова побежала, но тут же чуть не навернулась во второй раз. Может, все – таки стоит застегнуть босоножки?!
Охранник с немым изумлением следил за ее приключениями. Надо отдать Виктории должное, даже в растрепанном виде она была чертовски хороша! Настолько, что охранник, пропуская Викторию, заинтересованно спросил:
- Добрый день, вы на кастинг?
Но Вике было не до охранника. Она перешла на крик:
- Какой, к черту кастинг! Я здесь работаю!
Из здания навстречу вылетела Кира. Гневная, в развевающейся блузке «от Милко» она даже казалась выше ростом, и охранник на всякий случай вжал голову в плечи. Увидев Вику, она тряхнула гладко причесанными светлыми волосами и пробормотала со сдержанной злостью:
- Ну, наконец – то! Не прошло и года!
- Этот… швейцар пытался меня задержать!
- Да я только спросил… - Охранник почувствовал себя не в своей тарелке.
- Запомните, - отчеканила Кира. – Это – новый секретарь президента. Надеюсь, в дальнейшем проблем не возникнет?
- Еще одна, - по – детски изумился страж.
- Еще одна?! – воскликнула Вика.
- Так ведь утром была уже… такая… - Он скорчил страшную рожу и пальцами изобразил огромные очки.
Кира с трудом сдерживала ярость:
- Слышала? Идем! – Повернулась к охраннику: - А та, другая, скоро выйдет. – И снова Вике: - Ты должна ее сделать, сегодня же. И не забудь – мне необходимо знать о каждом шаге Андрея!
Охранник проводил их долгим, непонимающим взглядом:
- Дурдом, блин…
***
Катя вошла в приемную, держа в руках фотографии. Остановилась перед секретарским столом новеньким, полупрозрачным, голубовато – зеленым. На нем стоял включенный компьютер. Наверное, это ее новое рабочее место. Ничего, симпатичное помещение. Большое, светлое: огромное окно, как в президентском кабинете. На полках – папки с бумагами, но полу – кадки с цветами. Новые шкафы – все очень удобно и модно.
Пушкарева подошла к матово – белой стеклянной двери кабинета своего шефа и нерешительно подняла руку, чтобы постучать. Вдруг дверь распахнулась, навстречу Пушкаревой шагнул Андрей, и если бы он вовремя не отшатнулся, Катя постучала бы его по лбу… Поспешно улыбнувшись, пробормотала, словно они сегодня не виделись:
- Д – доброе утро…
- Доброе. Заходите, Клава, - он тоже улыбнулся. Немного смущенно – потому что совершенно не умел себя вести с такими девушками. Более того – он никогда с ними не общался.
- Катя, - поправила она.
- Простите, - Андрей неловко засмеялся. – Я покажу вам новое рабочее место.
Он сделал приглашающий жест внутрь кабинета. Недоумевая, Катя еще раз оглянулась на приемную и прошла за ним. Андрей распахнул дверь в бывшую кладовку:
- Ваш кабинет.
«Кабинет» выглядел жалкой коморкой. Андрею стало неловко:
- Здесь, конечно, сыровато… и, в общем, немного тесно…
- Когда мой папа служил в Забайкальском военном округе, - с энтузиазмом сообщила Катя, - мы жили в квартире, ну вот почти такой же. Всей семьей!
Ее голос глухо прозвучал в маленьком, немного затхлом помещении. Андрей окончательно растерялся:
- Что ж, очень интересно.… Так вот, вам установят две телефонные линии, одна из которых – моя личная. Разумеется, компьютер, Интернет, как положено. Можете оставить здесь свои вещи. Думаю, минут через пятнадцать все будет готово.
Он поспешно вышел.
Катя оглядела свой кабинет. Пробормотала себе под нос:
- Жилищные условия улучшились. Весь встроенный шкаф в моем распоряжении. Если моль не будет возражать.
***
А в лифте Виктория торопливо подкрашивала губы. Кира давала ей последние указания:
- Слушай внимательно. Главное – расписание и личные звонки Андрея должны оказаться в твоих руках!
- А он ничего не заподозрит? Я же твоя подруга…
- В том – то и фокус – с иронией ответила Кира. – Надо войти к нему в доверие! – Она понизила голос: - В четверг совет директоров. Отличный шанс показать, что ты лучше этой кривозубой выдры.
- Легко! Я же два года училась…
Вика снова посмотрела в зеркальце, поправляя прическу, гордо вскинула голову и … больно ударилась затылком о стену лифта!
- О – ох!!! – схватившись за голову, съежилась, почти ничего не слышала…
- Вот и докажи всем, что у тебя есть мозги! – Кира вздохнула. – Хотя иногда я в этом сомневаюсь.
Не везет ей на подруг. Вот, к примеру, Вика – сплошное недоразумение. Если бы их не связывало столько в прошлом.… Хотя, с другой стороны, во – первых, Вика – очень любит деньги и что угодно сделает, если пообещать ей заплатить. А во – вторых – любит шпионские игры и интриги, а значит, и за Андреем сможет проследить.
Вика кинула косметичку в сумку и, вскинув подбородок, гордо вышла из лифта:
- Ну… Я готова!
Сделав шаг, она споткнулась о край ковра и, который раз за сегодняшний день, повалилась на пол. Кира удивленно смотрела на подругу. Все размышления о пользе Вики оказались бессмысленны, а слова закончились…
- Как я выгляжу? – снова беспокойно поинтересовалась Клочкова.
- Если ты немедленно не окажешься перед Андреем, это уже не будет иметь значения!!!
Они ввалились в кабинет без стука. Андрей поднял голову от бумаг и поморщился. Кира заметила, что он с трудом сдерживает раздражение, но широким жестом указала на Вику:
- Позвольте представить – новое лицо приемной! И всего «Zimaletto»!
Вика очаровательно улыбнулась. А Жданов проигнорировал фальшивую радость своей невесты.
Как же упорно она навязывает ему Клочкову, даже не пытаясь замаскировать свои цели.… Жить под вечным надзором – да разве он сможет? И почему Кира не понимает элементарных вещей?
- Доброе утро, - процедил сквозь зубы Андрей. – Я уж не надеялся, что ты появишься, Виктория. Клава!!!
Катя нерешительно вышла из своей коморки. Сразу натолкнулась на злые взгляды Киры и Вики. Почему она им так не понравилась?! Потому что не такая, как они?!
- Я – Катя…
- Андрюша, зачем ты загнал бедную девушку в чулан? – насмешливо поинтересовалась Кира.
- Это ее кабинет.
Кира с Викой переглянулись, едва сдерживая смех. Андрею же была не до веселья.
- Катя, знакомитесь, это Вика. У меня будет два личных секретаря. В течение испытательного срока вы будете делить одну ставку на двоих.
Кира перестала улыбаться:
- Надеюсь, по истечении испытательного срока ты образумишься и поймешь, что тебе нужна только одна. – Она указала на Вику и поцеловала Андрея. – Милый, мне нужно съездить проверить как дела в магазинах.
- Тогда до вечера? – Андрей привлек ее к себе. – У нас презентация, ты не забыла?
- Я, пожалуй, не успею. Но уверена, ты скучать не будешь, - она сказала это так, словно была уверена: Андрей обязательно воспользуется свободой, чтобы завести очередной романчик.
- Тогда до завтра? – лукаво улыбнулся он. Да – да, намечается свободный вечерок!
- До завтра.
Кира еще раз ободряюще кивнула Вике и вышла.
. Она свое дело сделала – устроила Клочкову на работу, а дальше подруга пусть выпутывается сама. А главное – втирается к Андрею в доверие.
- Присаживаетесь, – предложил Жданов Кате.
Вика тут же быстро вышла вперед и удобно расположилась в кресле, Катя же осталась стоять.
- Нам нужно обсудить, как вы будете работать вместе.
«Эта уродина здесь надолго не задержится», - Вика окинула вторую секретаршу вызывающим взглядом: ей вопрос распределения обязанностей казался излишним. Она распорядилась, обращаясь к конкурентке:
- Сделай – ка нам две чашки кофе.
Катя поспешно сорвалась с места, но Андрей тут же остановил ее.
- Подождите! Давайте договоримся сразу…
Снова с трудом подавив недовольство, глянул на Вику и мягко обратился к Кате:
- Садитесь. Кофе не входит в ваши обязанности.
Катя села во второе кресло, а Андрей решительно объявил Виктории:
- Проясним на будущее: если кто-то из нас троих и отвечает за кофе – это ты.
Улыбка сползла с ухоженного лица Клочковой. Зато Катя сразу почувствовала себя увереннее и перевела дух.
- Итак, ваши обязанности, – продолжил Андрей.
- Я могла бы… - Вика снова попыталась проявить инициативу, но он не дал ей закончить фразу:
- … приходить вовремя, для начала?
Клочкова подавилась своей фразой.… А может, не стоит работать? Ну, вот зачем ей эти унижения? Да еще и кофе готовить?! Хорошо бы уйти, но… счета и кредиты, счета и кредиты!!! Бр – р – р!
Андрей обернулся к Кате:
- Вы будете заниматься всем, что связанно с финансами, доходами и расходами. Детали мы обсудим позже. Займитесь ведением документации, расписанием и всеми моими личными делами…
Катя кивнула, делая пометки в блокноте.
- А ты, – он обратился к Вике. – Будешь сидеть в приемной. Принимать посетителей…
- … заниматься связями с общественностью, – вдохновенно продолжила она, – создавать твой имидж, организовывать деловые завтраки или ужины…
- Нет! Просто подносить кофе, – уточнил Андрей.
Вика решила не возмущаться, вспомнив наставления подруги: войти в доверие и заняться личными делами Жданова – младшего:
- Ну… да, конечно, как скажешь. Кстати Андрей, я хотела обсудить… одну мелочь. Я подумала, раз нас двое…- Вика бросила многозначительный взгляд на Катю. – То не было бы логично считать меня… твоим личным помощником? Знаешь, чтобы люди не путали…
- Нет, – снова улыбнулся Жданов ее наивной хитрости. – Логичнее было бы считать личным помощником ее.
Он кивнул в сторону Кати, глядящей на него с изумлением, и снова обратился к Вике:
- Твои обязанности полностью соответствуют твоей должности!
- Как скажешь, – Виктория развела руками. Она чувствовала себя униженной.
- Кстати, моими контактами и личными звонками…
Вика снова радостно заулыбалась и воскликнула:
- Само собой!
Андрей обернулся к Кате:
- … тоже будете заниматься вы.
Клочкова не выдержала:
- Андрей, мы же друзья! Я могу отвечать за твои личные звонки, встречи, записные книжки… да что угодно!
- Нет. С этим прекрасно справится Клава.
- Катя… - прошептала Пушкарева робко, почти шепотом.
- Да, конечно, Катя! – нетерпеливо согласился Андрей и протянул ей свое расписание. – Это мои дела на сегодня. Отнесите в свой кабинет и хорошенько изучите.
Она кивнула и поднялась, собираясь уходить. Жданов откинулся на спинку стула:
- Вопросы?
- Нет, все понятно, спасибо.
- Ну, тогда вы можете идти.
Улыбнувшись, Катя ушла в свою каморку. Вика осталась на месте:
- А вот у меня есть вопрос. Ты уверен, что я вообще тебе нужна? – спросила она.
- Успокойся, ты же будешь лицом компании! – иронично ответил Андрей. – Но главное…
Замерев у двери, Катя прислушалась. Отсюда и в дальнейшем ей будет слышно каждое слово, произнесенное в кабинете Жданова…
- Главное – не мешай ей работать!
Холодно посмотрев на Андрея, Клочкова вылетела в приемную. Он проводил ее долгим взглядом и облегченно вздохнул.
Катя в каморке тоже перевела дух.

0

9

Глава 8
Приемная, в которой предстояло работать, Вике в целом понравилась. Довольно удобная комната – не то, что каморка, в которую Жданов засунул свою серую мышку, вторую секретаршу.
При воспоминании о каморке Вика улыбнулась – это отчасти искупило пережитое унижение. Ведь Андрей ясно дал понять, что она, Виктория Клочкова, уму ни к чему. Так, красивое лицо, встречающее гостей, маленькое приятное дополнение к офисному гостеприимству. Зато она нужна Кире…
Вика вздохнула и достала косметичку. Собиралась сегодня второпях, и теперь ей все время казалось, что выглядит она не достаточно хорошо, все время хотелось что-то подправить.
Дверь открылась, и в приемную вошел Роман Малиновский, вице – президент компании. Вика подкрашивала губы, исподтишка наблюдая за ним. Она пребывала в скверном расположении духа после разговора со Ждановым, но вице – президент вполне мог вернуть ей душевное равновесие.
- Вот за что я люблю нашу компанию! – не здороваясь, воскликнул Малиновский. – Кругом одни красавицы!
Он бесцеремонно обнял Вику, поцеловал ее в щеку, присел рядом на край стола:
- Теперь будем видеться чаще. Ты рада?
Рома оценивающим взглядом посмотрел на Викторию.
Рост около ста семидесяти сантиметров прекрасно подходит к его ста восьмидесяти пяти, очаровательные огромные глаза, стройное тело, высокая грудь. На его лице мелькнула одобрительная улыбка. Без сомнения, эта девушка – само совершенство.
Вика пожала плечами, не отрывая взгляда от зеркала:
- Пока не знаю. Зависит от того, насколько мне здесь будут рады. Ты видел вторую секретаршу?
- Не успел. Есть на что посмотреть?
- Не то слово. Одни очки чего стоят. – Она передернула плечами.
По мнению Вики, таких людей как Пушкарева, вообще нельзя пускать в приличные места.
- Солнце мое! – Роман приобнял ее за плечи. – Не бери в голову, это ненадолго. Может, отметим твой дебют на новом рабочем месте? Как на счет ужина при свечах?
Она уныло мотнула головой:
- Да уж, дебют.… В другой раз. Сегодня я ужинаю с Кирой.
- Буду ждать, – покладисто согласился Роман.
Из кабинета вылетел Андрей. Увидел Малиновского, обрадовался. Размахнул перед ним дверь кабинета: заходи мол.
На пороге Рома обернулся и послал Вике воздушный поцелуй.
Закрыв за собой дверь, он со стоном прилип к ней, огладил руками, как женщину, и повернулся к Андрею:
- Нет, ты видел?! Какая фигура, а?! Картина маслом!
- Ты о ком?
- «О ком»?! Да о Виктории же! Поздравляю! Истинно президентский выбор.
Андрей равнодушно сообщил:
- Предупреждаю: эту особу будет интересовать исключительно твой банковский счет.
- До тех пор, пока я не открою ей другие, не столь явные достоинства… - Малиновский осекся: - Стоп, а как же легендарный муж?
- Он ее бросил. Ты не знал? – удивился Андрей.
Роман довольно потер руки:
- Ну, это точно по моей части! Уж я ей помогу выйти из кризиса. Или, по крайней мере, создам видимость. У меня мурашки по коже, когда вижу эту женщину!
Он наклонился над столом, без особого интереса заглядывая в бумаги. Какая жалость, что здесь, в «Zimaletto», необходимо еще и работать, а не только общаться с прекрасными девушками!
Андрей задумчиво произнес:
- Ты еще вторую не видел. Вот где мурашки!
- Так ты все – таки нанял этого очкастого монстра?!
- Ш – ш – ш – ш… - Андрей приложил палец к губам. – Она здесь!
Вице – президент указал на дверь, ведущую в каморку: «Вот здесь?!» Андрей кивнул, а вслух сообщил:
- Скоро люди начнут подтягиваться на показ. Надо идти.
- Да, – Роман усмехнулся и начал подбираться к каморке. – А то у нашего креативнейшего из директоров начнется истерика.
Андрей остановился у зеркала, поправил галстук, пригладил волосы. Затем скинул пиджак и вытащил из шкафа другой – светлый, более подходящий для торжественного вечера. Он ничего не замечал.
А Роман просто сгорал от любопытства! Закрытая дверь каморки так и манила его. Он на цыпочках пересек кабинет, подкрался к двери и рывком распахнул ее.
На Катиной голове красовалась косынка в мелкий цветочек – новая секретарша, забравшись с ногами на стол, вытирала пыль по верхам и снимала паутину в темных углах.
Она сразу узнала Романа.
Ведь это именно он два дня назад на остановке приставал к хорошенькой девушке и обозвал ее, Катю, «мамашей».
- Добрый вечер, – поздоровалась она.
Роман ее, к счастью, не узнал. Пробормотал:
- Добрый, добрый… - постоял немного и закрыл дверь. Обернулся к Жданову с изменившимся лицом, театрально схватился за сердце и покачнулся.
Андрей попытался сдержать улыбку:
- Ладно тебе… хорош!
- Ну и мымра! – взвыл Роман громким шепотом. – Понимаю, почему ты запихнул ее в этот бункер.
- Так больше некуда, – словно оправдываясь, пожал плечами Андрей.
- Не переживай! Она отлично вписывается в этот антураж.
- Ну чего ты к ней привязался? Еще завидовать мне будешь.
- Я уже завидую, – радостно воскликнул Роман и хлопнул друга по плечу. – Такая отвага… я бы тебе медаль дал. Каждый день видеть ЭТО!
- Она хороший специалист, – спокойно ответил Андрей и вышел из кабинета.
Роман, бросив последний взгляд на плотно прикрытую дверь каморки, направился за ним. На выходе он наткнулся на спину шефа. Андрей недоуменно разглядывал пустую приемную.
- Ну а Вика – то куда делась?!
- Она сказала, что Кира пригласила ее на ужин, – воскликнул Роман.
- Да ну! – Андрей снова разозлился. – Интересное у этой девушке представление о работе.… Значит, на показ она не сочла нужным остаться?
- Зачем? Там полно девиц на любой вкус.
Девицы составляли смысл жизни Романа, и за многие годы дружбы Жданов к этому привык. Но сейчас он был готов взорваться! Андрей с яростью обернулся к другу:
- Ты можешь думать о чем-нибудь другом, хотя бы изредка? Затем, что это ее прямая и единственная обязанность – быть на работе до тех пор, пока я не уйду!
А если мне что-нибудь понадобиться?!
Роман хитро улыбнулся:
- У тебя есть свой скелет в шкафу.
- И вправду!!! – осенило Андрея. – Клава!
- Клава? – Друг согнулся от смеха.
- Ну да, Клава. – Андрей не мог понять, что тут смешного. – Имя у нее такое Клава!
Катя с готовностью выскочила из кабинета.
- Вы мне нужны сегодня вечером. Я прошу никуда не уходить, пока я вас сам не отпущу. Сегодня показ, и, если мне что-нибудь понадобится, я вам позвоню. Хорошо?
- Конечно. Я буду здесь. Меня зовут Катя, – поправила она тихо, но настойчиво.
Вновь выйдя из кабинета, Жданов торопливо запер замок – он уже боялся опоздать. Роман наблюдал за ним с изумлением:
- Ты хочешь закрыть ее там?!
- Привычка, – усмехнувшись, Андрей открыл дверь и распахнул ее.
- Идем, экспериментатор. Искал умную и красивую секретаршу – и нашел. Реальное разделение труда: ноги отдельно, мозги отдельно!
***
Катя, приоткрыв дверь, убедилась, что все ушли, и она осталась одна.
Привычная легкая грусть охватила ее. Сейчас они все будут веселиться на показе, а она вынуждена сидеть одна в темной каморке…
Заметив пиджак, небрежно брошенный на стуле. Стоило расправить его, повесить хотя бы на спинку. Она тихонько подошла, взяла пиджак в руки – тот еще хранил тепло Андрея Павловича…

0

10

Глава 9
Расстроенные девушки – помощницы готовили зал к показу. Уже были накрыты столы, на многих их них красовались большие блюда с бутербродами и бутылки с шампанским. Высокая, решительная Шурочка – помощница Малиновского, раздавала указания официантам. А пухленькая Татьяна, помощница менеджера по персоналу, все время таскала с ближайшего стола закуски и жевала, жевала, жевала! Шура, наконец, ее одернула:
- Татьяна, прекрати. Гостям ничего не останется, начальник по стенке меня размажет. Пожалей подругу!
Тяжело вздохнув, Таня отошла от бутербродов. Мимо нее бегали официанты. Все заняты, а она стоит здесь просто так. И, между прочим, очень хочет есть…
- Закончится показ, тогда можешь сметать все, что на глаза попадется, – строго сказала Шура. – А сейчас – пожалуйста, потерпи.
- Так не останется же ничего! – жалобно заныла Татьяна. – Налетят на халяву, как саранча…
Шура критически оглядела подругу. Лишний вес Татьяны все больше бросался в глаза, особенно в последнее время. Она ела целыми днями, жевала почти непрерывно то пирожки, то бутерброды, то пирожные. Подруги смотрелись рядом как Дон Кихот и Санчо Панса, потому что Шура, тоненькая и стройная, имела очень высокий рост и очень этого стеснялась.
Возможно, она могла бы стать моделью – ведь девушки с такими данными ой как требуются на подиуме, если бы не одно «но» - хулиганская внешность. Взлохмаченная мальчишеская прическа, отчаянные глаза, резкие черты лица, порывистые движения. Впрочем, и в этом был свой плюс: хулиганы ее сторонились. Потому что ростом не вышли.
- Предлагаю пойти на показ, – вмешалась в их разговор худенькая блондинка Света с печальными глазами, которые, казалось, почти всегда полны слез. Очки усиливали этот эффект и делали ее взгляд трогательно беззащитным, но в тоже время придавали своей обладательнице вид строгой учительницы.
- Что ты им покажешь, Светик? – Шура усмехнулась, глядя на наивную подругу. – Ради Бога, давайте без этого. Нас не приглашали.
Таня удивилась:
- Что такого? Разве мы здесь не работаем?
- Тебе мало прошлого раза? – рассердилась Шура. – Милко поднимет визг, и нас опять выставят с позором. Мы же оскорбляем его утонченное эстетическое восприятие мира и чувство прекрасного! Забыла?!
Они вовсе не были уродливыми и понимали это. Просто нормальные, обычные женщины, каких миллионы. Красиво одетые – все - таки в модном доме работают. Но на взгляд Милко – «банда», старающаяся навредить ему, великому гению.
Почему-то всегда получалось так, что случайная встреча девушек «Женсовета» и Милко несла неприятности. К тому же они все – таки не так прекрасны, как модели, с которыми он привык ежедневно общаться, – а значит, уродины!
А модели действительно были прекрасны.… Через приоткрытую дверь гримерной было видно, как те бегают по мастерской в нижнем белье и бусах из больших, блестящих, полупрозрачных шаров. Там же суетился маэстро, кричал со своим забавным акцентом:
- Девочки, сегодня великий день для Милко! Вы не должны подвести меня! Вы мои королевы, императрицы!
Никто его не стеснялся: все знают, что женские красоты Милко не интересуют.
Ольга Вячеславовна помогала девочкам одеваться, одновременно успокаивая взвинченного Милко. Вскоре к ним присоединились Жданов и Малиновский – проверить, все ли готово к первому самостоятельному показу Андрея. Самая красивая из моделей, Анжелика, пепельная блондинка с огромными, загадочными глазами, подошла к Жданову, тесно прижалась к нему, нежно обняв руками его за плечи.
- Еще немного, – прошептал Жданов ей на ушко, – и я на тебе женюсь.
- Я не возражаю, – девушка изобразила томную улыбку. – Но вот только что скажет Кира?
- Я думаю, она ничего не узнает….
Милко, в последний момент решивший поправить сложное плетение на подоле платья Анжелики, выпрямился:
- Тебе лишь бы жениться и разводиться. Ты разбиваешь сердца девушек, и … - Он состроил кокетливую гримасу. – Мужчин, пожалуй, тоже.
- Да ты, Милко, похоже, ревнуешь? – осведомился Роман, выныривая из-за спины Андрея.
- Ах ты, шутник! Но я люблю серьезных мужчин! – Маэстро закатил глаза, всем своим видом показывая, что и Малиновский мог бы претендовать на его сердце.
- А я люблю реальных женщин! – уточнил специально для маэстро Роман, чтобы уж точно никаких сомнений в его ориентации не возникло. Впрочем, насчет предпочтений Малиновского ни у кого не было никаких иллюзий…
В том числе и у Милко:
- Надеешься, что меня это волнует? Перед показом Милко думает только об одном – полюбят ли меня критики!
- Еще как полюбят, – заверил его Андрей. – Все пройдет как по маслу, не переживай. Кстати, сегодня у нас будет этот … черт, забыл, как его зовут… – Он обшарил карманы и с досадой воскликнул: – Забыл визитницу в другом пиджаке!
***
Кате было чем заняться. Она разложила папки по полочкам высокого шкафа. Здесь же, на полках, расставила принесенные из дома фотографии в рамках. Небольшому букетику цветов, купленному в обед на остановке, тоже нашлось место. Каморка понемногу приобретала жилой, даже уютный вид. Темновато только здесь, и по-прежнему пахнет сыростью. Но ничего: когда дверь открыта настежь, то и вовсе неплохо.
Зазвонивший в кабинете начальника телефон заставил ее вздрогнуть. Катя схватила трубку, набрала в легкие больше воздуха и, стараясь говорить как можно увереннее, старательно произнесла:
- Компания «Zimaletto», приемная господина Жданова, слушаю вас.
Незнакомый голос вкрадчиво осведомился:
- А как бы мне, девушка, с господином Ждановым побеседовать?
- К сожалению, в настоящее время его нет на месте.
- Естественно. Он, то есть я, на показе, – голос перестал быть вкрадчивым. – Клава, это Андрей.
- Катя, – привычно поправила она. – Извините, Андрей Павлович, я вас не узнала.
- Не удивительно, вы не слышали мой голос по телефону. Катя я забыл визитницу в кармане пиджака, а она мне нужна. Срочно. Вы не могли бы принести мне ее? Я в зале, где проходит показ. Найдете?
Катя решительно вскочила со стула:
- Да, конечно. Сейчас.
Она метнулась к пиджаку, выхватила из кармана визитницу и, как была, в смешно повязанной косынке, торопливо побежала к лифту. Ведь Андрей Павлович сказал, что срочно…
У входа в демонстрационный зал Пушкарева столкнулась с дамами: Шурой, Светой, Машей Трапинкиной, Таней и Амурой – загадочной и таинственной помощницей Киры. Катя стрелой пролетела мимо них, исчезла среди гостей. Маша, едва успевшая заметить это вторжение, воскликнула:
- Ой, мама дорогая, что сейчас будет!
- Сколько продержится? – загадала Света.
- Один раунд, максимум, – Таня вздохнула, поправила очки. – Потом у Милко случится инфаркт.
Приподнявшись на цыпочки, Маша вглядывалась в толпу, пытаясь отыскать новую секретаршу Жданова:
- Что-то никого.… Смотрите-ка, не вышвырнули! Странно, девушки.
Таня решительно стала притискиваться внутрь.
- Ну, знаете, раз ей можно, то нам и подавно!
Она стремительно метнулась к накрытому столу и быстро, пока Шура не успела возразить, схватила еще один бутерброд.
***
- И как ты рискнул позвать Пушкареву сюда? – наставительным тоном выговаривал Жданову Роман. – Она же умрет от ужаса, когда увидит, что здесь происходит. И сама всех распугает.
- Девочки, не пугайтесь! – предупредил Андрей и запнулся, глядя на замершую в дверях Катю, без сомнения, слышавшую его последнюю фразу.
От обиды у нее перехватило дыхание. Как это больно, когда все вокруг судят тебя только по внешности! Им никогда не понять человека, от рождения лишенного всего того, что есть у них: красоты, уверенности… Ей очень хотелось провалиться сквозь землю. Но Катя, решительно протянув ему визитницу, лишь произнесла дрогнувшим голосом:
- Вот то, что вы просили.
Модели вокруг разглядывали Пушкареву с непосредственным любопытством, словно какую-то диковину.
- Клиенты подтягиваются, пора, – сообщила Ольга Вячеславовна.
Милко, услышав про клиентов, немедленно впал в панику:
- Вы меня с ума сведете! Почему никто не готов?! Девочки, вы нечего не забыли? Сегодня вы не рыбки, вы бабочки. Порхайте по подиуму, то есть по лугу. Резвитесь, опыляйтесь, танцуйте в воздухе. А вы Олечка, будете шмель.
Модели столпились у зеркал, в маленькой гримерной сразу стало тесно.
- Начинаем, – сосредоточено объявил Андрей. – Мне понадобится «Демо»!
- Черт, все осталось в мастерской, – Ольга Вячеславовна помрачнела.
- Ольга!!! – Милко вскрикнул так, словно его резали.
- Но если шмель сейчас улетит, вы здесь обязательно что-нибудь перепутаете!
- Даже не говори такое. Улетит! – Милко всплеснул руками. – Ни на секунду не оставляй меня. Бедный Милко! Все на него наплевывают …
- Я могу принести… – робко вмешалась Катя. – Только … объясните, что это?
- «Демо» – набор эскизов. Они должны быть в мастерской, на столе.
Найдете? – Андрей говорил не уверенно, будто сомневался, стоит ли поручать новенькой такое важное дело…. но в тоже время смотрел так, словно она Пушкарева, была его последней надеждой.
- Попробую!
- Катенька!..
Она снова скрылась в толпе. Андрей провел ее удивленным взглядом и перевел взгляд на Ольгу Вячеславовну, которая только руками развела: вот оно как, оказывается.
Пустой коридор, тяжелые занавеси мастерской. Катя запуталась в них, налетела на манекен, судорожно обхватила его руками и едва удержала. Крадучись, прошла вглубь кабинета, к столу, на котором стоял, тихо шелестя, невылеченный компьютер. Тут в художественном беспорядке лежало много бумаг. Она взяла альбом – но нет, это явно не эскизы. Нерешительно поискала на столе – ничего похожего. Тогда Катя поискала на шкафу. Вот они, конечно ….
Когда Пушкарева, как вихрь ворвалась в гримерную, модели были почти готовы к выходу. Анжелика стояла перед зеркалом, в воздушном платье, на высоких каблуках, гордая и красивая. На шее у нее были все те же бусы из огромных, сияющих сфер – символ новой коллекции…
Вокруг нее вертелся взволнованный Милко:
- Анжела, ты идешь первая. Не забудь, ты – бабочка, а не бабушка. Слушай меня! Царственность, величие – поняла?! Смотри, как я это делаю.
Он прошелся по маленькому помещению, изящно развернулся. Анжела кивнула – и это движение, действительно, получилось у нее царственным. Катя метнулась в одну сторону, в другую – Андрея нигде не было. Она рискнула подойти к Милко:
- Простите…. Вы не подскажите, где я могу найти Андрея Павловича?
Милко шарахнулся от нее, как от чумы. В бешенстве вскрикнул:
- А ну марш отсюда! Быстро, быстро, – загородив Катю собой, с ноткой паники в голосе обратился к моделям: – Девочки, не смотрите на нее, не сбивайте настрой, только на меня! Анжела ты неправильно летаешь. Так летает бомбардировщик: жестко, неотвратимо. Ты бабочка, у тебя нет прямой траектории. Ты капризна: могу летать сюда, могу туда. Давай еще раз, туда-сюда….
- Он уже в зрительном зале, – торопливо, не отрываясь от работы, бросила Ольга Вячеславовна. – Иди скорее в зал.
Неопределенным жестом она махнула в сторону сцены. Катя тут же устремилась в указанном направлении. Милко попытался поймать ее на бегу, но не успел….
На подготовку этого показа ушла уйма времени и сил. Можно сказать, что последние полгода у Милко не было ни одной свободной минуты, и от этого больше всего страдала его личная жизнь. Мало того, Милко даже пришлось отказаться от нескольких очень выгодных деловых предложений. Но сегодня все его труды окупились с лихвой. Зал был полон. Ни одного свободного места! Все приглашенные – люди, которым ничего не стоило выложить сотни долларов за входной билет. Это обещало много новых заказов, признание, славу, друзей….
….Вместо того чтобы подождать шефа в углу за кулисами или спуститься к зрителям, Катя вылетела на подиум. Там, перед полным зрительным залом, в лучах света, на фоне огромной буквы «Z» стоял Андрей. Он готовился открыть показ. Едва музыка стихла, «почти президент» произнес в микрофон:
- Дамы и господа, сейчас вы увидите нашу новую коллекцию! И продемонстрируют ее вам самые красивые женщины.
За его спиной, из-за кулисы, появилась Катя. По залу прокатились смешки. Споткнувшись о ступеньку, Пушкарева с грохотом упала и, запутавшись в своей безразмерной юбке, буквально поползла на четвереньках вдоль задней стенки подиума. Яркий луч прожектора тут же переметнула на нее.
Катя ничего не понимала, кроме того, что попала куда-то не туда. Неуверенно улыбаясь, она старалась хоть что-то разглядеть перед собой, но, увы, это было невозможно: неожиданный свет ослепил ее. Впереди она услышала голос Жданова, а значит, ей – туда.
- Андрей Павлович!
Он растерянно обернулся. Волна смеха все нарастала…Милко театрально схватился за сердце и, пошатываясь, отошел на несколько шагов от входа, будто ему нанесли смертельный удар. А Катя бестолково продолжала движение вперед:
- Андрей Павлович!
Жданов застыл. Эта сцена, произойди она где-то в другом месте, с кем-то другим, заставила бы его рассмеяться, но не здесь и не сейчас. Он испытывал совсем другие чувства: обиду, разочарование, ярость. Из-за кулис раздавался жалобный шепот Милко: «Назад, назад!» – но Катя его не слышала: наконец-то глаза привыкли к свету, и она увидела шефа…Тот в ужасе, и даже, как ей показалось, с отвращением махал руками:
- Как вы сюда попали, Катя?!! Вы откуда пришли?! «Господи, как убрать ее со сцены? Как?» – в панике думал Жданов и знаками показывал Кате, что ей надо уйти. Но новая секретарша знаков не понимала. Она, совсем растерявшись, упорно продолжала двигаться вперед.…И вдруг оступилась, слетела со сцены – прямо в зрительный зал. Ее подхватили чьи-то руки…зрители разразились хохотом…папка с эскизами разлетелась. Катя попыталась подняться, но безуспешно. Все, что она видела, это лицо Андрея. И его выражение было ужасающим.
- Я эскизы принесла, – беспомощно прошептала Катя.
- Вы с ума сошли! – гневно шипел Жданов, помогая ей взобраться на подиум. – Быстро уходите. Туда, откуда вышли.
Она хотела что-то сказать в свое оправдание, но не знала что и, сгорая от стыда, бросилась прочь, за кулисы…
Андрей повернулся к развеселившейся публике. Широко улыбнулся:
- Вы увидели, что случается с женщинами, которые не носят одежду «Zimaletto». А сейчас на подиум выйдут те, кто следует советам нашего Милко. Вот они – прекрасные, воздушные, уверенные в себе!
Зазвучала музыка, на сцене появилась Анжелика. Подогретый смехом зал взорвался восторженными аплодисментами. Модель двигалась как бабочка, легко, красиво, свободно. Следом за ней появилась еще одна…
Андрей вытер со лба пот и перевел дыхание.

0

11

Глава 10
Девочки « Zimaletto» уплетали бутерброды, шумно обсуждая оригинальное начало показа.
- Эта девица – как новое средство для снижения аппетита, – поделилась соображениями Таня, все мысли которой, как правило, были заняты диетами.
- Откуда она взялась?
-Это новая секретарша Жданова, – сообщила Маша, как всегда, знавшая больше всех: во – первых, потому что работа обязывала, во – вторых, потому что любопытство – одна из главных черт ее характера.
- Бывает, – предположила Шура. – Ему, наверное, модели опротивели. Захотелось разнообразия.
- Это не все! Он взял еще одну. Для разнообразия, видимо, – модельной внешности, – добавила Маша с неприязнью. Вика не понравилась ей с первого взгляда, и пока что без особых на то причин.
Светлана в недоумении развела руками:
- Я понимаю: ручка запасная или носовой платок. Но чтобы секретарша! Тань, а ты ведь знала. И молчала!
- Клянусь, документы еще не оформляли, – поспешно сообщила Татьяна. – Самое главное, я ее на собеседовании видела. Уверена была – эту не возьмут. – Она вспомнила загубленное в столкновении с Пушкаревой пирожное и вздохнула.
- Вторую сама Кира привела. Так что у этой шансов немного, – Маша взяла следующий бутерброд.
Света уверенно возразила:
- А по – моему, она задержится. Раз уж такую взяли – значит, было за что. Что-то она умеет… особенное.
- Кошмар! – ужаснулась Шара. – Ты на что намекаешь?!
Все уставились на Свету в немом изумлении.
- На знания и образование, а ты что подумала? Я за эту. Терпеть не моргу смазливых пустышек.
Девушки азартно переглянулись.
- Спорим, выгонят красотку?!
- Спорим. – Таня вздохнула. – Я в сказки не верю.
Выгонят страшненькую.
- Выгонят обеих! – предположила резкая Шура, но, не выдержав укоризненный взглядов подруг, смутилась: – А что такое, могу я помечтать? Ладно, ставлю на страшненькую. Ее шеф оставит работать… телохранителем!
- А я с Таней, – решила Маша. – Проигравшие ведут остальных на мужской стриптиз.
- Какой стриптиз! – Шура махнула рукой.– Теперь, после показа, она долго не протянет. Если ее сейчас же не придушит Милко, то чуть позже убьет Андрей.
Словно в подтверждение ее слов появился разъяренный Милко. Девушки вздрогнули и замолчали. Он находился в таком настроении, что лучше было ему на глаза не попадаться. А тем более им, дамочкам «Женсовета», как они сами себя окрестили.
Позади маэстро, чуть запыхавшись, бежала верная Ольга Вячеславовна. Он закатывал глаза и хватался за сердце:
– Сюда ее! Сейчас же!!! Нет, это невероятно! Уму непостижимо! Фантастика! Катастрофа!!! Откуда она взялась?! А! Я знаю! – Милко метался в холле, распугивая клиентов, и акцент его от волнения стал сильнее, чем обычно.– Ее подослали конкуренты! Точно, ее специально внедрили перед показом. Чтобы сорвать все, что я создал собственным талантом, собственной кровью !!!
– Маэстро! – Ольга Вячеславовна сохраняла хладнокровие. – Вашу прекрасную работу невозможно испортить. Успокойтесь! Хотите воды?
– Я хочу умереть! – драматически вскричал он. – Нет, я хочу убить ее! Ждали прекрасных бабочек…
– Бабочек, – тихонько поправила Ольга.
– А выползла… гусеница.
– Гусеница, – снова поправила Ольга, но Милко тут, же горячо возразил:
– Нет, не гусеница – змея! И она отравила Милко!
Он вцепился в стакан с водой, доданный верной помощницей, жадно поглощая содержимое. Ольга Вячеславовна косилась на «дамочек», еле сдерживающих смех, и тихонько грозила им кулаком из-за спины маэстро.
В этот не удачный для себя момент в холле появилась Катя. Ей лицо выражало растерянность и раскаяние. Еще бы – в первый же день так прославится! Ей хотелось хоть как-то исправить положение.
Заметив Милко, Катя направилась к нему. Ольга Вячеславовна попыталась показать девушке, что лучше уйти, но та была исполнена решимости. Милко, увидев своего врага в двух шагах, от неожиданности поперхнулся и закашлялся.
– Я хотела попросить у вас прощения за то, что испортила показ. Я, правда, не хотела, – Катя с робостью заглянула в побледневшее лицо маэстро.
– Не хотела?! Ты меня убила!!! Милко не пережует…
– Не переживет, – торопливо поправила Ольга.
–… не переживет позора! Чего еще можно ожидать от такой девицы, с такой физиономией, в такой одежде!!! – Маэстро брезгливо указал на мятый подол Катиной старомодной юбки.– Исчезни, вырой себе нору, уезжай на Северный полюс, только с глаз моих долой!!!
Низко опустив голову, Катя ушла. Сомнений не осталась: она сорвала показ, все испортила, и эти люди никогда не захотят с ней работать. А Милко от нее просто трясет…
– Дорогуша! Это успех! – Кто-то тронул маэстро за плечо.
Подпрыгнув от неожиданности, Милко обернулся и увидел одного из критиков, старого знакомого, такого же ухоженного и жеманного мужчину, как и он сам. Расцеловавшись с критиком, Милко с сомнением в голосе уточнил:
– Ты считаешь, успех?
– Несомненно! – с жаром воскликнул тот. – Воздух и огонь! Страсть и нежность! Секс и…секс, – он обнял Милко и кокетливо подмигнул. – Чудно, прелестно. Поздравляю!
Ольга Вячеславовна вздохнула с облегчением…
– А какое начало! – воскликнул критик.
Милко тут же напрягся, схватил его за плечи, собираясь, объясниться… но тот продолжал, восхищается:
– Это твоя находка, озорник? Такая милая, нелепая клоунесса! В Милане весной пытались сделать что-то подобное, но у них получилось не так естественно. Чудно, прелестно!
Маэстро расцвел от похвалы. Надо же, как неожиданно: провал обернулся победой…
– Да, это… моя находка...
Ольга облегченно вздохнула – гроза миновала: показ закончился, критики в восторге, маэстро доволен…
– Когда идем гулять, а Светочка? – радостно спросила Маша, предвкушая мужской стриптиз, да еще за чужой счет…
– Подождите, – отрезала Светлана, хотя уже осознавала свое поражение. – Пока приказа нет – и проигрыша нет.
Проводив маэстро, удалившегося в обнимку с критиком, Ольга Вячеславовна присоединилась к девочкам.
– Ну, как там Милко? – поинтересовалась Света.
Ольга усмехнулась:
– Лавры пожинает. Но не устает повторять, что эту Хиросиму надо убрать от него подальше.
– Почему Хиросиму-то?
Сообразительная Таня ответила вместо помощницы Милко Вукановича:
– Потому что он ее боится, как атомной войны. Ну что, девушки, все-таки придется, вам раскошелится. Похоже, красивая победила. Пушкареву уволят.
Они вздохнули невесело: все-таки Катю было жалко.
***
Катя тем временем засыпала, сидя за столом в коморке. За окном давно стемнело. Вокруг был наведен образцовый порядок, других дел не осталось, и Катя старалась не уснуть, дожидаясь Андрея Павловича. Ей было стыдно за свой не удачный первый день. Почему с некоторыми людьми глупые случайности такого рода происходят постоянно? Почему она не может все делать, как другие люди?
Услышав шаги Жданова, Катя встряхнулась, выглянула из коморки и замерла в дверях. Она, старалась не привлекать к себе внимания, тихо переминалась с ноги на ногу, виновато глядя на шефа, но он не заметил ее. Даже не удостоил взглядом! Прошел к своему столу, присел, принялся изучать бумаги. По прошествии нескольких минут он поднял голову и, как с глубоким удовлетворением отметила Катя, более внимательно посмотрел на нее. Это был долгий изучающий взгляд, охвативший ее всю, от головы до кончиков стоптанных туфель.
Он устало удивился:
– Вы еще здесь?!
– Вы же велели не уходить, пока сами не скажите, – робко напомнила она.
– А я разве не сказал?
– Нет.
– Говорю. Можете уходить.
– Совсем? – едва не разрыдавшись, вымолвила Катя. Она была уверена, что первый день работы стал для нее и последним.
– Совсем,– Андрей помолчал и уточнил: – До завтра.
Неужели не уволил?! Катя заговорила, горячо, захлебываясь, не веря своему счастью:
– Андрей Павлович, простите меня, пожалуйста. Так глупо получилось сегодня. Я никогда не была на показах и не знаю, что к чему… Я обещаю – этого не повториться!!!
– На этот раз обошлось, – он говорил вежливо, но абсолютно безучастно. – Впредь будьте, пожалуйста, осторожнее. Да, и… не показывайтесь на глаза Милко. Хотя бы на этой неделе.
Зазвонил мобильник. Андрей оживился и радостным тоном выкрикнул в трубку:
– Да. Уже иду. Уже лечу!
Не попрощавшись, он быстрым деловым шагом вышел из кабинета. Катя осталась стоять на месте. Перед глазами – вновь небрежно брошенный пиджак Жданова. Она смотрела на него и – ей никуда не хотелось уходить…

0

12

Глава 11
Тихая музыка, бесшумное скольжение официантов и аппетитные блюда немного исправили настроение Виктории Клочковой. Она наслаждалась привычной, привычной средой дорогой и беззаботной жизни, с удовольствием пила красное вино и слушала лучшую подругу. Оказывается, Кира чувствовала себя не такой уж счастливой – и это вызывало у Вики противоречивые чувства. С одной стороны, конечно, она радовалась, потому что зависть к удачливой и более обеспеченной подруге была невыносима. А с другой – Вика страстно желала ей помочь. Накрыть Жданова, поймать его на измене, лучше всего – застать на месте преступления! С любовницей…
– Я не понимаю, почему ты не осталась с ним на показ? – допытывалась Вика, предполагая, что самое лучшее средство от измен – личное сопровождение.
– Думаешь, мне нравится смотреть, как вокруг него стаями вьются эти полуголые ведьмы? Господи, как мне все это надоело! – Кира вздохнула. – А еще мой братец добавляет. Пытается меня убедить, что Андрею нужна не я, а голос на совете директоров. Может, он просто ревнует?
– Если и ревнует, то не тебя, а Андрея. И не к тебе, а к компании. Президентом станет Андрей, вот он и бесится!
Кира усмехнулась:
Каждый тенят одеяло на себя, а на меня всем плевать!
– Я бы на твоем месте не парилась! – легкомысленно предложила Вика. – У тебя все в шоколаде. Выходишь замуж за Андрея. Не муж, а мечта!
Официант принес счет и вручил его почему-то Вике. Она взяла кожаный прямоугольник и, не открывая, принялась вертеть в руках. С некоторых пор любые счета вызывали у нее неприятные ощущения. После развода с мужем она впервые остро почувствовала, что продолжать прежний образ жизни становится все труднее. Небольшие накопления закончились, нового мужа не намечалось, а экономить Виктория не умела. Да и от чего отказаться?! От ресторанов? От платьев? Может быть – от машины? Любое проявление бережливости, была уверена Вика, – это шаг к нищете…
– Да уж, мечта. Жаль, не только моя. Вот я и сторожу его верность, как цепной пес. Я его люблю. Но похождений на стороне не потерплю…– Кира, наконец, заметила странное поведение подруги: – Что ты его мусолишь? Давай сюда!
Вика с радостью избавилась от счета и блаженно откинулась на спинку стула, предоставив подруге возможность расплатиться единолично.
– Он все время что-то скрывает от меня, а когда спрашиваю – отшучивается. Довел меня до того, что я проверила его мобильник…
– И что? – Вика подалась вперед.
– И ничего!
– А…Я думаю, он хранит всю информацию в органайзере – встречи, номера…
Кира решительно возразила:
– Чушь! Я его органайзер каждый день могу увидеть! Андрей его на столе оставляет, в отличие от мобилки. Он не стал бы так рисковать.
– Знаешь, мой бывший…
– Ты чего так орешь?!
– Мой бывший, – продолжала Вика почти шепотом, – прежде чем меня бросил, тоже шифровался. Я тоже его не сразу засекла. А потом нашла второй мобильник. Представляешь? Специально для этой стервы еще один телефон завел.
– И что?
– И ничего. Поздно уже было.
– Спасибо, утешила! – Кира чуть не плакала.
– Не паникуй, – Вика попыталась ее порадовать.– Ты теперь не одна. Нам бы от напарницы моей избавится, а там я все отыщу – и мобильники, и органайзеры, и все его секреты.
Она чувствовала себя агентом разведслужбы. Новая работа обещала превратиться в интереснейшую игру – ради этого можно потерпеть придирки Андрея.…Между прочим, абсолютно беспочвенные…
– Он что, все свои контакты передал этой уродине? – возмутилась Кира.
– Она будет отвечать за его расписание, встречи, личные звонки…
Клочкова вздохнула. Как же сегодня ей это все было неприятно, такой удар по самолюбию… Кира воскликнула:
– Вика, ты должна это изменить! Я устроила к Андрею, чтобы ты получила доступ к его личным делам!
– Я предлагала, но он даже слушать не стал, – гневно сообщила Виктория.
– Ну что ж, – слезы высохли, вернулась злость. – Такое ощущение, что Андрей специально все это делает! Похоже, мне пора вступить в игру. И этой Клаве придется понять, что в ее интересах – быть на моей стороне. Иначе ее пребывание в компании очень быстро закончится…
Кира недобро улыбнулась: она выиграет это сражение. Вика смотрела на нее и заряжалась боевым настроем. А что? Ей это ничем не грозит, зато как интересно…
***
Андрей вышел из «Zimaletto» и направился к парковке. Около машины его уже ждал Роман. Рядом с ним – царственная Анжелика и еще две модели.
– Ну что, решили, куда едем?! – поинтересовался Жданов.
– Едем ужинать, а потом…
– А потом разберемся! – добавила Анжелика.
Намечался очень неплохой вечерок. Кто сказал, что скорая свадьба является помехой нормальной, полноценной жизни?! Если он не хочет расстраивать Киру – надо сделать так, чтобы она ни о чем не узнала!
– А вот и наш будущий президент!!! – донесся сзади голос.
Андрей резко обернулся, улыбка слетела с его лица. В темноте, на фоне колонны здания, стоял Александр Воропаев, брат Киры: его почти не было видно, только мерцали злые, темные глаза.
–… Как всегда, развлекаешься в отсутствие своей суженой…
Жданов с сарказмом ответил:
– Я тоже рад тебя видеть. Девочки, осторожней, он ядовит и очень опасен.
– Не остри, ты не в форме, – небрежно заметил Александр. – К тому же теперь это тебя не спасет. Можешь забыть о моей сестре. А заодно и о президентском кресле. Недолго музыка играла.
Андрей обернулся к Роману и девушкам. На лице его читался едва сдерживаемый гнев:
– Поезжайте без меня.
– Надо же, он одумался! Поздно, старичок. Я не позволю тебе использовать Киру, – Александр усмехнулся, провожая взглядом смутившегося Рому и моделей.
Девушки быстро разместились в автомобиле, Роман поспешно сел за руль, машина резко сорвалась с места и смешалась с потоком на проспекте. Здесь, на парковке, под низко нависшей крышей, поддерживаемой толстыми колонами, было темно и очень пустынно. Жданов и Воропаев оказались один на один, и каждый был уверен, что драки не миновать.
С лица Александра сбежала саркастическая улыбка, и он высокомерно заявил:
– Я хочу, чтобы ты прекратил морочить моей сестре голову. Оставь Киру, и может быть, я оставлю тебя в покое.
– А ее мнение тебя не интересует? – поинтересовался Андрей.
– Она не дура, и сама все поймет. Ты не удержишь Киру, потому что обманываешь ее; и разоришь «Zimaletto», потому что обманываешь себя. Ты не способен руководить компанией!
Воропаев гневно уставился на Андрея. С тех пор как погибли их родители, чувство ответственности за сестер не покидало его. Холодный и расчетливый в бизнесе, в семейных вопросах он превращался в заботливого и любящего брата. Александр тщательно скрывал – или просто не умел выражать – свои чувства за внешним безразличием и иронией. Но восполнял этот недостаток душевного тепла конкретными делами и правильными, как ему казалось, действиями. Он был единственным мужчиной в семье, и потому даже судьба самой старшей и вполне устроившейся в жизни сестры волновала его. Что же касается Киры, младшей сестренки, то она была для него важнее всего… Возможно, даже важнее «Zimaletto»…
– Тебе это цыганка нагадала? – усмехнулся Жданов, и тоже стал серьезен.– Не лезь в мою жизнь. Тебя не касается…
–… испорченная жизнь сестры? Или то, что ты развалишь «Zimaletto»?! – Саша явно издевался.
– Хватит. Есть занятия приятнее, чем слушать твой бред!
Он не видел, как на пороге «Zimaletto» появилась Катя. Как она остановилась, с удивлением глядя на них, двух молодых людей, застывших друг против друга с перекошенными от ненависти лицами.
Она успела испугаться – наверняка крови не миновать! – но Андрей, пробормотав что-то в адрес соперника, сел в свою машину, резко хлопнул дверцей и укатил.
К остановке подъехал троллейбус, и Катя едва успела в него вскочить. Прихрамывая, прошла по полупустому салону, села у окошка, поморщилась – ушибленная нога болела.
Да, дань во всех отношениях закончился плохо. Она постыдно упала на показе, чуть-чуть его не испортив, окончательно поссорилась с Милко, который ее и так терпеть не может. Теперь вот и Андрей поругался с Александром.…Все плохо…
Она увидела в стекле свое отражение. Вокруг – такие же уставшие за день пассажиры. Никто не обращал на нее внимания, люди смотрели в окна, за ними мелькали разноцветные огни ночного города.
А перед Катиными глазами – темный подиум, яркие лучи прожекторов, ослепляя, бьют прямо в глаза и сквозь прищуренные веки она видит Андрея. На лице его – удивление, потом – отвращение… «Андрей Павлович!» – Она спешит к нему, а из-за кулисы шипит Милко: «Назад, назад!» Почему она не послушалась?! Андрей жестикулирует, а окончательно растерявшаяся Катя с грохотом падает с подиума. В ушах ревет хохот зрителей…
– Чистая комедия! – воскликнул один из пассажиров троллейбуса.
Катя вздрогнула, вынырнула из своих переживаний, оглянулась,… двое мужчин на задней площадке громко смеялись,… Может, над ней?
Какое счастье, что до дома – всего ничего: несколько остановок. А дома…дома можно будет не прятать голову в плечи, страшась противного смеха за спиной.
– Слава Богу, мы уж заждались! Без тебя ужинать не садимся, – мама озабоченно оглядела усталую, поникшую Катю. – Ты скажи там – нельзя так бессовестно людей эксплуатировать.
– Сначала всегда тяжело, – авторитетно пояснил Валерий Сергеевич. – Весь первый год. Зато потом – как по маслу, до самого дембеля.
– Валер, какой дембель? – строго одернула его жена. – Хватит, а то, как в казарме живем! Ой, не дело, чтоб девочка в такое время по городу одна шла. Ведь престать могут.
– Я им пристану! Я им так пристану! – Катин отец грозно погрозил в пространство кулаком. – Пусть только попробуют, уроды…я им приставалки-то по отрываю!
– Катенька! Почему ты хромаешь? – встревожилась мама, заметив Катину хромоту. – Что случилось?
Валерий Сергеевич тоже разволновался, вскочил со стула:
– Тебя кто-то ударил?!
– Ничего страшного, не волнуйтесь, просто поскользнулась, – она вымыла руки и села за стол. – Завтра пройдет.
Хорошие у нее родители: всегда, в любой ситуации, они готовы защитить свою дочку, утишить ее. Кате стало легче от их живого участия. Тяжелый день начал отодвигаться на задний план.
– Надо будет достать твои старые кроссовки, – озабоченно предложила Елена Александровна. – Вид у них конечно, не бог весть, зато подошва резиновая.
Катя грустно усмехнулась:
– Как обычно. Все на шпильках, а Катя Пушкарева в старых кроссовках. Ладно, зато и вправду никто не пристанет.
Родители не обратили внимания на ее странный тон. Не прекращая расспросы, отец принялся за ужин. Все его интересовало: обстановка в компании, люди, обязанности дочери. Она отвечала неохотно. Сейчас важно было одно – не запутаться.…Ведь Валерий Сергеевич по-прежнему был уверен, что она – помощник президента компании. И, кроме того Катя не хотела, чтобы родители о сегодняшнем позорном падении…
 – Я со всеми еще не успела познакомиться…
– Это напрасно. Личный состав нужно изучить как можно раньше! – заговорщицки подмигнул Валерий Сергеевич.
Катя кивнула:
– Я обязательно всех запомню, просто мой кабинет далеко от остальных помещений и поэтому…
Отец даже опустил ложку от неожиданного известия:
– У тебя свой кабинет?!
Каморка. Не стоило раскрывать ему подробности, конечно. Катя неопределенно пожала плечами, низко склонившись над тарелкой. А Валерий Сергеевич не скрывал своего восторга и удивления:
– Мать! Ты слышала? Нашей дочери уже выделили отдельный кабинет. Вот что значит служить при штабе!
Елена Александровна заботливо наклонилась к Кате:
– Ты ешь, дочка. А я знала! Не зря мне сегодня кувшин с молоком приснился.
– Причем здесь кувшин? – удивился Валерий Сергеевич.
– Как это причем? Ты что не понимаешь? Он же полный был. Все указывает на отдельный кабинет!
Отец по-деловому спросил:
– Большой кувшин?
– Литра на четыре, а что?
– Катюш, а кабинет у тебя большой?
– Метров двадцать, – польстила каморке Катя.
– Вот! – Валерий хлопнул рукой по столу. – Не сходится у тебя мать, не сходится. Плохой из тебя разведчик.
– Пристал, математик. Не могли же они Катеньку сразу в ангар посадить? – с досадой возразила Елена Александровна.
Улыбнувшись, Катя вспомнила свой кабинет:
– Нет, конечно…
– Все дело в фамилии, – отец завел свою любимую пластинку.– Они сразу поняли, что Катя – человек надежный. Такая масть. Ничего с этим не поделаешь! Надо же! Первый день – и уже свой кабинет. А?!
Какие они все-таки наивные! Катя с любовью посмотрела на родителей. Разве можно таких огорчать? Но видели бы они тот кабинет…

0

13

Глава 12
Открыв дверцы рабочего шкафа, Катя едва поймала выпавшую с верхней полки папку. Раскидала по полкам подготовленные документы, прибрала бумаги на столе. Кабинет Жданова пока что оставался пуст. Зато в приемной его ждали посетители. Они провожали Катю насмешливыми взглядами. «Ну вот, все уже знают про мой глупый выход на подиум!» – подумала она. Проходя мимо, Катя отчетливо расслышала:
– Та самая. Которая вчера грохнулась.
Ее лицо залила краска стыда. Она не могла поднять взгляд от пола. Кругом лица, лица, лица.… На одних – насмешка, на других – жалость, на третьих – сочувствие.… Только ей от этого не легче. Всем хотелось разглядеть ее, чужую, непонятную, в длинной несуразной юбке, круглых очках и старых зеленых кроссовках с длинными шнурками – словно упавшую с иной планеты. Под этими взглядами Катя ссутулилась сильнее, чем обычно. Ей бы только миновать коридор…
Даже у солидного, пожилого мужчины, ожидающего у ресепшин, и то кривилась улыбка от еле сдерживаемого смеха. Заметив промелькнувшую фигуру новенькой, Мария отвлеклась от общения с посетителем и поглядела вслед Кате с искренним сочувствием. Вздохнула:
– Бедняга! Вляпалась в мир высокой моды по самое не хочу…
Сзади к Маше подкрался молодой парень с самодовольной физиономией, одетый в джинсы и футболку. Навис у нее над плечом, провожая Пушкареву оценивающим взглядом. Заключил уверенно:
– Без шансов. В нашем аквариуме с пираньями такая быстро утонет. Или сожрут ее.
– Ой, какой искушенный и закаленный наш курьер Федя! – пропела, Мария, не оглядываясь.
– Почему курьер? – обиделся Федор. – Я не курьер. Я – экспедитор!
Маша вручила ему бандероль:
– На. Отнеси это в приемную – и пулей назад. Поедешь на Фрунзенскую, заберешь свежие номера журналов, – она снисходительно усмехнулась. – Экспедиция!
– Р – р – р!!! – неожиданно зарычал Федор и грозно склонился над Машей, шутливо пытаясь ее укусить.
– Федя, что же ты делаешь-то, а?!! – возмутилась Мария и отмахнулась от него, словно от назойливой мухи. Едва он появился в компании, так и крутиться вокруг нее, да только разве нужен ей такой ухажер?! Бестолковый, да еще курьер!
Экспедитор схватил бандероль и исчез. Перед дверью в приемную остановился, постучал, принял, насколько это возможно, солидный вид. Но все старания оказались напрасны: приемная Жданова была пуста. Красавица Вика не появлялась здесь со вчерашнего вечера. Федор оставил бандероль на видном месте и собрался уже уходить, когда заметил в кабинете Андрея Павловича стильный пиджак – тот самый, в котором Жданов вчера присутствовал на показе. Прислушался – кажется, никого нет. Ни в кабинете, ни в каморке. Почему бы не примерить, если очень хочется? Федя прокрался в кабинет, надел пиджак поверх футболки, глянул в зеркало и остался, собой доволен. Он вертелся перед зеркалом то так, то этак, принимал расслабленные позы, выдвигал вперед нижнюю челюсть, корчил себе страшные рожи.
– Ты – че – о – о – о? – гнусаво обратился он к своему отражению. Схватил телефонную трубку: – Я вот говорю – трансфер не пройдет. Без моего разрешения в этой оффшорной зоне даже собаки не гавкают, – он задумался. – То есть не лают…
Прошелся по кабинету, остановился около стенда с фотографиями моделей. Подмигнул им:
– Девчонки! А че отвисаем-то, а?!! А меня совершенно свободный вечерок, может, прошвырнемся?
В коридоре послышались шаги. Федя моментально замолчал и скинул пиджак, небрежно бросив его на прежнее место и запоздало соображая, что выйти из кабинета Жданова уже не успеет. В приемную вошла Катя.
– А, это ты? – Он облегченно вздохнул. – Пушкарева, кажется? Верно? – уселся на подоконник.
– Пушкарева. А вы?..
– А я Федор. Федор Михайлович. Не слышала?
– Вообще слышала, – слегка улыбнулась Катя. – Читала… не о вас, конечно, простите. – Она вдруг смутилась: что за человек – не ясно, и как отреагирует на эту литературную шутку – тоже не понятно. А вдруг обидится?
– Напрасно. Федор Михайлович у нас один. Значит, ты не торопишься быть в курсе текущих дел?
– Я здесь только второй день…
– Но уже успела прославиться. Лично мне доложили еще вчера.… И…
У Кати втянулась лицо. Она смотрела на Федю так, словно он приговор ей зачитывал.
– Я ждал тебя здесь, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие.
– К нам едет ревизор? – робко осведомилась Катя. «Господи, да что ж меня все в литературу сегодня клонит!»
– Ты пошути мне, пошути! – Войдя в роль, Федор упал в кресло и откинулся на спинку, заложив руки за голову. – Ты, Пушкарева превзошла всех!
Катя застыла на месте. Что же теперь будет?!
– Устроить из такого важного показа балаган… Ты где училась – то? В цирковом?
Катя, не сводя с него взгляд, потерянно проборматала:
– Почему же… МГУ, экономический факультет.
– Смотри – ка, и там клоунов готовить начали, – изумился Федя. – Эх, Пушкарева…
В кабинет решительно влетела Маша. Накинулась на Федю, мигом потерявшего весь свой начальственный лоск:
– Федька, мне что, делать больше нечего, только за тобой бегать?!
– А я что? А я ниче…
Маша хлопнула его папкой по голове. А потом – еще раз. И еще. Бросив последний строгий взгляд на Катю, Федор прикрыл голову руками и выскочил в коридор.
– Нет, ты видела, а?! – запыхавшаяся Маша кипела от возмущения. – Экспедитор – эвакуатор!!!
Она бросилась за нерадивым курьером, продолжая отчитывать его на ходу, и Кате был слышен ее удаляющийся гневный голос:
– До выпендриваешься ты, Федор! Получишь такого пинка, что долетишь до Фрунзенской без мотоцикла…экспедитор!!!
Непонимание на лице Кати сменилось облегчением: это был всего лишь розыгрыш! Ее разыграли, и кто – курьер!
***
Виктория сегодня практически не опоздала: подумаешь, рабочий день начался всего лишь час назад! Для нее, не привыкшей вставать в такую рань, столь незначительное опоздание было почти рекордом. Она замерла перед дверьми приемной и прислушалась: судя по всему, Жданов тоже задерживался. Вика перевела дух: если ты пришла на работу раньше шефа – значит, не опоздала! Однако в щелку приоткрытой двери она увидела Катю.
– Ты уже здесь? – удивилась Виктория. – Не уходила, что ли?
– Доброе утро. Почему? Уходила.
Вынув из сумочки зеркальце, Вика поправила прическу.
– Чем вставать в такую рань, лучше вообще не ложиться.
– Когда я работала в банке, приходилось вставать еще раньше. Да и на дорогу уходило больше времени, – поделилась Катя.
 – Уже привыкла, значит? Хорошо тебе.
Виктория постепенно вытащила из сумочки маникюрный набор: пилочку, щипчики, лак для ногтей… Катя кивнула, улыбнулась: может, не все так плохо и складывается? Может, они начали находить общий язык и хоть как-то сближаться? Вика печально вздохнула:
– А я вот пока кофе не выпью, человеком себя не чувствую.
Катя не поняла намека.
– Ой, у меня же чай заварился! – вспомнила она.
Виктория с недоумением посмотрела на вторую секретаршу:
– Себе чай, я вижу, уже налила. Хочу тебя кое с кем познакомить. – Она мотнула головой. – Вот, прямо за тобой. Знакомься: это кофеварка. Будь другом, сделай мне кофе, некрепкий, две ложки сахара. И размешай, пожалуйста, а то у меня ногти сохнут.
Катя поспешно направилась к аппарату, включила, достала чашку. Дверь распахнулась, и в приемной возник Жданов.
– Здравствуйте, Андрей Павлович, – поздоровалась она.
– Доброе утро! – широко улыбнулась Виктория.
– Доброе, – Жданов проследил за Катей, которая направилась к кофеварке. – Катя, у меня к вам будет несколько поручений, поэтому давайте с кофе отложим?!
– Я не себе… – Она замешкалась.
– Мне пока тоже не надо.
Вика вмешалась без тени сомнения:
– Андрей, это я попросила. Умираю – хочу кофе.
– Ну и умирай на здоровье. Я не против. Я даже за… – Он холодно улыбнулся. – Но если вдруг ты решишь еще некоторое время пожить, напоминаю, – с каждым словом Андрей повышал голос и теперь почти кричал. – За кофе и прочие напитки отвечаешь ты! Катя! Кофе! Варить! Не умеет!!!
– Почему же, я умею, – робко возразила девушка.
– Подождите, Катенька, – спокойно прервал он ее возражение и тут же снова заорал: – Так вот: Катя кофе варить не умеет, зато отлично справляется с другими, куда более важными обязанностями!
Вика перестала улыбаться. Она замерла с пузырьком в одной руке и с кисточкой для лака – в другой… Андрей продолжал орать:
– Если тебе, Вика, трудно справляться даже с таким несложным занятием, скажи прямо! Георгий подыщет человека, который будет варить кофе.
– Что, правда? – с надеждой спросила она.
– Конечно, – расцвел в улыбке Жданов и пояснил: – сразу после того, как тебя уволят!!!
Вика обиженно замолчала, сложив губки бантиком. Но тут Андрей достал органайзер, и ее обида моментально прошла, глаза загорелись. Вот он: предмет Кириного вожделения!
– Катя, подойдите.
– Я слушаю.
Они не смотрели на Вику, которая вся превратилась вслух.
– Возьмите это и изучите, как следует. Здесь мои контакты.
– Хорошо, Андрей Павлович.
Он протянул ей органайзер, сознательно поддразнивая Викторию:
– Позже я объясню, с кем соединять, а с кем нет.
Катя кивнула, взяла драгоценный органайзер и ушла к себе. Вне себя от злости, Вика беспомощно ударила кулаком по столу, размазав не досохший лак. Понятное дело: Андрей все это устроил исключительно для того, чтобы позлить ее и Киру. Ну, подожди…
***
Очередные длинные и стройные ножки – а другие здесь бывали крайне редко! – пересекли проезжую часть и подошли к зданию «Zimaletto». Как обычно, охранник замер у дверей с глуповато – преданным видом, словно собираясь оградить родную компанию от атаки террористов. На приближающуюся блондинку в обтягивающих джинсах и черном топике посмотрел, как на одного из них… но не сказал ей ни слова. Девушка улыбнулась ему мимоходом и беспрепятственно вошла в «Zimaletto»…

0

14

Глава 13
В последнее время Кира утратила покой и сон. Она уже забыла, когда чувствовала себя счастливой дольше нескольких часов. То ей казалось, все идет гладко и хорошо, то вдруг снова одолевали сомнения. Да, она без памяти любит Андрея! Да, он сделал ей предложение, и она согласилась стать его женой. Но, несмотря на это, ощущение, что он ускользает из рук, просачивается, как вода меж пальцев, продолжая романчики и сомнительные встречи на стороне, не покидало. Еще бы! Среди их общих знакомых о Жданове ходят такие слухи! И если бы только слухи. И вдруг Андрей так резко меняет привычный образ жизни.… Да кто поверит в такое перевоплощение!..
Войдя в кабинет Жданова, она прохладно поздоровалась:
– Здравствуй, дорогой! Не устал после вчерашнего?
– Ты про что?
Андрей попытался ее поцеловать, он она отстранилась.
– Все про то же. Про твою подлую манеру говорить одно, а делать другое, – на ее глаза навернулись слезы. – Разве я много от тебя требую?!
– Братец напел? – как можно более ядовито спросил Андрей, выпуская ее из объятий.
– Эту песню хором скоро петь будут! Найди здесь хоть одного человека, который не знал бы о твоих похождениях.
– Легко, – он указал на каморку. – Позвать Катю?.. Катенька!
– Прекрати юродствовать, – обиделась Кира.
В дверях появилась Катя:
– Да, Андрей Павлович?
Он попытался что-то сказать, но Кира прервала его:
– Катенька, простите нас, идите работать.
Пушкарева закрыла дверь. Ей все равно было хорошо слышно начало назревавшего скандала – отсюда всегда будет все слышно.
– Не дуйся. Это была важная встреча, мы обсуждали планы развития…
– С пачкой модельных девиц?!
– Производственная необходимость, – Андрей и не ждал, что невеста ему поверит. – И потом, я же не виноват, что в этом бизнесе другие не крутятся.
– Неужели? – Кира указала на каморку, передразнивая его. – Позвать Катю?.. Катенька!
В дверях снова возникла Пушкарева, вопросительно глядя на Киру.
– Катенька, скажите, пожалуйста…
Андрей ее перебил:
– Идите, работайте.
Снова за Катей закрылась дверь.
– Хорошо, мы обсуждали не только развитие.… После вчерашнего показа мне нужно было услышать независимое и непредвзятое мнение о нашей коллекции. От потребителя, так сказать. Ты же знаешь, что такое фокус – группа.
«Не верит, конечно», – утомленно подумал Жданов. Он бы и сам не поверил такому бездарному вранью. Но почему он все время должен оправдываться? Его утомляла эта составляющая их отношений. Либо невеста должна ему верить, либо…
Кира продолжала допрос с пристрастием:
– Чье же мнение стало для тебя решающим? Попробую отгадать… Калинина в Милане. У Бурденко сейчас нефтяной магнат, остается… Ларина?!
– Кира, это мания, – Андрей вскипел. – Я сто раз повторял тебе, что с Натальей все кончено! Что я должен сделать, чтобы ты, наконец, поверила?
Каждое слово этого разговора на повышенных тонах доносилось до Катерины, старательно пытавшейся погрузится в работу. Ей было немного неловко за то, что она становилась невольным свидетелем сцены ревности.
– Ты не мне, ты ей это повторяй почаще, – отрезала Кира.
– Она не глупая женщина, уверяю тебя. Ей не нужно повторять.
Безнадежным тоном Кира спросила:
– Никак не могу понять: чего в тебе больше – наивности или наглости?
Андрей обессилено упал в кресло:
– Клянусь тебе – Ларина мне не нужна. И она, в отличие от тебя, это хорошо понимает!
***
Девушка со стройными ногами, миновав охранника, вышла к столику Тропинкиной. Белые волосы уложены в жесткую, замысловатую прическу, пухлые губы – в светло – розовой помаде, голобые кукольные глаза – без тени мысли.
– А кастинга сегодня нет, – удивленно сообщила Мария.
– Мне нужен Андрей Жданов, – высокомерно бросила блондинка.
– Он вас ждет?
– Он меня всегда ждет!
– Как вас представить? – Мария взялась за трубку внутреннего телефона.
Блондинка некоторое время непонимающе взирала на девушку: она что издевается? Или – действительно не узнает? Так и не сообразив, в чем дело, раздраженно сказала:
– Вы что, новенькая? Я – Наталья Ларина.
Все с тем же непроницаемым выражением лица, будто Ларина в первый раз пришла в «Zimaletto» и почему-то сразу требует президента компании, Маша набрала номер. Переспросила:
– Так по какому вопросу?
Посетительница вспыхнула:
– По квартирному!!! Просто скажите, что пришла Ларина.
***
–…Алло? – Катя подняла трубку. – Наталья Ларина? А по какому вопросу? Не поняла...Она хочет, чтобы о ней сказали Андрею Павловичу? Хорошо. Я передам.
Пушкарева нерешительно приблизилась к двери. Может, как-нибудь ей удастся намекнуть Жданову… Но, распахнув дверь, она совсем растерялась: Кира и Андрей целовались! С появлением Пушкаревой они резко отодвинулись друг от друга и попытались сымитировать видимость деловых переговоров. Андрей судорожно схватился за бумаги, а Кира – за ежедневник.
– И выясни, наконец, почему в региональных магазинах продажи второй месяц падают! – неожиданно рявкнул Жданов.
– У своих экспертов спроси, – не очень любезно ответила Кира. – Купила бы Ларина прошлогодние модели, которые наш отдел сбыта туда слил!
Андрей закатил глаза:
– Кир, ну хватит уже, я ведь сказал – Ларина мне нужна…
Знал бы он, что Ларина как раз сейчас стоит на ресепшн в ожидании встречи, подумалось Кате. Жданов любезно улыбнулся:
– Что такое, Катенька?
Ну и как ему сказать?
– А – а – а… я пройти хочу, можно?
– Ну, проходите!
Катя быстро прошла мимо них в приемную, так и не решившись задать вопрос. Закрывая за собой дверь, успела заметить, что Андрей и Кира снова слились в поцелуе. В настоящий момент ему точно не нужна никакая Ларина…
«Наверное, будет лучше, если я сама спущусь на ресепшн и все узнаю», – подумала Катя. Не говорить же Лариной, что у Андрея сейчас Кира, и потому он не может ее принять. Еще неизвестно, какая будет реакция. И у Лариной, и у Жданова. Она быстро спустилась вниз и подбежала к Машиному столу. Модель по-прежнему стояла неподвижно, как памятник самой себе, – только пальцы выбивали нервную дробь по краю стола.
– Простите! Это вы хотели видеть Андрея Павловича? Ларина как будто даже не сразу поняла, кто это подал голос. Гневно ответила:
– А как ОН меня хочет видеть! В чем дело? Где он?
– Видите ли, Андрей Павлович сейчас занят. У него важные переговоры, – Катя врала запинаясь, но решительно. Она всегда терялась перед такими женщинами. Ларина презрительно шевельнула плечом:
– Он всегда занят. А кто вы?
– Я его секретарь.
– Да?! А я уж подумала, вы новая владелица «Zimaletto»…
Катя ничего не ответила и не поняла, к чему это странное замечание. Ларина нервно огляделась по сторонам. Наверное, над ней издеваются. Наверное, где-то здесь понаставлены скрытые камеры… Наталья громко, обращаясь в пространство, заявила:
– Жданов! Выходи! Хватит подглядывать.
Маша выразительно постучала пальцем по виску: мол, кое-кто из нас спятил. Заговорщицким тоном, вкрадчиво, будто разговаривая с душевнобольной, Катя произнесла:
– Его здесь нет! Он вас не слышит. Скажите, по какому вопросы вы пришли, и, как только он освободится, я сразу же ему все передам.
– Свои вопросы я ему сама задам! – в новом приступе бешенства крикнула Наталья. – Я ему «Что? Где? Когда» устрою! Брейн-ринг!!! Передайте, что пришла Ла – ри – на. Нет, запишите. Быс – с – стро! – Она стремительно обернулась к Маше, выхватила у нее из рук блокнот и приказала Кате, переходя на «ты»: – Пиши: «Ларина». Быстро записала все и передала! Давай – давай.
Катя торопливо записала фамилию и собралась бежать обратно.
– И скажите, что, если он собрался развлекать гостей таким образом, – пусть наймет клоунов получше.
«Ну, замечание про клоунов, положим, можно и пропустить,… только что же делать дальше?!» – размышляла Катя, стремительно удаляясь по коридору.
Она пулей влетела в кабинет Жданова и остановилась, не сразу увидев президента. Андрей и Кира уже переместились на мягкий и более удобный для поцелуев диван за дверью. Кира смерила секретаря равнодушным взглядом, Андрей раздраженно уточнил:
– Что у вас, Катя?
– Поставщики, – наконец выдохнула Пушкарева. – Вернее один поставщик… Я не могу найти их в базе данных. Возможно, мы не работаем с этой фирмой. Вот я записала название.
Подойдя ближе, Катя протянула ему блокнот.
– Что-то я даже как-то так… не помню,… не слышал о таких, – произнес, наконец, растерявшийся Андрей. Однако быстро собрался с мыслями. – Но обижать их не стоит. Сделаем вот что. Поблагодарите их за интерес к нашей компании и скажите, что я лично свяжусь с ними, как только смогу.
Он выразительно посмотрел на Катю.
– Я поняла, – она отступила к двери.
– Да, Катя… и полюбезнее, пожалуйста!
Андрей открыл ей дверь в приемную, но Катя не заметила его вежливого жеста и побежала в другую сторону – в свою каморку. Жданов озадаченно почесал в затылке, улыбнулся Кире, пожал плечами.
Катя с облегчением прикрыла за собой дверь, перевела дух. Потом взялась за телефон.
***
Звонок нарушил напряженную тишину. Ларина нетерпеливо напустилась на Машу:
– Наконец-то! Я стою здесь уже целую вечность… – и выхватила трубку.
– Здравствуйте, это секретарь Жданова, – запинаясь, проговорила Катя: так, словно они сегодня еще не виделись. – Андрей Павлович просил передать, что очень ценит ваше время и внимание. Он лично свяжется с вами, как только освободится. Но сейчас это совершенно невозможно.
Трубка буквально взорвалась пронзительным визгом:
– Да что ты, вообще о себе воображаешь?! Да ты, вообще кто?!! По-моему, ты забыла, с кем разговариваешь!!!
Катя, вздрогнув, убрала телефон от уха – чтобы не оглохнуть. Растерянно посмотрела на мембраны. Видимо, заочно эту проблему не решить. Придется опять…
Она бросилась бегом из кабинета. Ничего не замечая, пролетела мимо Киры и Андрея, самозабвенно целующихся. Впрочем, они ее тоже не заметили.
Около Трапинкиной воздух звенел от напряжения. Ларина нервно прохаживалась вдоль стола – пять шагов туда, пять – обратно. Маша провожала ее взглядом, как кролик – змею. Она явно была рада приходу Кати – чего нельзя было сказать о Наталье. Та готова была расплакаться.
– Простите, судя по всему, пока я с вами говорила, взорвался телефон… – Катя улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку.
Но – не вышло:
– Боже, как я уже устала от вас! От вашей «Zimaletto»! И от этих дурацких игр!!! Вы сказали ему, кто пришел?
– Да.
– И почему он не вышел? – жалобно удивилась Наталья.
– Андрей Павлович не может сейчас вас принять. Он занят, – спокойно ответила Катя. – Но я показала ему ваши реквизиты в блокноте. Он прочитал и просил передать то, что я вам сказала.
Ларина сорвалась на крик:
– Это у вас реквизиты, а у меня фамилия!!! Известная, между прочим. Ларина! Ни о чем не говорит?
– Ну почему же … действительно известная… почти как Достоевский Федор Михайлович, – определенно день просто перенасыщен воспоминаниями об уроках литературы.
– Меня не интересуют ваши знакомые, – отрезала Наталья. – Я не поняла из вашего птичьего языка ни слова!
– Мне кажется, Андрей Павлович… он хотел поблагодарить вас за все. Позже он обязательно свяжется с вами.
Обращаясь больше к Маше, чем к Кате, Ларина сказала, немного более спокойно, но почти жалобно:
– Он не свяжется сам. Я хочу знать, кто или что там его уже связало. – Заучили дежурную фразу: «он занят»!
Я сейчас пойду и сама посмотрю…
Катя кинулась к двери, обгоняя Наталью. Закрыла собой проход, раскинув руки.
– Я сама посмотрю, может быть, он уже освободился, – не слушая возмущенную Ларину, бросилась обратно.
Дорога по лестнице показалась ей еще более короткой, чем в прошлый раз. Катя так растерялась, что вежливо постучала в дверь начальственного кабинета.
– Да-да…
Андрей сидел за столом, перед раскрытым ноутбуком. Он улыбнулся несколько натянуто:
– Все в порядке?
– Да-да, – ответила она и закрыла за собой дверь каморки. Но тут, же появилась снова: – Не совсем. Поставщики. Очень настаивают на личной встрече. Может, назначить им конкретное время?
– Вы сказали, что мне некогда?
– Да, но они настаивают, чтобы вы приняли их. Лично.
Кира отвлеклась от своих записей.
– Какая настойчивость. Андрюша, я бы не стала связываться с такой странной фирмой. Похоже, они в отчаянном положении.
– Катенька… – Андрей снова робко улыбнулся, понимая, что сейчас от Кати зависит его дальнейшее благополучие личная жизнь. – Катюша.… Видите ли.… Очень многие, буквально массы народа мечтают, чтобы я встретил их лично. Но если я начну принимать каждого, кто умоляет его принять. Наша фирма разориться - потому что мне некогда будет работать. Передайте, пожалуйста, что когда я освобожусь, то свяжусь с ними. Скажите «он обещает».
– Но они говорят, что им нужно всего лишь убедиться…
– Катя!!! – Кира, наконец, взорвалась. – Даже мы уже устали! Вы что, понять не можете, чего они хотят и что они говорят?! Да как это? – Она повернулась к Жданову. – Андрюша, я не представляю, как она будет справляться со сложными делами, если не может просто найти общий язык с людьми.
Катя робко посмотрела на Андрея, но он сделал вид, что очень занят, рассматривая потолок. А Кира раздраженно предположила:
– Может, вам просто нравится бегать с этажа на этаж? – Привстав, она вдруг уставилась на Катины старые кроссовки: зеленые, растоптанные, с длинными шнурками, – и на белые носочки под подолом юбки. – О, а может, вы спортсменка?!
Катя, молча, покинула кабинет. На ресепшн ее ждала другая разъяренная фурия.
Лучше бы блондинка как можно дольше ее не замечала… Катя робко, просочилась в приоткрытую дверь, стараясь, стать маленькой – маленькой … едва ее, увидев, Ларина застонала:
– О – о – о! Боже!!! Как вы меня достали!!!
– У меня нет для вас другой информации, – устало выдохнула Катя.
– Вы что, робот?! Ведь человеческим языком вас просила. Чтобы он просто! Пришел!! Сюда!!!
Маша не выдержала и вмешалась:
– Дамочка, она же не может притащить его силой. Вы тоже подумайте, а?!
Наталья метнулась к Маша, остановилась на полпути, дернулась снова к Кате. Вспыхнула. Она находилась на грани истерики.
– Скажите, вы давно здесь работаете?
– Да, – солидно ответила Маша.
– Нет, – отчаянно выпалила Катя.
– И вы что его секретарь? – Она еще раз с сомнением оглядела Катю – несуразную девушку в длинной, неопределенно – серой мятой юбке, с волосами, собранными в пучок на затылке и в круглых очках. – Уверена, это – временно! Можно? – Она указала на блокнот в ее руках.
Катя протянула ей блокнот. Нервно, дрожащей рукой Наталья начала писать, зачитывая вслух:
– Мне… все равно,… какие у тебя дела! Я долго ждала… твоего звонка! И теперь стою здесь, как ДУРА…– Она трижды подчеркнула слово «дура», написанное гигантскими буквами. – И жду тебя. Если ты … сейчас же не спустишься, ко мне… я устрою здесь такой цирк!
Наталья вырвала из блокнота лист и передала его Кате:
– А если вместо него опять придете вы, я покажу вам номер с бешеным уссурийским тигром! – Она обернулась к дрогнувшей Маше и запустила в нее блокнотом. – Свидетелям тоже мало не покажется!!!
Катя в ужасе просилась бежать.
Наталья металась по холлу, нетерпеливо ожидая прихода Андрея или – не дай Бог!!! – его секретарши. Она так была поглощена своими мыслями, что не заметила появления Вики, которая вышла из лифта и остановилась поодаль, оглядывая модель прищуренными глазами.
Так… Ларина. Одна из давних привязанностей Андрея. Стало быть, Кирины подозрения не беспочвенны?
Воскликнула, наконец:
– Какие люди в нашем захолустье! Ларина, ты ли?
– Клочкова!
Они сделали вид, что обнимаются, обозначили поцелуй – но Маша видела, что две девицы друг друга терпеть не могут…
– Чудесно выглядишь, – сказала Вика и кивнула на грудь соперницы, обтянутую черным топиком – Еще своя?
– Ну не твоя же, – язвительно улыбнулась Ларина.
– Спросить нельзя? Просто сейчас это повальное увлечение. Что Господь недоработал – хирург исправит.
Ларина промолчала, всем своим видом демонстрируя: над ней Господь постарался на славу. Маша опустила глаза, разглядывая свои выдающиеся формы: куда там им обеим…
– А ты что здесь делаешь? – поинтересовалась Наталья.
Вика усмехнулась, но без уверенности:
– Не поверишь. Работаю.
– Не поверю. И чем же ты занимаешься?
– Экономическими вопросами.
Маша громко фыркнула, и Вика торопливо замяла тему:
– Не буду вдаваться в подробности, ты не поймешь.
– Мне, слава богу, это и ни к чему, – Наталья кокетливо подняла кукольные, прозрачные глаза к потолку. – Деньги зарабатывают мужчины, я их только трачу. А тебе, значит, опять самой приходится крутиться? Бедняжка!
Сколько радости было в ее сочувствующей фразе!
Вика изменилась в лице:
– Ты меня извини, я бы поболтала с тобой, но мне пора. Дела, если ты знаешь, что это такое.
Она поспешно исчезла. Хотя бы последнее слово удалось за собой оставить.
***
Катя все продумала. Сейчас, когда Ларина уже находилась на грани истерики, Катя странным образом успокоилась. Уверенной походкой вошла в кабинет. Открыла блокнот:
– Андрей Павлович, вы просили напомнить вам о встрече в «Техноколоре».
Он удивленно уставился на Катю: какая встреча?!! Но тут, же сообразил и хлопнул, себя по лбу, преувеличенно расстроившись:
– Кира!!! Как я мог забыть!!! Ну, конечно, встреча в «Техноколоре»! – Повернулся к Кате: – Да – да, спасибо большое.
– Мы еще не обсудили мое свадебное платье, я хотела показать тебе несколько фасонов. – Кира явно огорчилась, а кроме того, она чувствовала: что – то идет не так. С чего такие эмоции? Шестым чувством она уловила: что-то не так. Зародились первые сомнения: неужели эта новая секретарша подыгрывает Жданову?
Андрей быстро собрался и метнулся к двери:
– Непременно все обсудим. Просто эта встреча… Я уже так долго ее откладываю, могут обидеться. Ты останься здесь, поработай, я ненадолго съезжу – и вернусь!
На ходу он небрежно поцеловал невесту, стремительно промчался, мимо Кати… та едва успела сунуть ему в руку записку Лариной. Махнул рукой, прощаясь, и исчез в дверях.
Опять червячок сомнения пробудился в душе Киры. Ожили все подозрения, терзавшие ее чуть не ежедневно. Как же тяжело жить, каждую минуту ожидая измены!

0

15

Глава 14
Андрей уверенным шагом направился к Лариной, на ходу поправляя галстук. Увидев его, Наталья облегченно вздохнула и бросилась навстречу, готовая позабыть длительное ожидание. И неприятный разговор с его непробиваемой секретаршей. Ласково произнесла:
– Милый, ну что это за представление? Почему ты так долго?
– Скоро узнаешь.
Наверное, ее тут половина сотрудников видела! И ведь какая – нибудь «добрая душа» не преминет поведать об этом Кире. Он грубо схватил Наталью за локоть, пытаясь как можно скорее увести ее из «Zimaletto». Она морщилась, ойкала, пыталась вырваться, но Андрей, как бездушную куклу затащил ее в лифт и оглянулся.
Успел заметить доброжелательную улыбку Маши. Но, как только дверь лифта закрылась, секретарша выверенным движением схватила сразу три телефонные трубки – мобильную, городскую и местную, пытаясь на всех трех одновременно набрать номера: «Женсовет» обязательно должен узнать сногсшибательную новость…
Открыв дверцу машины, Жданов почти швырнул Наталью на переднее сидение. Захлопнул дверцу и зло пробормотал в пространство:
– Дура!!!
Автомобиль выехал на автостраду, а Жданов молчал.
– Ты меня избегаешь, да? – не выдержала Ларина.
– Конечно, нет, – Андрей пытался говорить равнодушно: ссориться с Натальей он пока что опасался. – Просто я за рулем. Мы сейчас поедем куда-нибудь и там поговорим.
– Но я, же соскучилась!
Андрей так дал по газам, что ее прижало к спинке сидения. Мало ему Киры, так еще и эта будет сцены устраивать…
***
Роман сидел в мастерской Милко за компьютером. Сам маэстро расхаживал рядом в своем обычно нервно – взвинченном состоянии. Здесь рождались гениальные творения, рождалась, сама мода… Рома задумчиво предположил:
– А мы можем сэкономить на карманах?
– Еще как можем, и как это мне самому в голову не пришло! – саркастически воскликнул маэстро. – Гениально! Сэкономить на карманах!
– Здорово. – Довольный собой Малиновский не заметил иронии и собрался уже внести поправку в файл, но Милко который любую экономию считал покушением на его творческую свободу, тем, же тоном продолжал:
– И продажи вырастут. Ведь раньше наши вещи покупали, потому, что было красиво, а теперь будут покупать, потому, что мы сэкономили на карманах. – Он остановился и повернулся к ошеломленному Роману: – Молодежи нужна свобода движений! И карманы!
Роман терпеливо указал на модель платья:
– Но у нас уже есть просторный рукав. Два рукава не позволят молодежи чувствовать себя свободно?
– Почему ты меня спрашиваешь, почему все спрашивают Милко? – Маэстро снова забегал вдоль стола, вцепившись в свои густые светлые волосы. – Просто попробуй. Достань все, что есть у тебя в карманах. – Рома уже сделал движение, но передумал. –… И положи себе в рукав. Мне отвернуться, или можно посмотреть?
– Хорошо – хорошо. – В очередной раз дизайнер отстоял свою точку зрения, но тут Роман вспомнил о другом: – Кстати, о свободе. Ты задерживаешь эскизы для буклетов, нам приходится переплачивать типографии за срочность.
Милко возвел глаза к потолку:
– Золотце мое, ты понимаешь, что такое творчество? Ты можешь себе представить, что Лагерфельду кто-то скажет: ну, где эскизы? Он не смог бы творить в такой обстановке. На этих моделях будет мое имя – Милко!
 – Притормози, – небрежно ответил Малиновский. – Я тебе не золотце, а вице – президент компании. А ты мне не Лагерфельд. И на этих моделях будет имя «Zimaletto».
Милко патетически воскликнул:
– Тогда уволь меня! Дизайнеров с хорошим вкусом и фантазией много. Выйди на улицу, найди другого. Он перерисует картинки из западных журналов. Плохо, но вовремя.
Маэстро осекся, лицо его вытянулось, словно он увидел что-то чудовищное. Рома проследил за неподвижно застывшим взглядом Милко. За черным манекеном в углу помещения, около самого входа, он вдруг увидел ноги – тоненькие ноги в белых носочках и зеленых, растоптанных кроссовках с длинными черными шнурками!
Эти ноги переступали мелкими шажками, словно их обладательница очень смущалась. Катя пряталась за манекеном, боясь даже зайти в мастерскую. Милко тут же озверел:
– Это что, стадион?! Это вокзал?! Нет, это, наверное магазин «Секонд – хенд»!!!
Катя боязливо выглянула, не решаясь произнести ни слова.
– Что ей здесь нужно? Пусть она делает эскизы, а я ухожу. – Маэстро стремительно направился к двери. – Я просил, оградить меня… Они сговорились,… у Милко будет нервный срыв!
Он выбежал из мастерской – и стоны постепенно затихли в глубине коридора.
– Простите, Роман Дмитриевич. – Катя вышла из-за манекена. – Я опять все испортила.
– Ничего, с ним это бывает по три раза в день, – заметил Малиновский. – Что случилось?
– Мне нужна ваша помощь.
– Помощь?
Рома недоуменно уставился на Катю. Чего-чего, а такого поворота, но не ожидал.
***
Они остановились возле уютного ресторана «Авиньон» на углу небольшой старой площади. Жданов отворил дверь, пропустил Наталью вперед. Их сразу же оглушили шум и оживленная болтовня. В зале – большие окна, выходящие на улицу, гладко отполированная барная стойка посреди, симпатичный бармен, болтающий с посетителями и разливающий напитки. Маленькие круглые деревянные столики с коваными ножками и железные стулья, в глубине – диван и пара потертых кожаных кресел. В большом камине – пламя, отбрасывающее золотистые блики на лица посетителей.
Здесь собирались деловые люди – перекусить, провести переговоры, просто поболтать.
Его строгий костюм здесь был немного не к месту. Андрей снял пиджак и опустился на мягкий диван, Ларина пристроилась напротив. Если бы в бар сейчас вошел модный фотограф, он не удержался бы и непременно снял эту сцену.
Пара выглядела потрясающе: ее стройные длинные ноги, мечтательная улыбка – она слишком красива, чтобы не привлечь внимания, – и его мускулистое тело, красивое лицо, слишком выразительное для обычного мужчины.
– Ты что будешь есть? – поинтересовался Андрей, делая знак официанту.
– Тебя, дорогой! – Ларина плотоядно облизнулась.
– Здесь меня не готовят, – суховато сообщил Андрей. – Короче, что заказывать?
– Пока ты не объяснишься, я ничего не буду есть.
– Вообще или только сегодня? – равнодушно поинтересовался Жданов, оттягивая начало неприятного разговора.
Он действительно не знал, с чего начать. Ведь поначалу их отношения складывались неплохо.… Но потом…
А что потом? Да как всегда. И эта красавица – модель ему надоела. Возможно, он бы и вернулся к ней. Попозже. Если бы не два обстоятельства – скорая свадьба с Кирой и сильная ревность невесты. А потому с Лариной надо заканчивать раз и навсегда. Ну как же, как сделать так, чтобы она исчезла из его жизни?
– Я никогда. Ни за кем. Не бегала. Ты понимаешь это? – говорила тем временем Наталья. – А за тобой побежала. И не боюсь в этом признаться. А ты … Ты только отшучиваешься и прячешься за своими страшилами.
Ее прервал звонок мобильного телефона. Андрей отключил звук и приготовился внимать ее речам дальше, обдумывая варианты собственного ответа.
– Это она? – Наталья указала на телефон. – Из-за нее все?
– Нет, трубка здесь не причем, – Жданов вздохнул. – Это из-за меня. Мне надо было сказать тебе это раньше, но я надеялся, что ты умная и сама все поймешь.
– Значит, я, по-твоему, дура? – обиделась Ларина.
– По-моему, ты чудо, – фальшиво улыбнулся Андрей. – И тебе нужен достойный тебя человек.
– Мы уже миллион раз это обсуждали. Меня вполне устраивает такой недостойный, как ты.
– Я скоро женюсь, – сообщил Андрей, но Ларина лишь снисходительно усмехнулась:
– Жданов, кого ты обманываешь? Тебя не хватит на прочные отношения.
Андрей поморщился: от ее назойливости нет спасения! Но, может быть, в чем – то она права. В глубине души он был готов признать, что не готов вот так расстаться с прежней жизнью, полной свободы, радости и маленьких удовольствий…
– Наташа, брось меня, а? Вот просто возьми и вычеркни из головы. Вспомни все худшее, включая сегодняшний день, и пошли меня к чертовой матери. Ты же гордая, красивая. Тебе не я нужен.
– А кто? Откуда ты знаешь, кто мне нужен?! – воскликнула она.
На них оглядывались. Андрей почти шепотом ее одернул:
– Ты ведешь себя как ребенок. Давай начистоту?! Ты ведь не за меня цепляешься. Тебе нужна поддержка и гарантии, что ты будешь обеспечена работой.
– Андрюша, мне нужен ты!
Жданов даже не догадывался, что был для нее не просто бывшим любовником и одним из главных лиц модельного бизнеса, способным устроить ее судьбу. Она заметила в нем что-то, что женщина не могла пропустить. И это «что-то» – не его красивое лицо, густые темные волосы и спортивная фигура. От него веяло безудержной сексуальностью. Но все это было ему, ни к чему, ведь Наталья – теперь в прошлом. Хотя, знай, он об этом, ему было бы лестно и немного грустно.
***
– Если этого не сделать, у Андрея Павловича могут быть неприятности, – закончила Катя свой рассказ.
– Ты сама все это придумала? – Роман смотрел на нее во все глаза.
Катя виновато кивнула: она не могла понять, ее план удачен или нет.
– И Кира поверила?!
Она пожала плечами: будем надеяться, что поверила…
– Пушкарева, расскажи о себе поподробнее, – решительно потребовал Рома.
– Зачем?
– Чтобы я знал, когда начинать тебя бояться.
Взявшись за телефон, он набрал номер. Повернулся к Кате, улыбаясь:
– Нет, правда, ты молодчина. Не ожидал. – Услышав в трубке ответ, оживленно поздоровался: – Лера? Здравствуй. Это Роман из «Zimaletto». Узнала? Значит, богатым не буду. Твой шеф у себя?
Он кивнул напряженной Кате: да у себя. Пушкарева вздохнула и перестала сверлить его неподвижным взглядом.
– Можешь соединить? Спасибо.
Пока ждал соединения, снова повернулся к Кате:
– Хорошо, что не послала Андрея к самому премьер – министру. Его прямого телефона у меня нет.
Она улыбнулась: да, теперь можно шутить и расслабиться…
***
Говорят, что женской дружбы не бывает. Это ложь! Такого сплоченного женского коллектива, как «Женсовет», еще не видел мир – не было случая, чтобы между этими милыми женщинами хоть раз пробежала черная кошка. Стоило хоть одной из них попасть не то что в сложное, а просто неудобное положение, и все остальные сразу бросались на выручку подруге.
В этой команде не существовало главных – все были равны: и многоопытная Светлана, и мудрая Ольга Вячеславовна, и жизнерадостная Шура, и всезнающая Мария. И загадочная Амура, и конечно добрая и наивная Татьяна…. Они вместе всегда находили верное и смелое решение любой проблемы, и этому дружному неунывающему коллективу любая задача была по плечу.
Попасть в «Женсовет» было отнюдь не просто. Виктория Клочкова, например, едва ли могла когда-нибудь рассчитывать на это. Впрочем, она и не стремилась, «слишком далека она была от народа». А вот находчивая Екатерина Пушкарева, кажется, вполне могла претендовать на высокое членство.… Хотя ее кандидатуру еще следовало многократно проверить и обсудить.
Собственно этим сейчас и занимался «Женсовет», разместившись за любимым столиком в кафе «Ромашка».
Сюда, совсем рядом с компанией, и удобно бегать в обеденный перерыв, да и кормили здесь вкусно при этом за весьма небольшую плату. Симпатичный интерьер с цветочками на стенах, как в детском саду, и деревянной мебелью, громкая музыка – в общем, немного шумно и тесновато, но весело. Менеджеры, среднего звена и служащие всех окрестных предприятий ходили обедать именно сюда.
Знакомая официантка Василиса, издалека завидев «Женсовет», кивнула, но девушки ее не заметили, поглощенные новой интересной историей.
Маша оживленно рассказывала:
–… А потом взяла у Катьки блокнот и стала угрожать. – Она очень похоже, передразнила манеру Лариной: – «Если вы, – говорит, мне сейчас же не предъявите Жданова, я вам такой цирк покажу!» И зарычала, как тигр. Не поверить, девки, но я испугалась.
– Подумаешь! – пренебрежительно заметила боевая и задорная Шара. – А то мы до нее истеричек не видели.
– Ага. Как будто она первая у него, – согласилась Таня.
– Ну, первая не первая, но настойчивая, – продолжала взахлеб рассказывать Маша. – Катька, бедная туда-сюда раз пять бегала. Уже не знала, как ее успокоить. Не понимаю, чего Жданов эту Ларину терпит?
– Губы, ноги, грудь. Все, как наш Андрюша любит. Нет, от такой женщины он не скоро сбежит, – Шура вздохнула: она терпеть не могла девиц, подобных Лариной, и на то у нее были свои причины.
Маша не согласилась:
– А, по-моему, сбежит. Я ее полчаса и то едва вытерпела. К тому же у него свадьба на носу.
 Василиса – миловидная блондинка в кружевном накрахмаленном передничке, словно сошедшая со страниц романа о жизни высшего общества, – наконец приблизилась к их столику.
Услышав последнюю фразу, поинтересовалась:
– Свадебный банкет будем заказывать?
– Какой банкет? – оторопела Маша.
– Какая свадьба – такой и банкет, – серьезно ответила девушка, насмешливо оглядывая присутствующих.
Шара пропела:
– Ой, Вася, что ты здесь делаешь?! Тебе бы на сцену податься.
– «Кушать подано» играть? – Официантка высокомерно усмехнулась: – У меня другие планы!
Татьяна спустила ее с небес на землю:
– В твои планы входит обедом нас накормить?
– Вам, как всегда, хлеба побольше? – осадила та румяную толстушку. – Такую фигуру надо беречь и поддерживать.
Татьяне не нашлось что ответить. Пока она хватала ртом воздух, Василиса исчезла.
– Вот нахалка!
– Ладно, Тань не заводись, – Маша обвела всех взглядом. – Есть тема и поинтересней. Свадьба Жданова.
– Вот помяните мои слова – свадьбы не будет! – мрачно заключила Света.
– Это почему ты так думаешь?
Света жевала, а они все смотрели на нее в ожидании. Наконец, она неторопливо пояснила:
– Ларина – стильная штучка, это раз.
– А ты видела Ларину?
– Я видела, нашу Вику… Она с кем попало, общаться не станет. К тому же после встречи с Лариной она взяла свою сумку под мышку.
– Сумку под мышку?! – с театральным ужасом воскликнула Амура, закатывая глаза. – Не может быть!
Все вздрогнули от ее неожиданного вскрика. Шура строго велела:
– Амура! Не сбивай. Причем тут сумка?
– Я тоже часто так свою ношу.
Света усмехнулась с видом знатока:
– Это потому, что она у тебя не новая. А у Вики новая, и она ей гордилась, выставляла ее напоказ, пока не увидела что-то лучше.
– Прикиньте, если б у Лариной не сумка круче оказалась, а например, юбка! – Амура обвела их довольным взглядом.
– И что тогда?
– Тогда Вика носила бы юбку под мышкой!
– Амура, второе предупреждение.– Таня заинтересованно повернулась к Свете. – Хорошо, то, что стильная, мы поняли. А почему он останется с ней?
– Я не сказала «останется». Я сказала, что свадьбы не будет. А не будет ее, потому что наш Жданов ничего не умеет скрывать. А Кира этого долго терпеть не сможет.
– Ой, да все мужики врут – авторитетно заявила Шура.
– Только не тем женщинам, которых любят.
– Может, он из сострадания врет? – предположила Маша. – Чтобы не огорчать?
– Из сострадания врут только доктора и ветеринары. Наш врет в силу привычки. – В голосе Светы зазвучали металлические нотки. Она говорила со знанием дела: сама недавно разошлась с мужем – кстати, ветеринаром. Осталась одна с двумя детьми и до сих пор еще не отошла от личной трагедии. – Как, ты сказала, он увел свою Ларину?
– Как преступника, под локоток.
– Вспомни. А перед тем, как к ней выйти, ты не заметила, он галстук поправлял, или сразу побежал к ней?
– Кажется, поправлял. Нет, точно поправлял.
Светлана разочарованно развела руками: вот, что и требовалось доказать. Вздохнула и поставила диагноз:
– Типичный бабник. Ларину он, скорее всего, уже просил, иначе не выталкивал бы ее так упорно из офиса. Интересно, кто будет на новенького?
– Эх, Светка, тебе бы детективы писать! – восхитилась Маша.
– Нет, детективы не по моей части. Расследовать я, конечно, люблю, но у нас с вами, подруги, все больше трагедии и мелодрамы.
Света всхлипнула, ее огромные глаза наполнились слезами. Она сняла очки, закрыла глаз платочком, снова вспомнив о бывшем муже. … Оставив еду, подруги кинулись ее утешать.
– Ну что ты…
– Светик, пожалуйста, не надо!
– Ой, что это? – вдруг пробормотала Татьяна. Все замерли, с удивлением глядя, как подошедшая Василиса ставит перед Танечкой тарелку. На ней – красиво разложенные ломтики черного хлеба.
В следующую секунду хохот заглушил возмущенные вопли Татьяны, а в глазах Светы слезы отчаяния сменились слезами веселья.

0

16

Глава 15

Вика прокралась в приемную Киры. Спрятавшись за шкаф, в любой момент, ожидая появления неприятеля: дамочек из «Женсовета». Эти жалкие помощницы, безвкусно одетые и дурно воспитанные совершенно не уважают ее, Вику! Хуже того: когда она пытается им что-то приказать, они откровенно смеются над ней! В лучшем случае – игнорируют. А, между прочим, она подруга – Киры. И еще сделает карьеру в компании, и тогда им всем придется плохо!
Хотя ей совершенно наплевать на карьеру и на этих неудачниц, вынужденных зарабатывать себе на жизнь. Разве ради работы она пришла в «Zimaletto»? Она вспомнила взгляды Георгия, Романа.… Нет, долго здесь она не задержится. Ее ждут счастливое замужество, беззаботная, обеспеченная жизнь. Надо только немного подождать, помочь Кире, и благородная подруга, конечно, поможет и ей.
Убедившись, что помощница Киры, Амура, по всей видимости, ушла на обед. Вика вихрем ворвалась в кабинет подруги. Удобно расположившись в кресле, она азартно поинтересовалась:
– Ну что, бои без правил уже закончились? Или я успею занять место в первом ряду?
– Ты о чем?
– О твоем. О Жданове.
– Больше никаких боев, – решительно заявила Кира. – А твой шеф уехал в «Техноколор» на встречу.
– Один или Наталью с собой прихватил? – Вика задержала дыхание в радостном ожидании фурора и подняла невинные глаза к потолку.
– Какую Наталью? Ларину?! – Кира вскочила. – Постой. Ты ее видела? Где?!
– Да здесь, – Вика поддалась вперед. – Я выхожу, а она в холле ошивается. Судя по всему, стояла долго. Я думала ты в курсе.
– Теперь в курсе. – Кира плотно сжала губы, начиная закипать. Утренние события сложились, в целую картину: Пушкарева, бегавшая с этажа на этаж… записочки… поставщики… – Значит, поставщики на встрече настаивали?! Оставайся здесь.
Она вылетела из кабинета. Вика, не желая пропустить скандал, бросилась за ней:
– Ты куда?
– Ты же хотела увидеть бои без правил? – откликнулась Кира.
Проскочив пустой кабинет Жданова, она решительно распахнула дверь каморки.
Влетев в «кабинет» Пушкаревой как разъяренная мегера, хлопнула дверью. Вике пришлось остаться снаружи, в кабинете Жданова, и ограничиться прослушанием концерта.
– Пушкарева!!! – рявкнула Кира. – Скажи мне, любезная, где у нас твой начальник?
– Андрей Павлович?
– Я не знаю. – Кира ехидно прищурилась – Если ты успеваешь работать на кого-то еще…
Катя замялась:
– Н – нет,… я не успеваю… Андрей Павлович в «Техноколоре». Вы же слышали, у него встреча.
– Хорошая попытка. Но не засчитана. Попробуем еще раз?! – Кира старалась держать себя в руках: – Итак. Андрей Павлович уехал?..
– На переговоры, – решительно повторила Катя, чувствуя неприятный холодок в нутрии.
И все-таки Кира сорвалась на крик:
– Хватит мне уже переговоров!!! Я все знаю про вашего поставщика и про ваши переговоры. Скажи, тебе хочется иметь этот кабинет и эту работу? Тогда у тебя осталась последняя попытка. Последняя! Я не шучу!
Она смотрела на непокорную секретаршу в упор.
– Ну?!!
– Кира Юрьевна, он поехал на встречу, это все, что я знаю! Возможно, по дороге у него были запланированы еще какие-то дела, но мне о них ничего не известно…
– Он уехал с Лариной?!
Воропаева грозно надвигалась. В страхе попятившись, Катя упала в кресло и пролепетала:
– Простите, но я еще очень плохо ориентируюсь в структуре компании. Госпожу Ларину я не знаю.
– За технику исполнения – пятерка, а вот за артистизм – ноль. Не ври мне!
Кира набрала на мобильном номер Андрея. Один гудок, второй… двадцатый… Жданов так и не ответил на звонок.
***
Ларина с аппетитом поглощала заказанное блюдо, в то время как Андрей к своему и не притронулся. Он нервно крутил в руках мобильный телефон, время от времени поглядывая на него.
– Как все-таки приятно на время забыть о диете и вдоволь наесться! – приговаривала Наталья с набитым ртом, стремительно не замечая раздражения Андрея. – Слава Богу, Милко меня сейчас не ведет. Дорогой, а ты почему ничего не ешь? – Она протянула ему вилку с едой. – Ну, попробуй кусочек, здесь так вкусно готовят…
Жданов отвернулся. Он с трудом сдерживался, чтобы не взорваться. Ларина вела себя с ним как раньше, упорно не желая понимать, что между ними все кончено!
– Ну, надо же, какие мы сегодня непреступные!
– Наташ, неужели ты ничего не понимаешь? – с яростью спросил Жданов. – Мы больше не можем с тобой общаться. Я женюсь!
– Бывает, – равнодушно заметила Наталья. Вдруг, вспомнив, отложила вилку: – Андрюш, мы в эти выходные собираемся большой компанией за город. Придумай себе какую-нибудь командировку на пару дней, мы так давно никуда вместе не ездили!
Она нежно потянулась к нему – поцеловать. Мобильный телефон в руках Андрея разразился звонком, и он тут же резко отстранился от Натальи. Безнадежно повторил:
– Нет, ты, видимо, не понимаешь! Я женюсь! И это…– он показал ей фотографию Киры на экране, – звонит моя невеста. А я не могу взять трубку. Потому что рядом ты и, значит, мне придется ей врать. Он тоскливо посмотрел на фотографию.
Не впервые присутствие женщины заставило его забыть о насущных делах. И как некстати, что именно сейчас он не мог заставить себя смотреть на Киру как на верную помощницу, любимую женщину. Мир, который он так тщательно создавал, внезапно начал рушится. В этом будущем мире Андрей видел себя свободным от неприятностей, разочарований, испытаний, от всего, что осложняет существование. И вдруг какая-то Ларина неожиданно вмешивается в его планы, разрушает его жизнь, и ситуацией он больше не владеет. Ему так важно сейчас сосредоточится на работе. Его ждут грандиозные планы, большие дела, а радужные надежды – окрыляют. Если он станет президентом.… Если станет.… Когда Кира узнает о том, что сейчас происходит.… Как она будет голосовать на совете директоров?
– А я не хочу… – жестоко сказал он. – Я пообещал, что не буду ей врать, и, значит, нам придется с тобой расстаться.
– Странная логика… – искренне недоумевала Ларина. – И вообще, мало ли кто кому что обещал. Так что, договорились на счет выходных? Там будет весело!
Телефон все звонил, и Андрею больше всего хотелось в этот момент придушить свою спутницу. Он, то краснел, то бледнел, стараясь закончить разговор мирно.
– Желаете что-нибудь еще? – Рядом с их столиком возник официант. Он подал счет, задержав на Наталье взгляд чуть больше положенного времени.
– Нет, спасибо.… Послушай, – вдруг сообразил Жданов, – если меня вдруг кто-то будет искать – меня здесь нет и, не было сегодня.
Он протянул банкноту, которая тут же чудесным образом исчезла.
Понимающе кивнув, официант испарился. Телефон продолжал надрываться, и доведенный до отчаяния Андрей, не глядя, убрал его в карман пиджака.
***
– Возьми же трубку, самоубийца!!!
Роман Малиновский битых полчаса пытался дозвониться Андрею – безрезультатно. Нажав отбой, он схватился за визитницу. Отыскав нужный номер, набрал его по городскому телефону.
– Ресторан «Авиньон», здравствуйте! – ответили на том конце.
– Здравствуйте. Мне срочно нужен Андрей Жданов. Он, скорее всего, у вас. Вы не могли бы его позвать?
Официант, нащупав в кармане купюру, бесстрастно повторил:
– Его здесь нет, и сегодня не было.
Выругавшись, Роман в отчаянии повесил трубку.
Что же делать? В любой момент все может сорваться, и тогда – прощай свадьба! А заодно – голос Киры на совете директоров, президентство друга в «Zimaletto» и его, Романа, благополучие. Малиновский нервно пробежался по комнате, затем попросил соединить с Пушкаревой:
– Андрей не звонил?
– Нет, Роман Дмитриевич, не звонил. Он уехал на переговоры в «Техноколор», – она покосилась на стоящую рядом Киру.
– Что, кто-то тебя слышит? – догадался Малиновский.
– Да, Роман Дмитриевич.
– Понятно. Задание выполнено, шеф! – доложил он.– Щербакова я предупредил. Вот только Андрей до сих пор не знает, что у него переговоры. Я не могу, до него дозвонится…
«Не вы один»,– подумала Катя, глядя, как раздраженная Кира снова и снова терзает мобильный телефон, вызывая Жданова.
На лице Киры ясно читалось: если только она узнает, что Андрей сейчас действительно с Лариной, – грандиозного скандала с возможным разрывом жениху не избежать…
***
Он уже сказал Наталье все, что хотел. Не о чем больше им говорить. Подозвав знаком официанта, Жданов потребовал счет.
Наталья надула губки. Она еще не доела свой десерт и не собиралась покидать ресторан так скоро. Промурлыкала:
– Но ты, же ничего не съел! И вообще, ты чего сегодня такой? А ж дрожишь весь от злости. – Она игриво накрыла ладонью его кисть: – А может, от возбуждения?!
Он в ярости отдернул руку.
– Наташ, раз ты не хочешь понимать по-хорошему, я объясню по-плохому. Я никогда не поверю, что я тебе нужен не только для дела, да ты и сама в это не веришь.
– По-твоему, я не способна на настоящие чувства? – притворно оскорбилась Ларина.
– Конечно, способна. Ты на многое способна, в чем я сегодня убедился.
Мобильник снова зазвонил.
– Да, Жданов, ты под колпаком, – произнесла Ларина с сочувствием.
– А это не твое дело! И пора бы тебе понять, Наташа, если я говорю: все, значит – все!
Андрей решительно поднялся, бросив на стол деньги. Огромные голубые глаза Натальи наполнились слезами:
– Но я могу хотя бы позвонить?!
– Конечно, звони, – равнодушно ответил Андрей. – Милко. Расписание показов он знает лучше, чем я. Адьос, красавица!
Он поспешно ушел, ни разу не оглянувшись.
Наталья проводила его долгим взглядом. Страдание и слезы моментально исчезли с ее лица.
Как ни хорошо было со Ждановым, она и получше найдет. Ларина вспомнила красноречивый взгляд официанта. Он, конечно, не в счет, но есть и другие мужчины, которые смотрят на нее такими восхищенными глазами.
Держа в руке стакан с апельсиновым соком, Наталья откинулась на спинку кресла. В любом случае: расставание с мужчиной – не повод портить себе удовольствие от десерта.
***
Зазвонивший на столе у Кати телефон разбил напряженную тишину. Кира порывисто метнулась к нему, но Пушкарева схватила трубку раньше.
– Алло? – И вдруг радостно воскликнула: – Папочка?! Наконец-то!!! Я тебя уже совсем потеряла, – она повернулась к Кире, удивительно округлившей глаза, и пояснила: – Извините Кира Юрьевна – папа звонит.
Тут же утратив к телефону всякий интерес, Воропаева досадливо отвернулась.
– Вы что сегодня, все с ума по сходили?! – Андрей, а ж остановился у выхода из ресторана. – Это Жданов!
– Нет, попочка, нет – нет, … я не могу пойти с тобой. – Катя старалась говорить как можно спокойнее. – Мне надо дождаться Андрея Павловича, у него на два часа назначена встреча, так что я не успею.
До Андрея вдруг дошло, что с мозгами у его секретарши все в полном порядке:
– Встреча? На два часа? Но ведь уже…– Он глянул на часы. – А встреча, поди, в «Техноколоре»?
Пушкарева не смогла сдержать улыбку. Надо же, получилось!!!
– Да – да!!! – От радости у нее сорвался голос. – Я не могу пойти, Андрею Павловичу могут позвонить.
Лицо Киры сделалось подозрительно – удивительным. Она никогда не видела, чтобы взрослые люди с таким восторгом разговаривали с отцами.… Хотя… Пушкарева вообще странная.
– Черт… Кира может позвонить в «Техноколор»?
Определенно Жданов схватывал все на лету.
– Да попочка! Так что езжайте без меня, а то опоздаете…
Он усмехнулся, одновременно снимая машину с сигнализации:
– Спасибо, дочка, уже мчусь!
Катя положила трубку.
Едва Кира увидела лицо второй секретарши, на котором бушевали эмоции, подозрения, вернулись к ней.
Она снова и снова набирала номер Андрея…
Труба лежала рядом с ним, на переднем сидение, и звонила, звонила. Андрей, вжимая педаль газа, гнал, как никогда. Его спортивная машина перестраивалась с одной полосы на другую, он обгонял, подрезал, рисковал – только бы успеть, ведь на карте – все его будущее. И ведь на этот раз он действительно ни в чем не виноват…
***
Так и не дозвонившись, Кира отключила телефон и швырнула на стол, в гневе уставившись на Пушкареву.
– Значит, так, девочка, – разъяренно начала начальница. – Во – первых, ни в какие сказки о переговорах я не верю. Во – вторых, мне точно известно, что здесь была, Ларина и что Андрей ушел вместе с ней. И в – третьих, ты немедленно даешь мне ее телефон!
Немного запинаясь, но уверенно Катя сообщила:
– У Андрея Павловича действительно переговоры в «Техноколоре». А телефона Лариной у меня нет…
– Ах, нет! Так может, посмотрим в органайзере, который передал тебе Андрей? Уверена, там много всяких полезных телефонов, без которых он не может обойтись!
– Я не могу дать вам его органайзер, – продолжала сопротивление Катя. – К тому же в нем всего – на всего расписание дел Андрея Павловича, и я не думаю, что вы найдете там телефон госпожи Лариной…
От ярости у Киры потемнело в глазах. Кем же себя возомнила эта ничтожная секретарша! Как она вообще смеет перечить начальству! Воропаева стремительно надвигалась на Катю, та отпрянула.
– А думать тебя никто не просит, мыслитель! Просто дай мне его! Или ты забыла, с кем разговариваешь?
Лопатками Катя уже касалась стены. Отступать некуда.
– Нет, не забыла, Кира Юрьевна,… но дать вам органайзер без позволения Андрея Павловича я не могу.
Разве можно от такой чего-нибудь добиться?! В этой хлипкой на вид секретарше прячется стальной стержень! Кира сжала зубы. Она считала, что Пушкарева просто обязана предъявить невесте шефа его знаменитый органайзер, хотя бы для того, чтобы заслужить симпатию и благодарность. А в место этого она строила из себя Зою Космедемьянскую. Надо бы поставить на место. Воропаева разжала побелевшие кулаки и отступила от стола:
– Хорошо.… Значит, ты утверждаешь, что он в «Техноколоре». Надеюсь, телефон Щербакова не придется вытягивать из тебя клещами, и ты дашь мне его сама?
Катя схватила справочник:
– Конечно, Кира Юрьевна.… Сейчас…
Тут же бросила его, будто вспомнив, что требуемого телефона в нем нет. Открыла один ящик стола, затем – другой: разворошила кучу бумаг.
– Сейчас, Кира Юрьевна. Он был где-то здесь…
Интересно, успел ли Андрей добраться до «Техноколора»? Катя стремительно проглядывала попадавшиеся бумаги, что-то бормоча себе под нос, а сама думала об Андрее. Кира нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, посматривая на неловкую секретаршу сверху вниз с ненавистью и насмешкой.
И тут у нее зазвонил телефон. Дрожащими от волнения пальцами Кира ткнула нужную кнопку.
– Алло?
– Привет, любимая. Ты звонила. Что-то случилось? – Андрей старался успокоить сбившееся от скорости дыхание: он только что поставил машину в гараж и теперь быстрым шагом направлялся к зданию, где располагались их партнеры. – А что, разве тебе не сказали, что я в «Техноколоре»?
– А как же Ларина, она уехала с тобой?
– Зачем Лариной ехать со мной на переговоры? – неподдельно удивился Андрей. – Кира, что за бред ты несешь?! Извини, я не могу долго говорить.
***
– Слушай, а может, ты его прикрываешь? Вот для чего ему понадобилась вторая секретарша. Жалкая роль!
Не обращая внимания на презрительные интонации начальницы, Катя, молча, протянула ей визитку Щербакова – директора «Техноколора». Дальше тянуть резину было нельзя – в конце концов, Кира может и догадаться, что ее обводят вокруг пальца.
– Вот телефон Анатолия Сергеевича.
– Ну, надо же, как оперативно! – воскликнула Кира. Тут же схватилась за городской телефон. Катя снова встревожилась: а вдруг Андрей еще не там? – Алло.… Соедините, пожалуйста, с Анатолием Сергеевичем. Это из «Zimaletto»… Анатолий Сергеевич? А с Андреем поговорить я могу?
Щербаков, уже извещенный Романом Малиновским о пикантной ситуации, заливался соловьем:
– А со мной поговорить ты не хочешь? Такие старики, как я, тебя совсем не интересуют?..
Неизвестно, как долго Щербаков смог бы выдержать осаду, но на его счастье в кабинет без стука влетел запыхавшийся Андрей. Иронично улыбнувшись: ну надо же, как вовремя! – Щербаков кивнул, указывая на телефон.
– Шучу, шучу! Хотел заставить поревновать этого счастливчика. Счастливо, Кирочка…
– Кира, что опять случилось?! – раздался в трубке голос Андрея. – Ты ставишь меня в неловкое положение!
…Она растерялась. Гнев тут же пропал. Вот уж чего не ожидала, так это услышать Андрея. Да она на сто десять процентов была уверенна, что ее жених находится где угодно, только не в «Техноколоре»!!! Но надо было спасать лицо.
– Что ж, на этот раз тебе повезло.… Но тебе еще предстоит объяснить мне, что здесь делала Ларина.
– Надеюсь, не сейчас, – сухо ответил Жданов. – До вечера, любимая.
– До вечера…
Катя облегченно улыбнулась. Теперь ее переполняло счастье: ведь она только что спасла Андрея!

0

17

Глава 16
Андрей устало плюхнулся в кресло. Щербаков, окинув его насмешливым взглядом, молча, достал из шкафа бутылку бренди и два бокала. Спокойно осведомился:
– Штирлиц был на грани провала?
– Чудом спасся, – Жданову до сих пор не верилось, что операция «Ларина» прошла успешно. – Кира даст сто очков вперед любой контрразведке.
– И как зовут чудо, которое тебя спасло?
– Будешь смеяться. Радиста Кэт. – Андрей все не мог отдышаться. – Вот, решил жениться, с приключениями завязать. И – на тебе! – самодовольно усмехнулся: – Не отпускают!
Анатолий Сергеевич разлил бренди по бокалам, один протянул Жданову. Назидательно заметил:
– Жанетта, Жоржетта и далее по списку. Понятно. Но все равно, Андрюша, я считаю, что с женщинами лучше не уметь прощаться, чем не уметь знакомиться. А брак, Андрюша, это такая вещь… ну вот, например, я. Всю жизнь люблю одну женщину…
– Что ты говоришь! – заинтересованно воскликнул Андрей. В подобное признание верилось с трудом.
А Щербаков продолжал:
– Да! Одну – единственную – но каждый раз разную. Значит, получается, кто я?
– Кто?
– Однолюб!!! – Он поднял бокал. – Ну что, за милых дам?
Андрей улыбнулся:
– Нет. За мужскую солидарность!
***
Кира все не могла угомониться. Знакомый червяк сомнения не давал покоя ее измученной ревностью душе. Здесь была Ларина! Значит, у Андрея продолжается роман с этой девицей! Каким-то непостижимым образом он оказался в «Техноколоре», но не может быть, чтобы он не встречался с Натальей! Легко говорить той же Маргарите Рудольфовне, что в отношениях главное – доверие, Кира не видела оснований верить своему жениху.
Вот и сейчас: что-то в их отношениях было странным. Во-первых, Ларина, про которую Кира так и не услышала внятного объяснения, зачем-то сегодня приходила: во-вторых,… она, может, и постаралась бы переубедить себя, если бы не радостная, просто-таки святящаяся от счастья физиономия некрасивой секретарши Жданова! Пушкарева что-то скрывала…
Так, где Вика видела Ларину? На ресепшн, конечно. Якобы та подлая болталась в холле. Кира бегом направилась туда: Маша уже должна была вернуться с обеда.
Маша т вернулась. Она сидела на рабочем месте и, пользуясь затишьем, читала дамский журнал. Вернее, пыталась пройти тест: что-то вроде «насколько вы для него привлекательны?».
– Когда тебе говорят о твоей сексуальности, что ты чувствуешь?
Маша посмотрелась в зеркальце. Ничего такая девушка, красивая. Чего от себя-то скрывать, среди дамочек «Женсовета» – самая красивая. Сексуальная. Особенно – она перевела зеркальце пониже – бюст…
– А какие варианты, интересно… – углубилась в журнал, нараспев читая варианты: – Так… «а: приступ смеха б: как у тебя поднимается настроение, в: гордость». Ага – она поставила галочку напротив последнего ответа.
Неожиданно перед ней появилась Кира. Маша вздрогнула и отложила журнал.
– А что, кастинг уже закончился? – спокойным голосом спросила начальница, даже не обратив внимания на то, что Маша в рабочее время занята посторонним делом.
– Какой кастинг? – удивилась Маша.
Кира взяла журнал, принялась его рассеянно листать.
– А разве сегодня не было кастинга?
– Нет. – Она недоуменно помотала головой, еще не понимая, в чем подвох.
– Ну, может не кастинг, а фото пробы…
– Нет, – Маша, все еще улыбаясь, открыла ежедневник. – У нас на этой неделе…
– Зачем сюда приходила Ларина?!! – вдруг жестко спросила Кира.
Маша замерла от неожиданности и только теперь поняла, что Воропаева в курсе утренних событий. Та сверлила ее ледяным взглядом.
– Ты вопрос поняла?
– Поняла. Но я не знаю, Кира Юрьевна! Она спрашивала Андрея Павловича, кажется, хотела обсудить с ним какие-то дела.
– Дела? – усмехнулась Кира. – А какие дела, она тебе случайно не сказала?
– Нет. Да я с ней и не разговаривала особо, сразу к Кате перенаправила…
Она тут же прикусила язык, сообразив, что сболтнула лишнее и, чего скрывать, просто подставила Катю.
Попыталась вывернуться:
– То есть…
Кира в бешенстве повторила:
– Значит, к Кате… Спасибо за информацию.
За ней с грохотом захлопнулась дверь. Маша испуганно схватилась за голову. Чертов длинный, легкомысленный, глупый язык!!! Это ж надо так подвести человека! Вчера не уволили – так сегодня обязательно уволят…
А Кира в это время пыталась понять, как этой серой мыши удалось организовать Андрею алиби? И ведь, надо признать, она ему почти поверила!!! И если у Жданова появилась такая сообразительная секретарша, значит, быть ей, Кире Воропаевой, самой рогатой женой самого отъявленного бабника.… Ну, нет. Да кем эта секретарша себя возомнила?
– Эта ошибка природы не будет портить мне жизнь! – процедила Кира. – Я ее уволю! И – немедленно!
***
Местом сбора «Женсовета» сегодня служила дамская комната на этаже администрации. Посторонние здесь не появлялись, разве что Клочкова.… И обстановка довольно приятная: цветы в кадках и удобная скамейка посередине – замечательная комната отдыха. Несколько раз в день дамочки собирались здесь «на перекур», обсуждая последние новости. Вот и сейчас они удрученно слушали безутешно рыдающую Татьяну:
– Вот так вот, девочки… – всхлипывала Танюшка – «пончик». – И говорит: немедленно! А мы что? Мы люди подневольные, пришлось печатать приказ об увольнении.
– Тань, чего ты ревешь, а?! Чего себя винишь?! Это я во всем виновата, – в унисон ей зарыдала Маша. – Вот дура! Надо же было так девчонку подставить!
– Просто совпало, – пожала плечами Света. – У Лариной длинные ноги, у Киры длинные руки, а у тебя, Машка, очень длинный язык!
– Да ты что! Она меня к стенке прижала…
– Закон жизни, – философски заметила Светлана. – Не заложила бы ты ее, так тебя бы выперли…
– Нет, девочки, я думаю, что Кире просто повод был нужен, чтоб от Катьки избавится, – поделилась своим мнением Шура. – Так что не стоит искать виноватого. А еще наш уговор дурацкий – про поход на мужской стриптиз…
Маша опустила голову:
– Да уж, праздновать победу как-то не хочется…
– К тому же…
Таня вдруг замолчала, быстро попыталась ладонями вытереть слезы. В дамскую комнату вошла Катя. Девушки просились к выходу. Света, Шура и Маша выскочили в коридор, хлопнув дверью у Татьяны перед носом. Та ударилась лбом в дверь, из-за которой слышался ободряющий шепот: давай, рассказывай!
Ну, чему быть, того не миновать.… Набравшись смелости, Таня ненатурально улыбнулась и робко спросила у Кати:
– Ты как себя чувствуешь?
– Нормально.
– Это хорошо… – Она вздохнула.
За полупрозрачной дверью маячили силуэты подруг.
– У вас что-то случилось? – предположила шокированная Катя. – Может, я могу…
– Нет – нет, все хорошо, – похоронным тоном успокоила ее Таня и снова попыталась выйти.
Безуспешно. Подруги крепко держали дверь. Обессиленная борьбой толстушка была вынуждена вернуться.
– Ах да! – Таня опять всхлипнула. – Чуть не забыла! Вот так прямо – фьить!!! – вылетело из головы – и все. Ты вот что, зайди к Георгию. Он просил тебя позвать.
– Хорошо, сейчас зайду, – удивленно пожала плечами Катя.
Татьяна с чувством выполненного долга бросилась бежать, благо путь к отступлению наконец-то оказался открытым, а Катя непонимающе уставилась ей в спину.
Да что такое здесь, в конце концов, происходит?!

0

18

Глава 17
Старая «Волга» сегодня все-таки завелась – к полудню. У Валерия Сергеевича при одной лишь мысли о поездке в автосалон и покупке новой машины холодело в груди, а его супруга чувствовала себя на удивление спокойно и уверенно.
– Нам же совсем не обязательно что-то покупать! Если ничего не понравится – просто уедем домой, – убеждала она мужа, как будто не понимала, что для него значила их машина: давний друг, практически член семьи. Это современная легкомысленная молодежь умеет легко прощаться с автомобилями…
Набравшись решимости, глава семьи Пушкаревых все-таки тронул «Волгу» с места: ближайший автосалон – в полукилометре от дома.
И все-таки, как бы ни храбрился Валерий Сергеевич, как бы широко не улыбалась Елена, чувствовали Пушкаревы себя в салоне не очень уверенно: все-таки покупка машины – это целое событие! А ведь еще вчера они ни о чем таком не помышляли…
Валерий Сергеевич погладил по корпусу симпатичную жемчужно – сероватую машину:
– Да, красавица, что и говорить… Обшивка, конечно, тонковата. У моей девочки покрепче будет…
Елена Александровна обернулась к сопровождающему их менеджеру:
– Простите, а у вас танков нет? Бронированных? Так, чтобы к обшивке не придраться?
Молодой человек улыбнулся. Валерий одернул жену:
– Прекрати, я, можно сказать, себе спутницу жизни выбираю, а ты шутки шутишь.
– Молчу – молчу, – покладисто согласилась Елена Александровна. – И даже не ревную. Она явно вне конкуренции. Только не затягивай, а то ко мне ты полтора года присматривался.
Устроившись в салоне, Елена поразилась неожиданному комфорту – да, с их «ласточкой» и не сравнить!
– Вот это да…как здорово. Век бы седела на этом кресле и не вставала!
– Лена! – Валерий Сергеевич осуждающе посмотрел на жену. – Мы же в мебельном магазине! Это же не кресло! Ну, то есть кресло, конечно, но,…а это что? – Он с интересом притрагивался то к одним кнопкам на панели, то к другим. – Уже горит?..
– Датчик открытых дверей. – Менеджер протянул ему ключи. – Вот заведите, попробуйте, а я вам все объясню.
Осторожно поворачивая ключ, Валерий Сергеевич сурово заметил:
– Сам разберусь, не первый год замужем… – Двигатель заработал с полуоборота. – Ух, ты, мотора вообще не слышно! А лампочек-то, лампочек сколько, – он ощупывал панель пальцами, пытаясь разобраться.
– Вот, а тут еще и для бутылок, – Елена Александровна с восторгом осматривалась на своем сиденье.
– Подожди, Ленок. Как тут все…кнопки какие-то – пади разбери. То ли дело, у моей девочки: пара рычагов – и все понятно!
– Вы очень быстро освоитесь. Если вы привыкли управлять трактором…
Валерий Сергеевич возмущенно перебил его:
– Молодой человек, а вот этого не надо! Мы не на тракторе ездили. Мы ездили на лидере отечественного машиностроения! – Он с пафосом выдал: – Автомобиль «Волга» – проверен временем!
Юноша покраснел:
– Извините, ради Бога, вы просто про рычаги так интересно рассказывали. Я и подумал.…Еще раз простите, – он снова обратил внимание на автомобиль: – В этой машине все на автоматике, – улыбнулся Елене Александровне: – Нажмите вон на ту кнопку.
Она без опаски нажала, и на них подуло прохладным ветерком. Валерий важно заметил:
– Ну, это понятно: вентилятор.
– Кондиционер, – менеджер снова улыбнулся, довольный эффектом. – Работает как на охлаждение, так и на подогрев.
– Я и говорю: вентилятор с печкой на одной кнопке, – буркнул Пушкарев.
– Ну, можно сказать и так, – не стал перечить юноша. – Проехаться не желаете?
Елена Александровна радостно воскликнула:
– Конечно, желаем! Поехали!
– Это что же, такое доверие? – удивился Валерий Сергеевич. – А если я сбегу?
– Все предусмотрено, далеко не уедете. В машине бензина в обрез.
– Ну вот, – расстроился Валерий. – Если купим ее, до заправки можем не дотянуть…
Его жена любовно погладила сиденье. Она уже представляла эту красавицу стоящей во дворе:
– Что значит «если купим»? Обязательно купим! Хватит тебе на «Волге» ездить. Тем более что теперь, когда у нашей Кати такая работа, мы можем позволить себе выбирать…
Вдруг, почувствовав молодой задор, Валерий залихватски махнул рукой: чего не сделаешь ради прекрасной дамы!
– Ладно. Поехали, прокатимся.
***
Катя, прижимая к груди телефонную трубку, – вдруг позвонит Андрей Павлович?! – нерешительно зашла в кабинет Георгия:
– Здравствуйте! Мне сказали, что вы меня звали.
– Да, – Георгий, как обычно приторно улыбаясь, суетливо предложил: – Шоколадку хотите?
– Нет – нет, спасибо. Я…
– Тогда – это, – он протянул ей конверт.
– Это Андрею Павловичу?
– Это от Андрея Павловича. – Катя обернулась: из угла кабинета вышла Кира. Воропаева была исполнена решимости: наконец-то она расставит все по своим местам! Этой Пушкаревой в компании не место!
– К сожалению, Катенька, он не смог передать вам это лично, – пояснила Кира с мнимым сочувствием. – У него как раз сейчас важные переговоры в «Техноколоре». Впрочем, вы же в курсе.
– Катюнечка…да вы присядьте! – слащаво продолжал Георгий. – Присядьте, не волнуйтесь. Вы откройте и взгляните! – Он тоже смотрел с сочувствием, и Катя не могла понять, искренне ли его гладкое лицо.
Она осторожно надорвала конверт и достала сложенную бумагу. Пробежала по ней глазами. Приказ 007… об увольнении сотрудника.…Нет, Катя оказалась не готова к такому повороту событий.
Она подняла наполненные слезами глаза:
– Я…я уволена?!
– А что, там не по-русски написано? – иронично заметила Кира. – Хотя, ты ведь языки знаешь. Или это слишком сложно для твоего понимания?
Георгий с театральным огорчением сообщил:
– Да, Катя, поверьте, нам очень неприятно сообщать вам плохое известие, но это так…
– Но как же? А Андрей Павлович…Его же нет,…Он вам позвонил?!
– Мы решили избавить его от этой малоприятной миссии. Мы с Кирой Юрьевной буквально взяли все на себя,– доверительно сообщил Георгий.
Они открыто издевались! Собственно, этого следовало ожидать. Кира не поверила в историю про переговоры. Рассерженная невеста решила выместить зло на секретарше, забыв, что невинной ложью та, между прочим, спасла ее брак.…Но Георгий… ему-то Катя ничего плохого не сделала! Она вообще его не видела после собеседования!
В руках у Кати зазвонил телефон. Она растерянно посмотрела на менеджера по персоналу, не зная, что делать. Он кивнул:
– Ответьте…
Катя поднесла трубку к уху:
– Алло?
Кира тут же перестала улыбаться: а что если это Андрей? И Пушкарева сейчас его спросит: за что, Андрей Павлович?! Она тревожно переглянулась с Георгием. Но, к сожалению, это звонил не Жданов.
– Алло, Катя! Дочка! Мы победили! Сопротивление сломлено! Противник обезоружен!
Катя узнала мамин голос, но не сразу поняла, о чем идет речь. Но когда поняла, еле сдержала слезы.
– Мы купили машину! Настоящую машину! Подожди, сейчас дам тебе отца…
В папином голосе Катя услышала тщательно скрываемые торжествующие нотки:
– Катюш, я вот принял решение: новую машину взять. Ну, мать, конечно, по упиралась, сначала ни в какую. Давай, дескать, стиральную, но я настоял. У нас ведь теперь финансы не романсы поют, а совсем другие песни.
Нет, Катя не могла позволить себе расстроить отца, лишить родителей этой радости, а еще – гордости за свою дочь. Она заставила себя бодрым голосом произнести:
– Я очень рада, папочка!
Кира облегченно вздохнула – не Андрей.
– Ты молодец, папочка! – отвернувшись от всех, Катя еле сдерживала слезы. – Извини, я не могу сейчас говорить. Вот приду – и обсудим. Но я очень рада.
Сердце замерло: ее уволили…и как же быть с кредитом?! Как выплатить гигантскую сумму за машину? Катя вопросительно посмотрела на Киру и Георгия: может, все это шутка? Или – предупреждение? Может, все изменилось: ну, поиздевались над секретаршей, и будет. Урядов радужно улыбнулся:
– Вот, собственно, и все. Приятно было познакомиться.
– Мне тоже… – подавленно пробормотала Катя. – Спасибо, я все поняла.
В дверях она с надеждой обернулась:
– А, может, я все-таки дождусь Андрея Павловича?
– Это ни к чему, – охладил ее Георгий. – Решение принято.
– Подожди… – в последнее мгновение окликнула Пушкареву Кира. Она выразительно взглянула на менеджера по персоналу: – Георгий, ты позволишь нам поговорить наедине?
Он подобострастно вскочил с места:
Да – да, конечно! У меня как раз назначена встреча с итальянскими моделями. О, мама мия, я же опаздываю!
Кира плотно прикрыла за ним дверь и обернулась к Кате. Странно, она поймала себя на мысли, что вовсе не хочет ее увольнять. Совершенно искренне ей было жаль эту некрасивую девушку, которая, вероятно, еще не скоро подыщет себе работу. Не хотелось вы выгладить записной злодейкой перед Андреем. Но здесь – одна команда. И эта команда должна подчиняться ее приказам, как и приказам Жданова. А эта Пушкарева не хочет играть по правилам.
Катя, насупившись, молчала. Кира не сводила с ней внимательного взгляда:
– Все еще не поздно исправить…Ты ведь, наверное, тоже не хочешь потерять это место?
– Не хочу, – честно ответила Пушкарева. – Но что это значит – играть по вашим правилам?
– Ты же умная девушка и должна понимать: работая в коллективе, недостаточно иметь образование и знать языки. Важно поддерживать правильные отношения с нужными людьми. Ты понимаешь, о чем я?
Катя опустила голову. Для нее оставалось несомненным, что хранить личные документы шефа, доверенные ей, – прямая обязанность личной секретарши. Но красавица Кира считала себя слишком важной персоной, чтобы уважать мнение какой-то незаметной секретарши. А утруждать себя уговорами – ниже ее достоинства. Впрочем, уговоры здесь ни причем. Ни за что не отдала бы она органайзер Андрея Павловича. Катя отвернулась, с интересом разглядывая картину на стене: почти такая же весела у нее в кабинете. Все она понимает…
Кира продолжала, не дождавшись реакции:
– Если ты будешь со мной дружить, то я сделаю все, чтобы ты не только работала здесь долго и счастливо, но и получала при этом достойную зарплату.
– Дружить? – погасшим голосом уточнила Катя.
– Это просто.…Если я задаю вопрос, на него нужно ответить честно. А если я о чем-то прошу, нужно выполнять просьбу. Ведь ничего сложного, правда?
Катя не сводила глаз со спасительной картины.
Но Кира ждала, и она обернулась. Посмотрела бывшей начальнице в глаза с насмешкой и презрением…решительно вымолвила:
– Кира Юрьевна, вы меня простите, но я дружбу по-другому понимаю. А зарплата меня вполне устраивает.
Кира села в кресло. Она вдруг почувствовала себя неловко рядом с Пушкаревой и поэтому злилась:
– У тебя уже нет никакой зарплаты, и работы у тебя нет. Ты что, не понимаешь?
– Понимаю, – Катя выпрямилась и снова посмотрела Кире в глаза. – Зато у меня есть совесть. И она чиста перед моим начальником.
– Ну, надо же, какая собачья преданность! – ядовито заметила Кира. Она была уязвлена. – Только, боюсь, Андрей ее не оценит,…Что ж… Ты сделала свой выбор. Не трудись передавать дела Виктории, она сама во всем разберется. Так что собирай свои вещички и испаряйся. Вряд ли твой начальник вообще заметит твое отсутствие.
Кира вылетела из кабинета. Катя проводила ее полными отчаяния глазами. Вот и все. Она снова безработная.

0

19

Глава 18
Новая машина Пушкаревых пролетела под аркой, сигналя и распугивая соседей. Елена Александровна восторженно прошептала: «Птица! Просто Птица!» – затем просительно заглянула мужу в глаза:
– Давай объедем еще раз вокруг дома, а?
– Вечером покатаемся, – Валерий Сергеевич старался выгладить спокойным, солидным, но не мог скрыть удовольствия.
Елена мечтательно закрыла глаза:
– Даже выходить не хочется! Представляю, как Катюша обрадуется, – она улыбнулась, выходя из машины. – Нам за нее, конечно, еще платить и платить, но я во сне гречку рассыпанную видела…
– И что? Потом пришли куры и склевали?
– То-то и оно!
– Так что, не надо было?.. – Он показал на автомобиль.
– После еды, знаешь, что куры делают?!
– То есть мы в полном этом?.. – переспросил Валерий Сергеевич с ужасом.
Удивительно, но этот серьезный мужчина с годами стал почти всерьез воспринимать сны жены и ее весьма оригинальные трактовки. Елена широко улыбнулась:
– Это как раз к деньгам! Пойдем домой.
Елена Александровна еще раз любовно взглянула на машину, вздохнула и направилась к подъезду, муж двинулся было за ней…потом четко, по – военному обернулся через левое плечо. Обратился к серебристой машине, как совсем недавно – к старой «Волге»:
– Значит, сигнализация говоришь? Слушай мою команду. На посту не курить, чужих не пускать. В случае чего – орать, свистеть и гудеть на поражение! – Он нажал на кнопку, включая сигнализацию. Автомобиль согласно отозвался.
Елена оторопело уставилась на Валерия Сергеевича.
Вдруг опомнилась:
– Ой, а сумочку – то в машине оставила!
Елена вернулась к машине, дернула дверцу и тут же отскочила, напуганная истошно вопящей сигнализацией. Валерий Сергеевич расхохотался:
– Лена, откуда у тебя криминальные наклонности? Свою же машину угнать хотела! А сигнализация как орет, заслушаешься, – он не торопился ее выключать. – Хотя…моя «волжаночка» поспокойнее была…
***
Андрей вернулся из «Техноколора» в отличном настроении. Все сегодня получилось! Зайдя в приемную, застал привычную картину: Виктория, конечно, на рабочем месте отсутствовала, компьютер – выключен. На нем, кажется, уже и пыль понемногу стала скапливаться. Но даже это не способно испортить ему настроения! Жданов вошел в кабинет, деловым шагом прошел к Катиной каморке.
– Катя, а что у Виктории опять возникли неотложные дела, и она…
Он оборвал фразу на полуслове – каморка пустовала…
Андрей не знал, что как раз в это время Катя в последний раз остановилась перед зданием «Zimaletto». Возможно, в последний раз смотрела на зеркальную громадину, вознесшуюся в небо, по которому быстро бежали маленькие круглые облачка.
Разве может жизнь меняться так внезапно? Еще час назад она парила в облаках от счастья, что так удачно помогла шефу, и была полна оптимистических ожиданий. И вот сейчас – приросла к земле, пытаясь побороть приступ отчаяния. Катя повернулась медленно побрела прочь. Розовое облако, на котором она еще утром летала над миром, рассеивалось как дым, а на его месте появлялась большая грозовая туча. Крупные слезы стекали по Катиным щекам.
Однако к груди она бережно, как котенка, прижимала органайзер Андрея. Большой, в черном кожаном переплете, потрепанный временем. На лице Пушкаревой появилась улыбка – немного смущенная, немного радостная, даже чуть коварная…
Ну и пусть. Душу грело печальное удовлетворение, светлая грусть. Чтобы не случилось, Кира не доберется до записей Андрея. Потому что Катя до конца, до самой последней минуты останется верна своему шефу. Она забрала органайзер с собой…
Вздохнув, Катя плотнее запахнула пиджак. Со стороны могло показаться, что она действительно везет домой котенка.
***
Вот ее двор. С детства знакомый, обычный – сегодня ей все кажется другим. Сегодня Катя уволили. И это было так унизительно! Даже вспоминать не хочется тяжелый разговор с Кирой, последние минуты – такие горькие…
Но Катя не представляла, как она могла поступить иначе. Повторись все – она сделала бы точно так же. Видимо, мир высокой моды и интриг – не для таких, как Пушкарева.
Мама стояла у окна, любуясь жемчужной красавицей. А Катя вовсе успела позабыть про купленную родителями машину – столько всего ей надо было осознать, обдумать, пережить. Елена Александровна, увидев дочь, радостно замахала руками, пытаясь обратить ее внимание на их приобретение. Валерий Сергеевич тоже подошел к окну, обнял жену. Такие они счастливые стояли, довольные…Слов у отца не было:
–…А?!!
Катя, наконец, заметила предмет их гордости. Она грустно подошла к машине, сердце ее сжалось от тоски. Придется все рассказать. Она потеряла работу. Снова все будет по-прежнему, снова она станет рассылать резюме, получая отказ за отказом.…Пусть она их сегодня разочарует, но ведь родители сами учили ее быть честной, верной, и не предавать…
Вздохнув, Катя медленно поднималась по лестнице. Жаль, что эта лестница – не бесконечна.
***
Андрей, не понимая, что происходит, в надежде найти хоть кого-нибудь спустился вниз. За столиком одиноко скучала Маша, погруженная в очередной тест. Увидев шефа, она ловко смела журнал под стол и изобразила дежурную улыбку.
– Мария! – Голос Жданова стал вкрадчивым. – Три часа назад у меня было два секретаря. Сейчас – ни одного. Я что-то пропустил?!
– Виктория спешила на какую-то встречу и уже уехала… – испуганно доложила Маша.
– В этом я не сомневался, а где Катя?
Мария не смогла скрыть удивления:
– Так она же…ее ведь это…уволили!
– Да? – Андрей рассмеялся.
Маша тоже заулыбалась, не зная, что это все означает. Но Жданов резко оборвал смех и угрожающе нахмурился:
– То есть, как уволили? Мой секретарь уволен без моего ведома?! – Он не мог в это поверить. – Как это возможно? Ты ничего не путаешь, Мария?
– Не – е – ет. – В голосе Маши появилась надежда, что для Кати еще не все потерянно. – Я не путаю.
Андрей секунду смотрел ей в глаза, убеждаясь, что Мария не шутит. Фантастика! Кто, интересно, мог уволить Пушкареву за три часа его отсутствия? Не спросив, не поинтересовавшись его желанием. Его – президента компании! В конце концов – Катя его секретарь! Личный!!! Выйдя из себя, Андрей заорал:
– Что за дурдом здесь твориться?!!
Проходящие мимо посетители испуганно шарахнулись в стороны. «Извините», – бездушно пробормотал Жданов и тут же забыл о них. Он уставился на Троминкину так, будто именно она виновата во всем, и молча, ждал объяснений. Урядов лично приказал Татьяне напечатать приказ об увольнении, сбивчиво рассказывала Мария. Она видела это приказ сама…
– Может, за это время меня тоже сместили с должности?! – саркастически заметил он. На секунду Жданову показалось, что и это сейчас могло бы оказаться правдой.
– Не знаю, Андрей Павлович, я только о приказе знаю…ой, что за глупости я говорю…
К ресепшн подошла Кира. Чмокнула Андрея в щеку:
– Прости, любимый, ты был на переговорах, и я не хотела тебя отвлекать мелочами.
– Мелочами? Так это сделала ты???
Сказать, что он был поражен, – значит, ничего не сказать. Конечно, Кира стала многое себе позволять в последнее время, но чтобы такое…Он и раньше замечал резкие перемены в ее настроении, но знал – или думал, что знал, – серьезные важные вопросы Кира не станет, решат без него. А тем более – за него. По крайней мере, он искренне надеялся на это. Вот почему им удавалось так хорошо работать вместе.
У него никогда не было таких женщин – преданных, остроумных, знающих твердо стоящих на земле. Он не мог вообразить ни одну из своих подружек, – а было их не мало – способной с таким горячим увлечением и одновременно с холодном расчетом заниматься делом. В его жизни бывало множество восхитительных дней и незабываемых ночей, но теперь ему стала нужна только одна. Замечательная верная любовница и надежный преданный друг. И вот сейчас она предала его. Такого удара от невесты он не ожидал.
Маша с неподдельным любопытством следила за развитием скандала, но Жданов, к ее сожалению, схватил Киру за локоть и оттащил в сторону.
Вырвав руку, она взмолилась:
– Ты бы слышал, как эта замарашка со мной разговаривала! Я битый час выпрашивала у нее телефон Щербакова, а дать мне твой органайзер она вообще отказалась…
– Она делала так, как я приказал! – почти кричал Андрей. – Это моя секретарша! И я ее начальник! Соответственно, никто, кроме меня, не может ее уволить.
– Ты не забыл, что я не только работаю здесь, я еще и акционер?! – обиделась Кира. – А главное – я твоя будущая жена!
– Да хоть папа римский!!! – Ее попытки управлять им, принимать за него решения, а также упорное нежелание понять абсурдность ситуации окончательно взбесили Жданова. – Кира, я – президент этой фирмы, а не марионетка, которую можно дергать за ниточки!
Она не ожидала от Андрея такой бурной реакции. Подумаешь, секретарша, да еще и страшная как смертный грех! Не лучше ли обратить все в незначительную дискуссию?
– Андрей, ну что ты завелся из-за такой ерунды?
– Что ты считаешь ерундой? То, что теперь любой в «Zimaletto» будет полагать, будто со мной можно не считаться?
– Ну, хорошо, может быть, я погорячилась, но, между прочим, ты сам виноват…
Он не принял ее тона:
– Ты серьезно не понимаешь, или…Кира! Люди, которые здесь работают, должны уважать и исполнять мои приказы. Мои! Я эту должность получил не потому что, я папин сын. Я ее за – ра – бо – тал!!!
Он развернулся и пошел прочь. Кира крикнула вслед:
– Успокойся, ничего страшного не произошло. Ты так злишься, как будто в «Zimaletto» революция случилась…какая-то секретарша…
Андрей остановился:
– Не какая-то, а моя. Моя!!! Я понятно говорю?!
– Раз так, – Кира прищурилась и ядовито сообщила: – У тебя еще есть шанс ее догнать. Думаю, она не успела далеко уковылять. Но если ты действительно меня любишь, ты не сделаешь этого!
– Я тебя действительно люблю, – раздраженно ответил Жданов. – И это единственное, что меня останавливает…
Раздосадованный и злой, он направился к лифту, поднялся к себе в офис, заглянул в Катину каморку, прошелся по ней, посмотрел на аккуратно, сложенные на столе документы, папки, справочники.…Подумал, как быстро ей удалось придать этой жалкой каморке деловой и какой-то обжитой, уютный вид. И тут ему в голову пришла мысль, поразившая своей простотой: работа для Кати – способ уйти от проблем реальной жизни, заглушить пустоту в сердце. Если он согласится с увольнением, это станет для нее не просто ударом, а крушением всех надежд. Да и не собирается он жертвовать своим главным принципом: никуда не смешивать личные отношения с деловыми. Ему нужна толковая, преданная секретарша. А Кира – переживет…
***
Все ближе и ближе роковое мгновение.…Сейчас она увидит счастливые лица родителей, довольных покупкой, успехами дочери.…Вот и последняя ступенька, дальше идти некуда. Она остановилась у двери, порылась в сумке, достала ключ и неохотно переступила порог квартиры.
Сияющие Валерий и Елена плечо к плечу стояли в прихожей и с нетерпением ждали восторгов по поводу нового автомобиля, рассказов о первом рабочем дне. Катя, молча, смотрела на них, не в силах вымолвить ни слова. Что она скажет им?
 – Дочка, что с тобой?! – встревожено, спросил отец. – Машина не понравилась?
Катя старательно улыбнулась:
– Нет, что ты! Машина чудесная.
– Что же тогда? – взволнованно уточнила Елена Александровна. – Что случилось? Ты так рано. Неприятности по работе?
Они замерли, в ожидании ответа. Вот и все. Катя замялась:
– Мамочка, ты только не волнуйся…
Звонок телефона пришелся как нельзя кстати – хоть на минуту отдалить объяснение с родителями! – И Катя схватила трубку, стараясь не смотреть им в глаза.
– Алло.…Да, Андрей Павлович…
Вдруг невзрачный, печальный Катин голос снова заиграл ликующими красками.
– Я взяла его с собой и обязательно привезу. Конечно, сейчас же приеду! Я не стала его оставлять – на всякий случай. Спасибо Андрей Павлович!
Катя положила трубку и подняла на родителей сияющие глаза. Они по-прежнему смотрели на дочь с опасливым удивлением. Самый несчастный день оказался не таким, уж несчастным! Ее не уволили! Ее не уволили! Катя кинулась к ним в объятия:
– Мамочка!!! – Она чмокнула в щеку Елену Александровну. – Папочка!!! – И его тоже поцеловала, обняла, порывисто распахнула дверь. – Ну, все, я побежала на работу.
– Ты же только что пришла, – недоуменно напомнил отец.
– Я на пять минут отпросилась, хотела посмотреть, какую машину вы купили, никак не могла дождаться вечера…
– Ну, и как? – тут же спросила Елена Александровна.
– Вы такие молодцы!
– Может, хоть пообедаешь? – нерешительно предложила мама.
– Не могу! Работа стоит!

0

20

Глава 19
– Здравствуйте, Андрей Павлович!
Жданов посмотрел на нее с искренней радостью:
– Молодец, что так быстро! У нас с вами куча дел.
Достав органайзер, Катя протянула его начальнику. Тот взял драгоценную книжку, спрятал в ящик стола и запер его на ключ.
– Послушайте, Катя, сегодня вы меня очень выручили. Я понял, что вам действительно можно доверять.
– Спасибо, Андрей Павлович! – Она смущенно опустила глаза.
Андрей продолжал:
– У вас здесь только один начальник. И вы не должны подчиняться всяким глупым приказам и распоряжениям. Никто, кроме меня, не имеет права вас уволить. А я этого делать не собираюсь…
Катя осторожно подняла на него недоверчевый взгляд.
– С сегодняшнего дня ваш испытательный срок закончен! Я сам сообщу об этом Георгию.
– Спасибо…
– Нет, Катя, это вам спасибо!
Жданов вышел, а счастливая Катя открыла дверь своей каморки. И застыла на пороге.
На столе стоял огромный букет цветов. Их аромат заполнял небольшое пространство помещения, и оно, казалось, светилось, озаряемое волшебным букетом. Не веря своим глазам, Катя осторожно, как к диковинке, приблизилась к букету. Опустила лицо в нежные лепестки. Неужели! Неужели – это от Андрея Павловича?!
Как мало Катя знала о жизни! Она так привыкла, с детства подчинятся родителям, во всем слушать их. Даже за последние годы после Университета – в банке, на стажировке в Германии – она получила поверхностное впечатление о мире, так отличающемся от того, в котором выросла. Да, она смотрела телевизор: игровые шоу, комедии, документальные фильмы. У нее были разнообразные вкусы, и она знала так много полезных и нужных вещей – о кредитах, о соглашениях и контрактах, о движении денежных средств, о поступлениях на счета. Она много читала, не только специальную литературу. В ее жизни существовало множество книг, которые способны утолить жажду знаний. Но больше всего времени она мечтала о любви. О любви, о которой не имела ни малейшего представления…
***
–…Алло? Ты уже знаешь?! – Маша на ресепшн привычно разговаривала по трем телефонам одновременно: по мобильному, городскому и местному. – Катю вернули! Он сам позвонил ей домой и вызвал на работу…
–…Да! Прямо так и сказал! – делилась по телефону радостно – возбужденная Татьяна, откусывая пирожок: на нервной почве у нее особенно разыгрывался аппетит. – Немедленно оформить ее в штат! И на полную ставку. Умыл Киру и Георгия…
–…А вы размечтались: «Красная шапочка»! – радостно вставила реплику Шура. – Да она еще всех нас переработает, вместе взятых!..
–…Да, видно, все-таки может Андрей Павлович и головой думать, когда захочет, – несколько ошеломленно ответила Светлана. – А не только за юбками гоняться…
Маша заговорщицки подмигнула:
– …Представляю себе, что устроит Кира, когда узнает, что Андрей взял Катю обратно…
***
Сияющая Катя мечтательно глядела на букет. Нежно расправила листочек, погладила лепесток…
– Андрюша, ты на меня все еще сердишься? – послышался из кабинета Андрея Павловича игриво – виноватый голос Киры. – Прости, но твоя секретарша вывела меня из себя. Андрюш, ну согласись, так будет лучше. Она больше не будит мозолить мне глаза…
– Давай закроем эту тему, – покладисто предложил Андрей, и совсем другим тоном спросил: – Ты уже придумала, куда мы пойдем сегодня вечером?
Кира бросилась к нему, прильнула к груди, расцеловала:
– А давай сразу ко мне! Мы так редко бываем вдвоем…Ты все время занят.
– А давай! – весело улыбнулся Андрей. – Я придумаю, как скоротать вечерок.…Только мне надо закончить пару дел, позвонить в одно место, и можем ехать.
Подразумевая, что разговор закончен, он склонился над бумагами.
Кира осторожно присела на краешек стола:
– Милый.…А все-таки, что здесь сегодня делала Ларина?!
Он раздраженно отмахнулся:
– Кир, ну ты опять начинаешь…
– Нет, ты просто ответь – и все. Не у Пушкина же мне спрашивать.
Андрей вздохнул: как же ему все это надоело,…Что же будет после свадьбы?
– Как обычно – на съемки напрашивалась. У нее совсем работы нет, а деньги нужны. В общем, ныла по полной программе. До самой машины меня сопровождала… – Мрачно посмотрел на Киру: – Ты довольна?
Она поцеловала его через стол:
– Вполне. Ладно, я тебя больше не отвлекаю. До вечера, любимый!
– Да! – вдруг обернулась она. – Хотела спросить: надеюсь, ты не собираешься никого брать на место этой? Вика и одна прекрасно справится совсем!
Жданов неопределенно кивнул, опустил глаза, но она этого уже не заметила. Летящей походкой счастливой женщины Кира направилась к выходу.
Наконец-то в ее настали покой и тишина. И нет рядом никакой посторонней женщины, которая заставляет ее сердце дрожать и трепетать загнанной птицей. Кира вошла в приемную, налила себе чашечку кофе, включила тихую музыку и уютно устроилась, поджав ноги, на диване. Ей нужно передохнуть несколько минут в тишине и одиночестве…
Ведь она не так уж много требует. Она так много сделала для любимого, она так много еще могла бы для него сделать, а вместо этого – все против нее. Одна неприятность за другой!
Сначала эта безумная Ларина с ее посягательствами на Андрея. Киру просто убило, что Андрей мог считать эту вызывающую девицу достойной внимания. Правда Ларину он совсем не интересует, и это облегчает положение. Разумеется, она замечает его внешность и обаяние. Но он – будущий президент «Zimaletto», а для подержанной модели это как красная тряпка для быка.…К счастью, теперь все позади. Кира не смогла спрятать довольную улыбку.
Ну а потом – как последняя капля – настоящий сумасшедший дом с органайзером, с этой строптивой серой мышкой Клавой – Катей. Надо же! Неужели она на что-то надеялась?.. Дверь кабинета распахнулась, и Кира поперхнулась. Капли кофе пролились на шикарный наряд: на пороге возникла счастливая Пушкарева в обнимку с огромным букетом.
***
Малиновского она встретила у лифта.
– О – о! – восхищенно воскликнул Роман. – Знатный букетик!
Катя улыбнулась и нажала на кнопку вызова лифта.
Роман же торопливо прошел в кабинет Андрея. Жданов вытащил из ящика органайзер и театрально потряс им перед носом вице – президента.
– Представь, сегодня вот это едва не попало в руки Кире! Только скандала мне сейчас не хватало. Ты в курсе?
– Принимал непосредственное участие! – не без хвастовства воскликнул Роман, удобнее устраиваясь в кресле. – Захватывающий триллер «Тайна старого органайзера». Твоя секретарша, конечно соображает. Но все, же ты рискуешь.
– А что я мог сделать? – защищался Андрей. – Ларина – дура безмозглая, решила большое светлое чувство изобразить. Она ведь актриса великая…театр кукол. А Кире только дай повод…
Роман небрежно заметил:
– Твои девицы – это другая тема. Меня так в угол ни одна не загоняла, хотя я в этом спорте не новичок. Но ты новые приключения на свою голову ищешь.
– О чем ты? – изумился Жданов.
– «Лютики – цветочки у меня в садочке»… Никогда больше этого не делай.
Андрей смерил Малиновского внимательным взглядом:
– Красиво излагаешь, загадочно. Давай попроще.
– Никогда не дари дурнушке цветы!!! – И пояснил, для «новичков»: – Иначе потом от нее не отделаешься.
Некоторое время Андрей, молча, и удивительно смотрел на друга, великого специалиста в области отношений с женщинами. Потом рассмеялся, не веря его диким предположениям:
– Я и эта…секретарша? Ты бредишь?! Абсурд! Просто анекдот!
– Да она уже влюбилась в тебя! – вдохновенно заявил Роман. – Я уверен. Букет ночью на подушку положит. И разговаривать с ним станет. Или все цветочки на «любит – не любит» изведет. – Он попытался изобразить Катю: – Ах, Андрей Павлович! Цветок душистых прерий! К сердцу прижмет, в налоговую пошлет…
– Отвяжись ты от этого букета! – взмолился Жданов. – Он после показа остался. Катя – единственная девица, с которой у меня чисто деловые отношения!
– Браво! – ехидно ответил Рома. – За тебя я спокоен.…А что делать с ней?! Уверен, сейчас она рассказывает мамочке, что шеф обещал на ней жениться.
– Она все прекрасно понимает. Думаешь, я зря выбирал умную секретаршу?! Эти цветы – просто знак благодарности, – и уже менее уверенным тоном добавил: – Они ничего не значат…
Роман прошелся по комнате. Возможно, Андрей прав: идея с цветами не так плоха. И Кира, наверно, разозлилась, а в небольших дозах ей это полезно. Хотя вряд ли она станет ревновать к такой секретарше. Но как-то поставить ее на место действительно следовало. И Андрюшке это удалось!
Малиновский довольно потер руки и непочтительно согнал Андрея с кресла. Поудобней устроившись за столом шефа, он включил компьютер и начал рассматривать картинки с девушками – моделями. «Кира не единственная женщина, – бормотал он, упоенно щелкая мышкой и пристально вглядываясь в экран. – Красавиц в мире – хоть отбавляй. Зачем жениться на одной, когда можно купаться в целом цветнике?».
Андрей неодобрительно посмотрел на друга. Да, красивых девушек много, друг прав, но Кира – это совсем иное. И сейчас ему совсем не до цветника. Куда важней, что он сегодня встречается именно с ней. И что сказать? Ведь если отношения останутся такими же, если все будет продолжаться, так…Он задумался. Что же он скажет ей на самом деле?
– Да не мучайся ты, – как будто угадав мысли друга, беспечно махнул рукой Роман. – Начни с того, что тебя к ней серьезный разговор. Выдержи паузу. А там, слово за слово…сама все скажет. А ты соглашайся. Или – нет.
– Точно,– тут же кивнул Жданов. – Спасибо. Все, я пошел.
– Хорошо, – милостиво отпустил его Малиновский и, не отрываясь от монитора, потребовал: – Только сначала скажи, какое максимальное количество женщин можно завести в гареме?
– Ненормальный! Я не знаю, как одну укротить! – засмеялся Андрей, не выдержал и с любопытством посмотрел на экран. – Хотя вот эти две…да, эти…кажутся вполне домашними…
– Не засматривайся дружище. Оставь их мне. Тебя ждет Кира, – назидательно напомнил Роман и выключил компьютер. Пристально посмотрел на друга и добавил: – Удачи тебе, ненормальный!

0


Вы здесь » ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански » Книги по мотивам сериалов » Не родись красивой. Новая жизнь. Книга 1